издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Разрезы Сибири как полигон для испытаний

  • Автор: Марина ЗЕЛЕНЦОВА

Добыча угля всегда была одним из самых тяжёлых и опасных видов труда. В Сибири на эти работы, как правило, привлекали ссыльных. Об облегчении их труда в те времена мало кто заботился, да и сама жизнь каторжных шахтёров не ценилась. Горняцкий труд стал почётным и престижны, когда в советские времена в шахты и на разрезы пошли работать молодые рабочие и специалисты. Оборудование, механизмы, технологии, доставшиеся в наследство стали активно модернизироваться. Процессом рационализации были увлечены не только инженеры, но и мастера, рабочие. Сегодня многие из тех разработок стали уже историей.

В преддверии профессионального праздника шахтёров мы решили обратиться к одному из ветеранов угольной промышленности – Трифону Похоеву, который когда-то и сам был активным рационализатором. Он-то и поделился с нами некоторыми интересными фактами модернизации оборудования на разрезах и фабриках.

В 60-е годы на Сафроновском разрезе работали необычные машины. Тягачом служил «БелАЗ», а полуприцеп представлял собой кузов, грузоподъёмностью 65 тонн. Сконструирован и изготовлен он был на Минском автомобильном заводе специально для Сафроновского разреза, так как уголь здесь добывался открытым способом, после чего грузовыми машинами поставлялся на обогатительную фабрику. Больше по стране таких машин не было нигде. Надо сказать, что в то время самым грузоподъёмным автомобилем был «БелАЗ-540», и перевозить он мог 27 тонн груза. Уже позже появились «БелАЗы-548», грузоподъёмностью 40 тонн. А этот углевоз за один раз мог вывезти 65 тонн угля, заменяя почти три машины.

Разгрузка у необычных машин была донная, то есть углевоз заезжал на специальную приёмную яму, дно его раскрывалось двумя створками с помощью гидродомкратов, и 65 тонн угля за несколько секунд высыпались в приёмный бункер. На фабрике для того, чтобы была возможной донная разгрузка, пришлось даже реконструировать приёмные ямы.

Таких углевозов на разрезе было всего четыре штуки. Обычный режим был таков, что постоянно работали три машины, четвертая находилась в ремонте или на профилактике. Бывалые работники разреза утверждают, что, когда эти углевозы выходили из строя, полное обеспечение фабрики углём было очень затруднительно.

На разрезе уникальные углевозы проработали почти 40 лет. За свой долгий век эти машины были надёжными помощниками в перевозке угля и обеспечении фабрики сырьём. Уже в начале 2000-х годов, когда закрылась Сафроновская обогатительная фабрика, углевозы были списаны и больше нигде не работали.

Особые условия труда, специфика производства подталкивали работников к изобретению чего-то совершенно нового, никем не испытанного. Несколько разработок внедрил и сам Трифон Похоев, который в 80-е годы работал главным инженером Сафроновского разреза. «Когда я пришёл работать на разрез, для бурения скважин применялись станки 2СБШ-200. Они могли бурить скважины глубиной 40 метров, – вспоминает Трифон Трофимович. – Со временем мощность перекрывающих пород достигла 48 метров, с чем наши станки уже не справлялись. Из-за этого работать приходилось двумя уступами, что затягивало время вскрытия угольного пласта». Тогда молодой инженер Похоев и предложил усовершенствовать конструкцию, увеличив путём наварки ёмкость кассетодержателя буровых штанг с 4 до 5. «Конечно, это было уже изменение конструкции, на которое требовалось разрешение завода-изготовителя, – рассказывает Трифон Трофимович. – Решили мы написать в Казань, где изготавливали эти станки, и предложить свой способ его модернизации».

Выяснилось, что разработчиком станков было одно из конструкторских бюро Института горного дела Академии наук имени Скочинского в Подмосковье. Как раз в это время Трифона Пахоева отправили на учёбу в Москву, и он обратился в институт, где встретился с главным инженером. Но оказалось не так просто согласовать предложенные изменения – бюрократии и в те времена везде хватало. Тем не менее, Пахоеву удалось добиться рассмотрения в Москве своего рационализаторского предложения – оно было одобрено. Вернувшись с этими хорошими вестями на родину, специалисты сразу приступили к реконструкции станка. После её проведения на разрезе стали работать одним уступом по вскрыше угля, что повысило производительность вскрышного экскаватора ЭШ-15-90 № 38 на 1000 кубов в сутки.

Надо сказать, рационализаторов в то время было много: на каждом предприятии работал инженер-рационализатор, который вёл учёт, систематизировал все новшества и изобретения. За предложения полагалось материальное поощрение, сумма которого зависела от экономического эффекта внедрённой идеи. Кроме этого, были и другие способы стимулирования. Например, за вносимые предложения могли дать почётную грамоту с занесением соответствующего приказа в трудовую книжку. Один из работников разреза «Храмцовский» № 2 города Черемхова Михаил Долотказин за активную рационализаторскую работу был даже удостоен звания «Заслуженный рационализатор СССР».

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры