издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Университеты рецидивистов

За последние пять лет число наркоманов за решёткой увеличилось вдвое

В Ленинском районном суде Иркутска рассматривается многоэпизодное уголовное дело по обвинению троих иркутян в совершении серии квартирных краж. Дело – самое банальное, подобными завалены районные и городские суды региона. Но именно его типичность и заставила меня взяться за перо.

На скамье подсудимых оказались наркоманы с большим стажем, которые нигде не работали и не имели постоянного места жительства. Зато каждый из них мог похвастать солидным списком судимостей. Виктор Ш., 48 лет, и Алексей Б., на пять лет моложе, успели за свою жизнь по 9-10 раз отсидеть за кражи. Их подельник Владимир Р. к своим 30 годам тоже имел уже пять ходок в зону. 

На этот раз жертвами наркоманов стали девять семей, проживающих в частном секторе Иркутска, в основном в Ленинском и Куйбышевском районах, на улицах Павла Красильникова, Тельмана, Владимирской, Рабоче-Крестьянской и в Советских переулках. 

Лидером в компании был Алексей Б.: комплексная психолого-психиатрическая экспертиза назвала его «достаточно сильной личностью, не поддающейся влиянию». И это несмотря на почти 30-летний стаж употребления психоактивных веществ! Алексей ещё в детстве пристрастился к наркотикам, состоял на учёте в инспекции по делам несовершеннолетних за токсикоманию и бродяжничество. В совершеннолетнем возрасте множество раз привлекался к административной ответственности за немедицинское потребление наркотических средств. Постоянный житель зоны, не имеющий семьи, оказавшись на воле, всякий раз бомжевал, обходясь не только без прописки, но и без паспорта. 

Освободившись в 2010 году после очередной отсидки, он нашёл приют в садоводстве, где жил знакомый наркоман Владимир Р. «На дело» они обычно ходили вместе. Елена А., сожительница Владимира, которая тоже сидела на игле и, сбежав из родительского дома, болталась в том же садоводстве, рассказывала о приятелях на следствии: «Они то уходили, то приходили. И всегда приносили с собой героин и продукты». Так и текла жизнь рецидивистов на воле: каждый день надо было что-нибудь украсть и купить дозу. Состав отряда домушников, правда, менялся: иногда Алексей брал в подельники вместо Владимира более опытного в криминальных делах Виктора Ш.  

«Поднимать бабки» на дозу наркоманам оказалось совсем не сложно. В частном секторе, где они «паслись», живут люди в основном простые. Здесь редко встретишь навороченные запоры на дверях, практически никто не устанавливает над крыльцом систему видеонаблюдения и не навешивает на окна непробиваемые жалюзи. Домушникам даже не приходилось заботиться об орудиях преступления – во дворе всегда можно было найти топор, лом, лопату, чтобы сбить навесной замок, отжать дверь. На худой конец, годился даже ржавый гвоздь, с помощью которого легко снять штапики с оконной рамы. Однажды Алексей оторвал их вообще голыми руками. О том, куда сложить добычу, воры тоже заранее не беспокоились: в доме всегда можно было найти подходящую тару. И не заморачивали себе головы вопросом, как покинуть место преступления: шли с наворованным барахлом на ближайшую остановку и садились в общественный транспорт. Следить за объектами запланированных преступлений наркоманы тем более не считали нужным: обычно они ходили по улицам под видом желающих снять жильё, открывали калитки, стучали в окна, звали хозяев. И убедившись, что в рабочее время дома никого нет, принимались за дело. 

Квартиры преступники выбирали наугад, но с пустыми руками никогда не уходили: у частников в хозяйстве много вещей, которые легко загнать. Взять те же инструменты: в кладовках дожидались своего часа бензопилы, сверлильные станки, перфораторы, попадались даже электролобзики. В жилых комнатах непрошенные гости находили дорогие компьютеры, бытовую технику. Воровской опыт позволял им легко отыскивать тайнички с припрятанными на чёрный день деньгами. Из некоторых домов они уносили зараз добра на 50–60 тысяч рублей.          

Краденые вещи уходили влёт благодаря правильно выбранной ценовой политике. Почему бы не купить за полторы тысячи велосипед фирмы «Лексус», который стоит семь «штук»! Сотрудники пожарной части №5, например, сочли такое предложение очень выгодным. Телевизор воры продали соседке Елены А., напольные весы – торговке молоком на автобусной остановке. Золотые украшения достались за бесценок перекупщику Азеру Мамедову, который ловит клиентов возле магазина «Алмаз». Тот признался, что тут же продал их гораздо дороже. Утюг «Витек» купила за 250 рублей работница продуктового магазина, а ноутбук стоимостью 32 тысячи рублей ушёл за пять «штук» прохожему. Ворованные продукты и одежда составляли рацион и гардероб самих рецидивистов. Они кушали хорошую колбаску, курили дорогие сигареты, носили фирменные костюмы и туфли. 

Правда, красивая вольная жизнь длилась недолго – всего пару месяцев. За май-июнь прошлого года шайка домушников нанесла своим жертвам ущерб на сумму более 200 тысяч рублей, после чего её члены были задержаны и арестованы. Впрочем, к такому повороту судьбы наркоманы, как говорится, всегда готовы.

Приговоры на эту троицу сыплются просто дождём – на каждого приходится примерно по парочке в год. Допустим, Виктор Ш. в 2003 году выслушивал судебные вердикты 8 и 25 сентября: сначала его наказал Свердловский суд, потом добавил срок за новые эпизоды Октябрьский. Примерно с той же периодичностью люди в мантиях выдают наказания за совершение имущественных преступлений и его подельникам. Трое наркозависимых  давно уже стали завсегдатаями в храмах Фемиды: каждый раз в торжественной обстановке они от имени Российской Федерации получают свои два-три года лишения свободы и возвращаются в зону, где их, согласно закону, обязаны «ставить на путь исправления».

Все понимают, что это невозможно в принципе: получивший «вольную» наркоман думает только о том, как бы добыть деньги на дозу. И «заработать» страдающий психической зависимостью больной человек может лишь преступным путём: либо сбывать наркотики, либо воровать – альтернативы у него нет. 

При этом целая армия людей в погонах, как поётся в известной песне, дни и ночи напролёт ведёт «незримый бой» с теми, «кто кое-где у нас порой» честно жить не только не хочет, но, главное, и не может. Ловят одних и тех же наркозависимых рецидивистов, доказывают их вину в очередных преступлениях, в который раз судят, снова и снова караулят в местах лишения свободы и, конечно, добросовестно надзирают за соблюдением законности всего уголовного процесса. Усилия служивых дорогого стоят – они оплачиваются из кармана налогоплательщиков. Между тем сотрудники правоохранительных органов и системы исполнения наказаний наверняка отдают себе отчёт в том, что, выйдя на волю, их подопечные тут же вернутся на криминальный путь, поскольку давно и плотно сидят на игле. 

Лидер группы домушников Алексей Б., по словам следователя по особо важным делам следственной части ГСУ при ГУ МВД России по Иркутской области Анастасии Щегловой, в производстве которой находилось это многоэпизодное дело, очень неплохо разбирается в уголовном и уголовно-процессуальном законах. Сказываются «тюремные университеты»: в судебном процессе рецидивист всякий раз умело защищается, не упуская ни одного просчёта стороны обвинения.  

Медики уверяют, что зависимые от опиоидов долго не живут: пять-семь лет после того, как подсели на иглу. Алексей Б. и Виктор Ш. перешагнули уже пятый десяток, хотя колются с детства. Их «долгожительство» вполне объяснимо: большая часть их существования проходит в неволе. После нескольких месяцев кайфа наркоманы годами за счёт государства поправляют подорванное героином здоровье за колючей проволокой.  

Согласно статье 43 Уголовного кодекса России, наказание должно преследовать три цели: покарать, перевоспитать и предупредить совершение преступлений в будущем. Очевидно, что в случае с наркозависимыми преступниками цели, продекларированные законом, остаются недостижимыми. Репрессия оборачивается для больных по существу благом – не только продлением жизни, но и избавлением на какое-то время от толерантности, возвращением остроты ощущений. Исправить же вора-наркомана, не допустить совершение им преступлений в будущем можно единственным способом – снять его с иглы. 

Но такой возможности российская система правосудия не предусматривает. И это несмотря на то, что альтернатива наказанию в качестве инструмента борьбы с преступностью и наркоманией   рекомендована ООН и давно уже принята во всех цивилизованных государствах. Вместо того чтобы заполнять потребителями наркотиков тюрьмы, из которых они выходят только для того, чтобы опять воровать или сбывать зелье, преступникам в большинстве стран предлагается выбор: либо наказание, либо лечение. Мировая практика показывает: в 100 процентах случаев они выбирают лечение. 

Как знать, возможно, Виктор Ш. и Алексей Б., потребляющие наркотики уже не одно десятилетие, давно бы соскочили с иглы и забыли свои воровские навыки, если бы им вовремя предоставили право выбора между тюрьмой и центром реабилитации. А для младшего из подсудимых ещё и сегодня, наверное, существует шанс завязать с наркотой и свернуть с криминальной тропы. Во всяком случае, на следствии Владимир Р. говорил, что у него есть такое желание. А если бы его и не было, то давно уж пора заняться созданием системы мотивации наркопреступников, особенно молодых, к излечению. 

Получается, что государство добросовестно исполняет репрессивную функцию – ловит, расследует, судит, содержит в тюрьмах. Но при этом только множит преступления, связанные с наркотиками. Глава Госнаркоконтроля Виктор Иванов приводит, например,  такие цифры: за последние пять лет число потребителей «дури», изолированных за уголовные правонарушения по решению суда, увеличилось более чем вдвое. И это на фоне общего (и довольно существенного) падения преступности в последние годы. Когда же будет разорван порочный круг?

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector