издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Фамильная заимка

Кадарея – село, которого нет на карте

На карте Тайшетского района сегодня не найдёшь села Кадарея. Однако по берегу реки Чуны в чистом поле выросла уже целая улица крепких деревянных домов. Четыре года назад здесь поселилась семья староверов Алексеевых. Сначала приехали братья-близнецы Евсей и Винарий с жёнами и детьми, затем стали подтягиваться другие их родственники. Теперь на этой новой заимке – самой дальней, самой северной в районе точке – вовсю кипит жизнь, а муниципальная власть ломает голову: как «пробить» для фамильного гнезда Алексеевых официальный статус населённого пункта?

На север мы с заместителем мэра района Юрием Кирилловым двинулись по жалобе жителей села Полинчет, расположенного в 300 километрах от Тайшета. Люди выражали недовольство плохими дорогами, отсутствием сотовой связи, невозможностью получить на месте медицинские услуги и т. д. Никаких претензий к районной власти, как выяснилось, не имеют только те, кто живёт на самом краю Полинчетского муниципального образования – жители деревень Кондратьево и Кадарея. Не потому, конечно, что быт их налажен лучше – всё как раз наоборот. Причина в том, что эти глухие деревни облюбовали христиане-староверы, у которых совсем другие ценности в жизни. Порядок в общине держится на вере отцов, считают здесь, а не на постановлениях светской власти.

Старосту общины в Кадарее мы дома не застали. Несмотря на 40-градусный мороз, Евсей Алексеев ушёл спозаранку вместе с четырьмя взрослыми детьми на лесосеку – заготавливать брус для строительства очередного дома. Сыну Евгению, у которого в прошлом году родился пятый ребёнок, стало тесно в усадьбе. Нежданных гостей принимала Надежда Юдовна, супруга старосты. Мы застали её за выпечкой хлебов: замесив тесто, она уложила его в чугунные формы, чтобы «подошло», прежде чем ставить в русскую печь. Надежда Юдовна просила её не фотографировать, но рассказать о том, как живёт семья на новом месте, всё же согласилась. 

Оказалось, что Кадарею братья Алексеевы для постоянного места жительства выбрали не случайно. «В 70-е годы прошлого века мы жили именно на этом месте – и я с родителями, и семья моего будущего мужа, – говорит Надежда Юдовна. – Родители наши работали в химлесхозе, мы учились в школе. В Тайшетском районе прожили восемь лет, а потом всей общиной собрались и отправились на Енисей, в деревню Сергеево». Переселенцы построили огромные плоты, погрузили на них свои разобранные дома или заготовленный лес для того, чтобы на новом месте быстро поставить новое жилище. Семьи вместе со скарбом поместились в небольших будочках с печками, установленных на плотах. Плыли две недели – сначала по реке Чуне, потом по Тасее, сливающейся с Ангарой, пока не добрались до Енисея. По словам Надежды Юдовны, это было не первое переселение общины: «Мы с мужем оба родом с Тывы, родители наши снялись с тех мест, когда нам было лет по девять. В деревне Сергеево Енисейского района Красноярского края прошла большая часть нашей жизни – 29 лет. Там мы с мужем поженились, когда Евсей Леонидович вернулся с армии – мне было тогда 19, там родились все восемь наших детей. Муж работал в промхозе. В деревне, которую мы покинули, было около 30 дворов староверов. В Кадарею же мы отправились двумя семьями. Приехали на «КАМАЗе» в чистое поле, трава по пояс, гнус заедает. А ведь когда мы отсюда уплывали, старожилы в деревне ещё оставались. Место было хорошее, заработное».

Кадарея начала загибаться, когда закрылся химлесхоз, в 1980-х деревня исчезла с карты Иркутской области. И неожиданно стала возрождаться в июне 2009 года. Алексеевы купили второй «КАМАЗ», соорудили пилораму, и дома пошли расти как грибы. Члены общины обрабатывают землю с помощью купленного уже на новом месте трактора, выращивают овощи и картофель, держат коров, собирают ягоды, которых здесь море. Сыр, масло, дикоросы возят на продажу в Красноярский край, куда легче добраться. Обеспечивают дровами школы и клубы соседних сёл – Полинчета и Кондратьево, местную администрацию. 

И, кажется, всем довольны. «Климат здесь лучше, чем на Енисее, – уверяет Надежда Юдовна. – Мороз, конечно, зато ветров нет. И гнус исчез, когда мы здесь обжились». Воду жители заимки берут с реки, в том числе и для приготовления пищи. На наших глазах подросток с коромыслом отправился к проруби, выдолбленной довольно далеко от берега. Переселенцев нисколько не смущает отсутствие фельдшерского пункта. «Больше лечимся травами, но при нужде и от помощи врачей не отказываемся», – поясняет Надежда Алексеева. Такая нужда, однако, возникает редко. В прошлом году невестка Алексеевых родила пятого ребёнка, дочку Варвару, прямо на дому. Девочку весом 5 кг 200 г принимала бабушка. Заместитель мэра района Юрий Кириллов рассказывает, что привозил в Кадарею педиатра, чтобы осмотреть ребёнка и выписать нужную справку: без бумажки из роддома не выдавали свидетельство о рождении. Так врач потом говорила, что никогда ещё не видела новорождённых с таким отменным здоровьем. 

Улица Береговая в Кондратьево, где жили «нехристи», разрушена

Быт в общине устроен, на первый взгляд, странно. С одной стороны, в доме старосты, например, много вполне современных вещей: новый кухонный гарнитур, электрочайник, калькулятор и т. п. Есть даже мобильный телефон, правда, разговаривать по нему можно только с одной точки в селе (ни одна из компаний сотовой связи пока не взяла на себя обслуживание этого медвежьего угла). 

Возле каждой усадьбы на приколе какое-нибудь транспортное средство. Семена для огорода выписываются с помощью журнала «Товары почтой». Периодика сюда тоже поступает: Надежда Юдовна собирает подписку «ЗОЖ» и «1000 советов». Зато ни в одном из домов не увидишь ни телевизора, ни радио – по мнению хозяев, они мешают правильно воспитывать детей. Семья очень благодарна начальнику районного управления образования Ларисе Семчишиной: и Надежда, и Винарий, не сговариваясь, просили передать ей большое спасибо. Очевидно, за то, что районная власть безо всякого бюрократизма, по-человечески подошла к вопросу обучения младших Алексеевых. Им дали возможность получать грамоту на дому, без посещения школы и общения с местной детворой. При этом Ольге Килиной, родственнице Надежды Юдовны, тоже переехавшей в Кадарею с семьёй на постоянное проживание, была выделена ставка учительницы Полинчетской средней школы. Завуч Надежда Сухая рассказала, что четверо детей из Кадареи занимаются сейчас по программе начальных классов, хотя они немного старше своих сверс-тников – родители позже отправили их учиться. В конце каждой четверти ребятишек привозят в школу, где они сдают зачёты. 

Пока мы были в Кадарее, ребятня разного возраста, несмотря на мороз, по домам не пряталась. Младшие носились по берегу и играли со щенком, старшие работали. 17-летний сын Винария возле своего дома разогревал аккумулятор «Жигулей». Детей 58-летнего Винария Леонидовича мы приняли сначала за его внуков, но оказалось, что здесь с ним семья от второго брака. «В жизни по-разному случается, – сказал он просто. – Бывает, что и не слюбится». У Винария восемь детей, как и у брата-близнеца, в Кадарее с ним живут трое младших. 

«Душой с Богом примирись»

День в общине староверов начинается с выпечки хлеба

Винарию Леонидовичу я задала вопрос, который меня особенно интересовал: «Чем староверы отличаются от всех остальных местных жителей?» «Да ничем, – заявил он. – Поставьте рядом со мной такого же бородатого – никакой разницы не увидите. Просто воспитание у нас другое. Порядки свои». Свод правил, по которым живут все представители фамилии, висит в рамке на стене рядом с иконостасом в молельной комнате, куда нас проводила Надежда Юдовна. Собственно, это переложение божьих заповедей в стихотворную форму: 

Благомыслие храни,
лень подальше прогони.
Душой с Богом примирись,
о всём мире помолись.
Нищего не осуждай –
помощь нищему подай.
Поставь свечку и потом
осени себя крестом.

Остальные куплеты в том же духе. Сочинил эти вирши, как значится в подписи под текстом, в 7516 году от сотворения мира один из предков семьи – Афанасий Мурачёв, проживавший в Енисейском районе Красноярского края. 

Винарий Леонидович рассказал нам об особенностях так называемой древлеправославной веры. Староверы ведут своё начало от раскольников, отвергших предпринятую в 17 веке патриархом Никоном церковную реформу. Основ христианства она не затронула: символ веры старообрядцев по сути тот же, что и у современных православных, – они веруют в Отца, Сына и Духа Святого. В доме старосты кадарейской общины в красном углу мы видели старинные иконы Троицы, Спасителя, Богоматери и Николы Угодника. Их передают в семье из поколения в поколение, как и старопечатные библейские тексты. 

Но староверы категорически не принимают новых обрядов церкви. «Креститься следует двумя перстами, как встарь, а не щепотью, как пошло от Никона», – убеждённо говорил нам Винарий. Он считает принципиальными также разногласия по вопросам, как крестить ребёнка (должно быть трёхкратное полное погружение) или класть земные поклоны (непременно в пояс). Такая разница в убеждениях кому-то покажется несущественной, но именно из-за неё старообрядцы в течение трёх веков преследовались и светской властью, и официальной церковью.

Сегодня отношения с властями и местными жителями, которые не придерживаются древней веры, у старообрядцев Кадареи и соседнего с ним села Кондратьево достаточно своеобразные. С одной стороны, эти люди продолжают придерживаться общинных правил, основанных на догмах и божьем законе, с другой – современная жизнь всё-таки накладывает свой отпечаток на их порядки.

Некоторые традиции староверов с непривычки несколько поражают. Супруга главы Полинчетского муниципального образования Светлана Смолина рассказала нам, как общалась со школьной подружкой из семьи старообрядцев: «Когда она приглашала меня к столу, то посуду брала из отдельного шкафчика, стелила для меня другую клеёнку, которую потом убирала. Никогда староверы не станут пить чай из кружки, которой пользовался человек другой веры». 

Кадарея возрождается. На берегу реки Чуны выросла целая улица

Женятся старообрядцы на единоверцах. В этом смысле членам кондратьевской общины повезло, что в соседнем селе Кадарее появилась молодёжь. Обычно им приходится ездить свататься на Енисей. В каждой семье общины строго исполняется так называемое правило семи колен, предупреждающее кровосмешение. Поскольку вступать в брак приходится с представителями ограниченного круга фамилий, детям староверов из породнившихся семей разрешается жениться друг на друге только через семь поколений. Местные рассказывают о трагедии, которая разыгралась на глазах всей деревни, когда родные братья одной фамилии влюбились в родных сестёр другой фамилии. Одна пара создала семью, другой родители категорически запретили вступать в брак. Влюблённые ослушались и стали жить вместе, у них родилось двое детей, но неписаный закон семи колен в конце концов восторжествовал. Гражданской жене, в одночасье превратившейся в мать-одиночку, пришлось уехать в енисейскую общину с малышами, а её сожитель нашёл невесту, которую община одобрила. Теперь уже и в новой семье народилась куча ребятишек. Детей у староверов, как правило, не меньше восьми–десяти. «Планированием семьи» здесь заниматься не принято: малышей рожают столько, сколько их пошлёт Бог. У одной из женщин недавно появился на свет 14-й ребёнок, а самой маме уже под 50 лет. 

Свадьбы в Кондратьево играют каждый год. В прошлом году их было три. Причём каждой молодой семье община сразу строит дом. Обычно к свадьбе он уже готов. За счёт семей староверов глухое село, куда летом добираются на лодках и где нет ни одного предприятия, чтобы можно было трудоустроиться, быстро растёт. Ещё недавно община занимала половину деревенской улицы, а теперь границы её значительно расширились. Места для строительства старообрядцам хватает: неверующие постепенно покидают бесперспективное село и бросают свои дома. Вся улица Береговая, которую в недавнем прошлом заселяли, так сказать, нехристи, превратилась в руины.

Зато бурлит жизнь в той части деревни, которую облюбовала для жизни община: возле домов по улице Центральной стоит на приколе техника, степенно занимаются своими мужицкими делами хозяева. Поначалу кажется, что в селе обитают одни старики – окладистыми бородами в общине староверов украшено каждое мужское лицо. 

«Нам здесь не мешают жить»

Нина, как и её братья и сёстры, учится на дому

Ребятишки из старообрядческих семей деревни Кондратьево, в отличие от своих сверстников из Кадареи, посещают Полинчетскую среднюю школу. Зимой их возят через реку на школьном автобусе, а летом родители переплавляют на лодках, нацепив на каждого оранжевый спасательный жилет. По словам завуча Надежды Сухой, дети старообрядцев ничем не отличаются от других учеников, сидят за партами рядом с одноклассниками, но никогда не питаются с ними в школьной столовой. Даже от льготного питания отказываются. А вот медицинские осмотры не пропускают. На одном таком мы побывали – его проводила опытный педиатр Вера Семёнова, заведующая поликлиникой районной детской консультации, приехавшая из Тайшета на юбилей Полинчетской школы. Времени на осмотр ребятни было в обрез – пока шли приготовления к празднованию. Но кондратьевских школяров проверили в первую очередь. Вера Прокопьевна осталась довольна их состоянием здоровья: «Все ребята крепкие, до сих пор загар не прошёл, хронических заболеваний нет, физическое развитие соответствует возрасту». 

А ведь родители умудряются их растить практически без помощи государства. При таком количестве ребятишек в семьях почти никто из староверов не оформляет материнский капитал, не получает детские пособия. Престарелые люди здесь обходятся без пенсии. Муниципальные власти пытались с этим вопросом разобраться. Глава Полинчетского МО Владимир Смолин даже взял у одной многодетной матери объяснительную, мне её показали. «Имеем с мужем в браке шестерых детей. Детские пособия и другие выплаты не получаем, так как мы староверы и от всех выплат отказываемся. Имею также дочь-инвалида, но как мать могу её содержать сама, от выплат отказываюсь», – написала молодая женщина собственноручно в декабре прошлого года. «На словах она добавила, что подходила за разъяснением по этому вопросу к старосте общины, – рассказывает глава администрации Полинчетского муниципального образования Владимир Смолин. – Староста сказал, что это дело личное, каждая семья сама может решать, принимать ли ей помощь государства». В последнее время, как сообщили мне в районной администрации, некоторые молодые староверы изъявили желание оформить материнский капитал и полагающиеся многодетным семьям пособия. 

Идти на контакт с местной властью членов старообрядческой общины заставляет жизнь. Сейчас, например, заместитель мэра района помогает срочно получить паспорт молодой женщине на сносях – у неё нет никаких документов, могут возникнуть проблемы при поступлении в больницу и регистрации новорождённого. С его же помощью решают проблему с паспортами для своих детей братья Алексеевы – и у Евсея, и у Винария сыновья приближаются к призывному возрасту. Кстати, от службы в армии молодые члены общины не отказываются. У них и свататься принято только после того, как отслужишь. Основным препятствием для исполнения воинского долга является как раз проблема с несвоевременным получением документов. Старожилы рассказывают, что многодетные семьи кондратьевской общины до сих пор стараются послать кого-то из старших сыновей (обычно второго или третьего ребёнка) в скит, расположенный в Красноярском крае, на Енисее. Это что-то вроде монастыря, но с более суровыми условиями. Пустынники живут в землянках и большую часть дня молятся на коленях за свою общину, укрепляются в вере. Там уже не до формальностей с получением паспортов. К документам староверы вообще относятся настороженно. «Им не нравятся номера на официальных бумагах, – объясняла нам Светлана Смолина. – Ведь в Библии сказано, что, когда придёт сатана, он каждому присвоит номер. Вот почему они не желают, например, получать ИНН». 

Педиатр из Тайшета Вера Семёнова осталась довольна состоянием здоровья кондратьевских школяров

Местная власть относится ко всем обычаям общинников, надо сказать, с терпимостью. «Как минимум раз в квартал мы выезжаем на эту территорию со специалистами из собеса, Пенсионного фонда, органов образования и здравоохранения, – рассказывает заместитель мэра района по социальным вопросам Юрий Кириллов. – И обязательно посещаем деревни староверов. Обычно у людей накапливаются проблемы с получением документов, какие-то бытовые вопросы. Мы их решаем на районном уровне – так быстрее. И меньше бюрократических формальностей, выполнить которые члены общины всё равно самостоятельно не в состоянии». 

Сейчас районная администрация пытается решить проблему электроснабжения возрождённой Кадареи. Чтобы провести сюда линию электропередачи, надо вернуть деревне официальный статус населённого пункта. А это процедура длительная, требующая подготовки большого перечня документов. «Вот закрыть посёлок очень просто, – сетует Юрий Кириллов. – А восстанавливать его замучаешься. Мы сегодня над этим работаем вместе с областной властью». 

Пока семья Алексеевых обходится без ЛЭП. Электричеством на фамильной заимке пользуются в каждом доме благодаря передвижным бензиновым генераторам. Но это удовольствие дорогое. Когда проблема будет решена, село староверов начнёт, наверное, развиваться быстрее, у него есть перспективы. Надежда Юдовна рассказала, что в Кадарею вслед за первыми переселенцами за эти годы приехали на постоянное место жительства семья её племянницы, сын которой уже отделился и завёл собственное хозяйство, и старенькая мачеха. Изъявляет желание вернуться в места, где прошло детство, и родной брат Надежды. «Нам здесь хорошо, комфортно. Не мешают жить по нашим порядкам», – заявил Винарий.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector