издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Трудности перевода

Начать рассмотрение уголовного дела о расстрелянном автобусе мешает плохое знание водителем русского языка

Уголовное дело, возбуждённое ещё в начале июня в отношении 20-летнего Антона Кухтина, расстрелявшего микроавтобус с детьми, до сих пор не рассмотрено в суде. 15 августа оно поступило в Ленинский районный суд, однако уже на следующий день было решено возвратить дело на доработку. В суде посчитали, что водителю расстрелянного автобуса, который был признан в этой истории единственным потерпевшим, необходим адвокат. По мнению судьи, водитель недостаточно владеет русским языком, хотя прожил в Иркутске 25 лет.

Автобус с  детьми, возвращавшимися из школы Леонова, был расстрелян в аккурат 1 июня – в День защиты детей. ЧП стало результатом неуравновешенного поведения 20-летнего студента юрфака Иркутского государственного университета Антона Кухтина, ехавшего за рулём «Мерседеса» и не поделившего со школьным автобусом дорогу. Со слов охранника школы Леонова Степана Беляева, ссора водителей произошла в районе остановки «Посёлок Кирова», где «Истана», в которой находились шестеро детей, производила разворот, чтобы высадить одного из маленьких пассажиров. Когда корпус автобуса заехал на одну треть встречной дороги, его на большой скорости вдруг обогнал тонированный «Мерседес», рассказал Степан Беляев. «Легковушка резко ушла влево, применила экстренное торможение, левыми колёсами зацепила «бровку» дороги, пролетела метров сто и остановилась на обочине», – сообщил охранник. 

Автобус двинулся дальше, однако метров через двести его нагнал «Мерседес» и резко подрезал. Оттуда выскочили двое молодых людей, один из них (как позже выяснилось, это был Евгений Усольцев, праздновавший в тот день своё 21-летие) подбежал к водителю, у которого было опущено стекло, и через окно начал его избивать. Когда охранник попытался вмешаться в ссору, Антон Кухтин достал травматический пистолет и несколько раз выстрелил по автобусу, не обращая внимания ни на охранника, ни на крики воспитательниц о том, что в автобусе находятся дети. После этого парни сели в машину и уехали. Полиция на место происшествия прибыла только через два часа.

Напавшие на автобус парни быстро успели обзавестись адвокатом, который на первых порах утверждал, что неадекватное поведение водителя и пассажира «Мерседеса» связано с тем, что в салоне их машины находилась беременная женщина. Позже эта информация оказалась ложной. В отношении Кухтина 6 июня было возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 167 УК РФ – «Умышленное уничтожение или повреждение имущества».  В этот же день его товарищ стал подозреваемым в нанесении побоев (статья 116 УК РФ). Потерпевшим в этом деле признан водитель автобуса по фамилии Гусейнов.

Родителей детей, находившихся в автобусе, и коллектив школы Леонова возмутил тот факт, что правоохранительными органами проигнорирован моральный ущерб, нанесённый детишкам. Они утверждали, что после инцидента  дети могли заработать психологические травмы на всю жизнь. Например, самый маленький пассажир обстрелянного автобуса стал бояться засыпать. В полиции на тот момент сомневались в том, что моральный вред «удастся зафиксировать», и предполагали, что Антон Кухтин, имеющий, кстати, 11 непогашенных штрафов за нарушения на дороге, понесёт ответственность лишь за «причинение вреда имуществу», то есть автобусу. Если дело вообще не будет закрыто за примирением сторон, для которого, по неофициальной информации, требовалось только заплатить 100 тыс. рублей водителю. 

Так как дело обрело общественный резонанс, ситуацию под личный контроль взял глава Иркутска Виктор Кондрашов. Чуть позже ею заинтересовались и депутаты, которые тоже заявили о том, что возбуждённые в отношении Кухтина и товарища уголовные дела не отражают реального положения дел, поскольку налицо не только порча имущества и побои, но и хулиганство. 

Тем не менее 21 июня дело о расстреле школьного автобуса, включающее лишь две статьи, передали в прокуратуру, а 15 августа оно поступило в Ленинский районный суд Иркутска, однако рассмотрено по существу до сих пор не было. Пресс-секретарь Ленинского районного суда Иркутска Галина Сумкина сообщила «Иркутскому репортёру», что 16 августа судом было вынесено решение о возвращении уголовного дела на доработку. 25 августа дело возвратилось в Ленинскую прокуратуру. 

По словам Сумкиной, судью не устроило то, что у водителя автобуса, который был признан потерпевшим, нет адвоката. «Водитель очень плохо говорит по-русски, – заявила она,  – не понимает, например, когда судья произносит такое слово, как «ходатайство», а потому правозащитник ему необходим, считают в суде». «Судья действительно потребовала переводчика для водителя, хотя я не понимаю зачем. Он 25 лет в Иркутске прожил, у него совершенно нормальный русский язык, – засомневалась директор школы Леонова Ирина Покровская. – Другое дело, что он не очень-то стремится общаться, поскольку мальчики из «Мерседеса» заплатили ему какую-то крупную сумму». 

Ирина Покровская рассказала, что в последний раз видела господина Гусейнова как раз 16 августа в Ленинском суде. «Коллектив школы и некоторых родителей вызвали в суд в качестве свидетелей, но допрашивать не стали, – сообщила она. – Напротив, я так поняла, что наш вызов был ошибкой секретаря: судья накричала на неё и выгнала нас из зала заседаний». Что было с рассмотрением дела после этого, Ирина Покровская не знает: статус свидетеля не позволяет ей интересоваться этим в суде. 

Как стало известно «Иркутскому репортёру», в Ленинской прокуратуре с замечаниями Ленинского суда не согласились и направили кассационное представление за подписью заместителя прокурора района Дмитрия Осипова. Правда, в чём суть их возражений, Дмитрий Осипов рассказывать отказался. Теперь решать, кто прав, кто виноват, будет Иркутский областной суд. По словам его пресс-секретаря Ольги Шиндаевой, рассмотрение кассации назначено на 17 октября. Когда дело будет рассмотрено по существу, не решается предположить ни одна из сторон. 

Однако в задержке рассмотрения, казалось бы, очевидного дела можно найти и плюсы. После проведения дополнительных оперативных мероприятий к перечню статей, по которым будут судить молодых людей, расстрелявших школьный автобус,  добавилась ещё одна – 213-я («Хулиганство»). Хулиганство предусматривает более суровое наказание, чем порча имущества и побои. 

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector