издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"Красный глухарь" уже чистит перышки

"Красный
глухарь" уже чистит перышки

Георгий
КУЗНЕЦОВ, "Восточно-Сибирская
правда"

ИНФОРМАЦИЯ
К РАЗМЫШЛЕНИЮ

В
позапрошлом (1996) году на территории
Ангарского лесхоза произошло 59
лесных пожаров. Огнем пройдено (с
разной степенью поражения
древостоя) около 20 000 гектаров
пригородных лесов.

В
прошлом, 1997 году благодаря
профилактике количество пожаров
сократилось в три раза. Площадь,
пройденная огнем, уменьшилась в 200
раз. Средняя площадь одного пожара
оказалась меньше в 65 раз. Затраты на
тушение огня сократились примерно
в четыре раза.

После
необычных оттепелей в феврале и
первой половине марта, согнавших
большую часть снега, накопленного
лесом за всю зиму, этот день выдался
удивительно морозным и снежным.
Крупные хлопья летели всю ночь. Но,
не управившись с работой,
продолжали укрывать неестественно
ранние лесные проталины весь день.

Несмотря на
глубокий, по ступицы, свежий слой
снега, до кордона, расположенного в
верхнем течении Тальцинки, мы без
особых хлопот добрались на
"уазиках. А здесь заботливые
хозяева — директор Ангарского
лесхоза Александр Григорьевич
Черняк и главный лесничий Владимир
Викторович Васильев — предложили
нам (в форме ультиматума) лесную
экипировку. Заместителю начальника
Иркутского управления лесами
Анатолию Ефимовичу Филимонову,
приехавшему для инспекции, мне и
телеоператору телестудии
"ВСП" Петру Пинаеву были
выданы унты, ватные штаны и бушлаты.

Дальнейший
путь предстоял на необычном
транспорте — среднем
артиллерийском тягаче. Очень
мощную военную машину для работы
"на гражданке" лесхозу
пришлось защитить дополнительными
броневыми плитами. Конструкторы
САТ, естественно, не предполагали,
что тягачом будут проламываться
противопожарные дороги в иркутских
пригородных лесах, которые уже в
полутора-двух километрах от
Байкальского или Голоустненского
трактов ничем не отличаются от
глухих таежных дебрей.

Гусеничный
тягач идет по лесу, как "уазик"
по мягким грунтовым дорогам, не
замечая ни толстых валежин,
перегородивших старые
противопожарные дороги во время
недавних мощных ветровалов, ни
относительно молодых, до 15
сантиметров толщиной, деревьев,
которыми эти дороги заросли. Наша
задача — сделать дороги проезжими.

Говорить
из-за шумаа двигателя трудно, но у
Александра Григорьевича Черняка
благодаря падающему снегу отличное
настроение, и он умудряется
перекрывать своим голосом рев
мотора. Падающий снег — это
некоторая отсрочка начала
пожароопасного периода. По погоде в
феврале и начале марта его ждали
уже к концу этого месяца. Теперь
ясно, что "красный глухарь",
расправивший было под солнышком
свои крылья, задержится как минимум
до апреля.

Впрочем, к
встрече с неизбежными пожарами
лесхоз, по оценке А.Е. Филимонова,
готов лучше многих других
предприятий. Вся техника и
противопожарный инвентарь давно
отремонтированы. Другое дело, что
каждый день отсрочки позволяет
принять дополнительные
упреждающие меры. Не только те, что
расписаны в специальных
инструкциях и которые проверяются
инспекторами, а именно
дополнительные, разработанные
лесхозом, исходя из местных
специфических условий.

Специфика
Ангарского лесхоза — рекреационные
леса. Пригородные леса, в которые с
началом весны выезжают тысячи
горожан, чтобы отдохнуть на
природе, посидеть с друзьями и
детьми на полянке у… костра. Ранней
весной, сразу после схода снега,
вдоль Байкальского и
Голоустненского трактов горят
сотни костров "любителей
природы", десятки из них, с
разбросанными вокруг бутылками,
остаются незатушенными. Никакие
запреты не в состоянии остановить
поток горожан. Смехотворные штрафы
за разведенный костер (если он не
перерос в пожар) не могут напугать.

Не будучи в
силах остановить поток любителей
весенних костров, лесники
Ангарского лесхоза придумали иной
способ профилактики. Они решили…
сконцентрировать отдыхающих в
определенных, удобных для отдыха (и
контроля) живописных, но наименее
опасных в пожарном отношении
местах. Они стали изготавливать
скамейки и столики и расставлять их
в лесу вдоль Байкальского тракта.
Сработало.

Наш тягач,
немного сбавив скорость, вошел в
сплошную стену леса. Бурелом, по
которому и пешком-то с трудом
пробраться можно, его почти не
задерживает. Как Геннадий Петрович
Шульгин, тракторист лесхоза,
умудряется видеть старую дорогу —
непонятно. Впрочем, уж что-что, а
дороги лесные он знает лучше всех
остальных, потому что проламывал их
не раз этим тягачом, потом, чтобы
сделать проезжими для грузовиков и
пожарных машин, прочищал
бульдозером.

Стучат по
крыше обламывающиеся ветки,
скрежещут по бортам САТа стволы
старых деревьев, покорно ложатся
под гусеницы молодые пихты, ели,
березы, выросшие на свое несчастье
там, где должна ходить
противопожарная техника. Время от
времени Геннадий Петрович пытается
объехать красивые ели или кедрушки,
выросшие посреди дороги, и тут же
получает замечание от директора:
"Ты мне не слаломную трассу
делаешь, а дорогу, по которой сам же
на пожары ездить будешь!" Он
согласно кивает, но душе, как
говорится, не прикажешь. Прямо по
ходу вновь стоит заснеженная
стройная елка, новогодняя мечта.
Геннадий Петрович сбавляет
скорость и косится на директора.
Тот уткнулся в карту, вперед не
смотрит, и тракторист,
воспользовавшись моментом, плавно
объезжает красавицу, жертвуя хилым
березняком. Елка, будто в знак
благодарности, касается пушистыми
ветками лобового стекла и дверцы
тягача со стороны водителя.

Противопожарные
дороги, разрывы, минерализованные
(вспаханные) полосы — это на языке
лесников "профилактические
мероприятия второго типа". Я сижу
на спальном мешке за спиной
водителя. Александр Григорьевич,
повернувшись ко мне с картой,
объясняет: "Вот здесь у нас
осталась Тальцинка. Река
нерестовая, поэтому ранней весной
сюда придут браконьеры. В ожидании
хода рыбы они будут пить водку и
жечь костры. Вслед за ними приедут
инспектора, милиция, включая ОМОН.
Без костров не обходится никто.
Пожары практически неизбежны,
поэтому вот здесь мы будем сами
выжигать траву, сразу, как только
сойдет снег, а земля будет еще
мерзлая, чтобы не повредить
корневую систему. Вот эта дорога —
первая линия обороны. Повыше —
вторая линия. Если и здесь не сможем
огонь удержать — выбросим десант по
той дороге, что сейчас проламываем.
Видите, здесь ключ есть с водой…"

Леса
Ангарского лесхоза разделены на
секторы, позволяющие добраться в
самые отдаленные районы и
локализовать, ограничить
распространение огня. Все очень
хорошо продумано, просчитано: где
возможно загорание, куда весной
чаще всего ветер дует, где, в
зависимости от состава леса, и с
какой скоростью может продвигаться
огонь, где пожар может перейти в
верховой, где нужна
противопожарная канава или широкий
противопожарный разрыв, а где
достаточно проложить дорогу, чтобы
по ней мог проехать хотя бы ГАЗ-66 —
одна из самых проходимых машин.

Тщательная
продуманность и просчитанность —
результат горького опыта 1996 года.
Директор до сих пор со стыдом
вспоминает этот черный для лесхоза
год, когда, по выражению самого
Александра Григорьевича,
"распустили огонь по всей
территории". Главный вывод по
итогам того пожароопасного периода
оказался прост и банален — пожар
легче предупредить. Вот тогда,
просчитав все, и начали приводить в
порядок запущенные
противопожарные дороги,
восстанавливать и организовывать
новые минерализованные полосы.
Разработали множество новых
эффективных профилактических
мероприятий.

Но вот беда —
за тушение возникших пожаров
федеральная служба лесного
хозяйства через Иркутское
управление лесами хоть и не сразу,
но все-таки возмещает потраченные
деньги. А профилактические
мероприятия делаются только за
счет собственных средств. За счет
тех средств, которые лесхоз
заработал сам и мог бы пустить, к
примеру, на зарплату или уплату
налогов. Объективно получается, что
в финансовом отношении лесхозам
выгоднее тратить деньги только на
тушение пожаров, но не на их
профилактику.

Но это, думаю,
особая тема, требующая отдельного
анализа и подробного обсуждения.

Стемнело, и
Геннадий Петрович Шульгин
продолжает проламывать заросшие
дороги при свете фар. Перед тягачом
возник молодой красивый кедр, и
водитель, опять "забыв" про
требования директора прокладывать
"не слаломную трассу", объехал
его. Черняк хотел было что-то
сказать, но ограничился вздохом. Он,
директор лесхоза, хороший
экономист, но тоже тратит деньги,
которые можно было бы пустить на
зарплату и которые "в живом
виде" к нему уже не вернутся. Зато
лес останется живым. Душе не
прикажешь.

К месту
ночевки добрались только часам к
одиннадцати ночи. Позади более ста
пятидесяти километров теперь уже
проезжих хотя бы для тракторов
лесных противопожарных дорог и
около двухсот литров сожженного
дизтоплива. Позади живой лес, в
котором "красному глухарю"
будет трудно теперь расправить
огненные крылья.

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector