издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Весь мир театр? Скорее цирк!

И балаган, и шутовство, и скоморошество – этот опыт сценической клоунады представлен на камерной сцене академического драматического театра имени Охлопкова в спектакле «Смертельный номер», поставленном по пьесе современного драматурга Олега Антонова. Руководителем проекта в рамках «Режиссёрской лаборатории» стал Геннадий Шапошников, режиссуру осуществили молодые актёры Алексей Орлов и Василий Конев.

Сценография заслуженного деятеля искусств России Александра Плинта в спектакле скупа по средствам выразительности. На сцене чёрный кабинет с входами и выходами, завешанными также чёрными шторами. Висящие трапеция и саксофон рельефно выделяются своей конкретикой, принадлежностью к цирку, как и стоящий в центре чемодан с яркими наклейками. 

Но прежде чем начать разговор о спектакле, хотелось бы заметить, что пьеса была написана Олегом Антоновым в первой половине 90-х годов ХХ века. В то время, когда от социальных перемен страны у многих «крышу срывало», время, названное депрессивным, напоминающим то ли цирк, то ли трагедию целого народа.

Драматург не столько рационально, сколько интуитивно уловил в пьесе атмосферу смутных перемен, происходящее назвал «Смертельным номером». Не зная, чем закончится перестройка, придумал для неё оптимистический и светлый финал. А в начале и середине действия – тревожное, щемящее, мистически-конфликтное настроение, выраженное в почти абсурдных, но так понятных для россиян текстах.

Молодые актёры, уловив способ мышления Антонова, не только взяли к постановке пьесу, но и потратили массу усилий, чтобы освоить приёмы клоунады с её акробатическими элементами, фокусами и прочими сальто-мортале, которыми владеют цирковые артисты. И добились результата, соединив в своей работе философские размышления автора о жизни с настоящими, блистательно выполненными номерами клоунады.

Итак, почему героями представления стали Рыжий, Толстый, Чёрный и Белый клоуны? Не знаковые ли это фигуры, на которые делится весь род людской? Не случайно одних называют оптимистами, других пессимистами, экстравертами или интровертами. Конечно, каждый человек индивидуален, представляет собой микрокосмос, но принадлежит этот индивидуум к группе людей со схожими характерами, одинаковым проявлением эмоций и темперамента в аналогичных ситуациях. Говоря о клоунах, участники спектакля вслед за драматургом представляют на сцене поведенческие характеристики людей нашего разрозненного, поделённого почти на касты (как в Индии) общества.

Сюжет спектакля метафоричен, за каждым поступком героев прочитывается конкретный и универсальный смысл. Всё начинается с драмы. Выходит Клоун, начинает играть на саксофоне. Полились плавные звуки, и вот инструмент оказался в одной руке, другой клоун крепко ухватился за трапецию, которая начинает медленно подниматься. Гаснет свет, тишина, звук падения и… распластанное тело лежит на полу арены. 

Случилась катастрофа. Но смерть ли это? Появляются основные герои спектакля – Рыжий, Толстый, Чёрный и Белый, напуганные случившимся, замирающие, туго соображающие, но сообразившие, что от тела надо избавиться. И как это делают клоуны? Конечно, путают левую сторону с правой, верх с низом, движение одних вызывает ступор у других. Наконец, сообразили, выбросили тело в чёрное никуда.

Надо заметить, музыкальное оформление спектакля проходит вживую, в исполнении группы в составе Александра Армаша, Олега Запорожца, Егора Берлизева, Дениса Моисеева. Разместившись в первом ряду зрителей, музыканты создают почти фантастичную, тревожную, пугающую или, наоборот, бравурную атмосферу спектакля, воспроизводя как целостные произведения, так и отдельные звуки, рваные музыкальные фразы. Сосуществуют они в едином целом с движениями актёров, их паузами, реакцией, стремлением создать на сцене коллективное единство и разделённость на отдельные персоналии.

А далее клоунские штучки и абсурдный, кажущийся несвязным текст, проявляющий движение души человека. Клоуны мечтают. Например, о днях своей кончины. Один представляет свою смерть в кругу семьи, другой на поле битвы, сопровождая её почти ёрническими картинками – это смертный одр или храбрая сеча в бою. Четыре клоуна умудряются воспроизвести на сцене и многочисленный семейный круг, и бег коня на поле брани. Если у актёров есть фантазия, то и зрители реально воспринимают образы их воображения.

Не делая паузы, сходу клоуны переходят от смерти к мечтам о любви, о стремлении разбогатеть, жить в стране-сказке. Что видели клоуны в своей жизни: подлость, унижение, нищету. Они были одержимы своей профессией, своим бескорыстным служением цирку. Но странные мечты увели их к идее свободы.

Клоуны решили убежать из постылого цирка, распрощались друг с другом, но нет… Сначала возвращается один, потом ещё, ещё и ещё один. Они опять вместе, но каждый решил выступать отдельно, освободившись от партнёра. И пошли номера-дивертисменты! Драматические актёры начинают демонстрировать цирковую ловкость, эксцентрику, неожиданную затейливость фокусов, смешные клоунские выкрутасы. Работают они чисто, почти без зазоров в подходе к номеру. Смотреть на эти аттракционы интересно, зрители, как в цирке, аплодируют и радуются успеху каждого. Сами же исполнители критикуют и хвалят друг друга, ругаются вплоть до драки, пытаются интриговать, понимая, что целостного номера не получилось.

Тогда их осенила простая, лежащая на поверхности идея: работать надо вместе. И снова вопрос: а как же быть с желанной, столь ожидаемой свободой? «Да пошла она на фиг, эта свобода», – говорят клоуны, удаляясь вглубь сцены. (Надо заметить, Антонов этого текста не писал, но иркутские актёры коллективное решили поставить выше индивидуального). 

Они так и не ответили на вопрос: что же такое свобода? Гегелевское определение – «осознанная необходимость» – подходит не к каждому случаю. Сегодня свободные люди так научились толкаться локтями, отстаивая собственную независимость, что, бывает, загоняют себе подобного в полную несвободу. И как тут быть? Европейцы давно поняли, что свободным человек может чувствовать себя только тогда, когда он не ущемляет свободы ближнего. Во всяком случае, в осознании свободы выбор есть всегда.

В финале спектакля вновь появляется начинавший действие Клоун, он играет на саксофоне, к нему присоединяются Рыжий, Толстый, Черный и Белый клоуны. Маски им незачем снимать, они представили на сцене легкомысленные, демонические, наивные, радостные и печальные типы людей, которые сделали свой выбор и стали счастливы. Пройдя путём эгоистического индивидуализма, объединившись, они вновь почувствовали настоящий прилив творчества и вдохновения. 

Овации зрителей, выкрики «Браво!» и вместо поклона – настоящее выступление-буффонада. Актёры-клоуны соединяются в пирамидах, падают, выполняют сальто прогнувшись, колёса и кульбиты, ходят на руках. Этот дивертисмент выполняется ими синхронно или в той последовательности, какая предусмотрена номером. Актёры делают всё так, как положено настоящему творческому коллективу, как писал в книге «Моя жизнь в искусстве» К.С. Станиславский: «Цирк – это лучшее место во всём мире!»

Остаётся только назвать имена исполнителей: Клоун – Алексей Орлов, Рыжий – Константин Агеев, Толстый – актёры Антон Залетин и Сергей Дубянский, Чёрный – актёры Дмитрий Акимов и Николай Стрельченко, Белый – Иван Гущин. 

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector