издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Взрывная реакция

Новость о пожаре на предприятии ООО «Шелехов – Порошковая Металлургия», входящем в структуру компании «Русал» Олега Дерипаски, со вторника в первых строчках местных и федеральных новостей. Авария повлекла гибель 46-летнего рабочего, а возможные её последствия поставили на уши жителей всех ближайших к Шелехову населённых пунктов. Прокуратура уже завела уголовное дело по факту смерти человека, а сотрудники МЧС готовят письмо Олегу Дерипаске с требованием «не экономить на безопасности».

Во вторник примерно в 10.07 по местному времени на предприятии ООО «Шелехов–ПМ» прогремел взрыв и начался пожар. Информация о нём поступила в 10.09 утра – горел цех №2 порошковой металлургии, сообщил заместитель начальника главного управления МЧС Валентин Нелюбов, возглавлявший тушение пожара. «Через 8 минут дежурный караул прибыл на место, и пожару сразу был присвоен повышенный уровень сложности»,

– сказал он. Взрыв произошёл на первом этаже предприятия, огонь вышел по технологическому проёму на четвёртый этаж и кровлю цеха. То есть, по сути, горела крыша – площадь возгорания занимала около 700 кв. м, но так как внутри здания находилось большое количество алюминиевой пудры, применять воду было нельзя, пояснил Нелюбов. «При соединении алюминия с водой мог произойти взрыв, пошла бы цепная реакция, и от завода не осталось бы ничего, – подчеркнул он. – Тушить алюминий можно только углекислотой».

Прибывших сил Шелеховского гарнизона пожарной охраны не хватило, к тому же у них не было специальной техники, поэтому стали подтягивать дополнительные силы, в частности, технику с Ангарской нефтехимической компании и из подразделений пожарной охраны ТЭЦ-9 «Иркутскэнерго». Эти машины привезли порошок для тушения и углекислоту. «Мы сгруппировали всех в 11.30 и приступили к активному пожаротушению», – сказал Нелюбов. Параллельно с завода была эвакуирована готовая продукция – порядка 50 тонн порошков и алюминиевой пудры. Всего в тушении были задействованы 91 человек и 26 единиц техники.

Неофициальная информация о пожаре на шелеховском заводе появилась в прессе приблизительно в полдень. Сообщалось, что над заводом виден большой столб ярко-коричневого дыма, а дорога на Иркутск перекрыта. «На складах завода находится большое количество алюминиевой пудры, предполагаются повторные взрывы», – передавали одни корреспонденты сообщения из Шелехова, в то время как другие уже ехали непосредственно на место событий.

12.40. Столб дыма от пожара, уже чёрный, стал виден ещё километров за 70 от места возгорания – на подъезде к Шелехову и стеле со значком «AL». Возле завода разобраться, где что горит, было сложнее: территория дымила трубами. Паники на улицах не заметно, людей вообще там было немного. Проехала машина МЧС, и мы пристроились ей в хвост. Эмчээсники прокатили мимо проходной, потом вернулись и въехали через неё на территорию завода. Прессу туда не пустили – режимное предприятие.

12.50. В это время жители Иркутской области на форумах уже обсуждали необходимость спасаться. Одни шелеховчане писали о загазованности, металлическом привкусе во рту и сильном кашле, другие признавались, что «живут прямо рядом с заводом и единственное, что могут сказать про воздух, – холодно». «Если ничего не чувствуете – это не значит, что чего-то нет. Радиация тоже органами чувств не ощущается», – возражали им третьи. На сотовые телефоны журналистов, приехавших к месту событий, стали звонить люди из Иркутска и других российских городов, напуганные путаными вестями «с полей».

12.56. Кружа вокруг территории завода и высматривая дым, мы заметили три столба – два серых, один чёрный – и стали двигаться в их направлении. По дороге встретили пожарную машину с табличкой «Ангарск ТЭЦ 9, 10», выехавшую с территории ИркАЗа и направлявшуюся как раз туда, откуда шли клубы дыма, сквозь который видны были всполохи пламени. Однако на подъезде к заводу дорогу преграждала машина милиции. Единственный находившийся в ней милиционер сообщил, что туда нельзя, и на остальные вопросы отвечать отказался: «Ничего не знаю, не положено». В воздухе пахло чем-то типа жжёной пластмассы, немного першило в горле.

13.05. «Концентрация азотной кислоты в воздухе на месте взрыва была превышена в 10 раз! Чтобы не делать массовую эвакуацию жителей и рабочих, начальник Роспотребнадзора и мэр Шелехова решили это примять! Инфа из первых рук проводящих анализ, точнее от меня!» – сообщал некто Сергей на одном из иркутских форумах. «Знакомый бывший пожарный говорит полусерьёзно, что это – маленький Чернобыль. Высшая категория сложности + 700 кв. м площади возгорания – это очень много», – добавлял градуса другой интернет-пользователь. «Над городом стоит ядовитый дым. Открывать окна и выходить на улицу не рекомендуется. Ядовитое облако идёт в сторону Олхи», – заявляли в прессе, а иркутяне между тем «натурально бегали на улицу смотреть ядерный гриб».

13.25. Больше всего напугало жителей области сообщение о «ядовитом облаке». По противоречивым данным СМИ было непонятно, куда оно движется: говорили, что пойдёт в сторону Ангарска, и о том, что зависнет над иркутским районом «Синюшка». «Чё-то оно кругами ходит, то в Олху, то в Ангарск. Подозрительное облако», – переживали иркутяне. И уже сами начинали «чихать и кашлять и бояться выйти покурить».

Между тем на сайте администрации Шелеховского района появилось сообщение, что в 14.00 территориальным отделом Роспотребнадзора были отобраны пробы воздуха рядом с местом пожара – в 6-м квартале города, в микрорайоне Привокзальный и в селе Олха, и «результаты анализа показали, что нарушений предельно допустимых концентраций вредных веществ нет».  

14.07. Мы в это время подъехали к очередному пропускному пункту, расположенному на территории ИркАЗа. Парень в медицинской маске осматривал документы пассажиров двух машин – тоже в масках или респираторах. С прессой и он разговаривать отказался. В это время из Иркутска, находящегося в неведении, стали приходить панические сообщения, начиная с того, что «произошёл выброс фтора», и заканчивая тем, что «в Шелехове взорвался завод, на нас идёт радиация».

14.15. Вернулись к проходной ИркАЗа. Возле неё топтались другие иркутские журналисты, пытаясь разобраться, к кому обратиться за комментариями. Охранник в здании устало сообщил, что «вы уже у меня вот здесь сидите, четвёртые подходите. Не мы горим, а соседний завод, «Шелехов–ПМ». Неразговорчивыми оказались и рядовые сотрудники завода. «Не знаю, что горит. И когда загорелся, не знаю!» – отрезал один из них. Другой, заметив диктофон, оборвал сам себя на полуслове и ускорил шаг. «Вот уж точно режимный объект», – пожали плечами журналисты.

Ситуация начала проясняться ко второй половине дня, а официальные итоги были подведены уже на следующий день. Пожар был локализован в 11.56 минут, а в 14.16 он был ликвидирован, сообщил Валентин Нелюбов. В результате пожара на месте погиб человек – 46-летний аппаратчик отделения готовой продукции Юрий Субботин, который обслуживал установку. Следственным управлением Следственного комитета при прокуратуре РФ в области возбуждено уголовное дело по статье о нарушении правил техники безопасности, повлёкшем смерть человека, но обвинения в отношении конкретных лиц пока не выдвинуты.

Другой рабочий получил травмы средней степени тяжести. Нелюбов подчеркнул, что больше пострадавших нет. «Руководство завода поголовно пересчитало сотрудников и отметило всех под роспись», – заверил заместитель начальника управления государственного пожарного надзора Игорь Назаров. Агентство «ФедералПресс» со ссылкой на главу администрации Шелеховского муниципального образования Юрия Сюсина сообщило, что ещё одному сотруднику завода была оказана психологическая помощь.

Руководитель управления Роспотребнадзора Алексей Пережогин рассказал, что дважды на месте аварии были взяты пробы воздуха. В микрорайоне 1 и в Привокзальном районе Шелехова они показали норму. «В воздухе были обыкновенные продукты горения: окись азота, угарный газ, – отметил он. – Вообще столбы дыма из-за низкой температуры поднимались вверх, и шлейф уходил в сторону села Олха и дальше, так что жилой массив не был загрязнён. У Олхи пробы тоже были взяты, но только одна из них была на уровне предельно допустимой концентрации. Поэтому панические слухи нужно прекращать». Руководитель химико-радиометрической лаборатории Валентин Верхозин сообщил, что радиационный фон по предприятию тоже в норме и пробы воздуха там не показали наличия ядовитых веществ в атмосфере. «В процессе производства химически опасные и сильноядовитые вещества там вообще не используются, – сказал он. – Я тоже считаю, что опасности заражения окружающей среды нет».

В причинах взрыва сейчас разбирается комиссия, в которую входят специалисты экстренно-криминалистической лаборатории ГУВД, пожарно-технической лаборатории МЧС и Ростехнадзора. Результаты её работы станут известны через 10 дней после аварии. Однако Игорь Назаров подчеркнул, что уже сейчас ясно, что одна из причин сложившейся трагической ситуации – «это попытка экономии на безопасности». «Завод в последний раз планово проверялся в январе 2008, тогда было выявлено 48 нарушений правил пожарной безопасности, а после контрольной проверки обнаружилось, что 18 мероприятий, которые требовали капиталовложений, остались невыполненными, – сказал он. – Не были налажены системы обнаружения, оповещения и тушения пожара». Сейчас готовится письмо на имя главы группы компаний «Русал» Олега Дерипаски («Шелехов-ПМ» является дочерней фирмой «Русала»), в котором говорится о необходимости выделить средства для повышения безопасности работников предприятий. Это в полной мере касается алюминиевых заводов в Иркутске и Братске, говорят специалисты, – там те же самые проблемы.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер