издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Прогулки по Иркутску» сделали меня сентиментальным»

«Прогулки по старому Иркутску» – уникальный городской проект, созданный силами исключительно энтузиастов. Придумал прогулки историк, общественный деятель Алексей Петров. И уже четыре года подряд каждый вторник в тёплое время иркутяне гуляют по Иркутску, открывая для себя город с новых незнакомых сторон и ракурсов. Зимой раз в месяц проходит лекция-встреча в закрытом помещении. Проект стал победителем конкурса «Губернское собрание общественности Иркутской области» 2015 года. Осенью выйдет первый номер информационного бюллетеня «Прогулки по старому Иркутску», где под одной обложкой объединено несколько тем. Мы встретились с Алексеем Петровым, чтобы вспомнить, как всё начиналось, и выяснить, какими будут темы «Прогулок...» в ближайшие годы.

Точный формат диалога 

– В этом году предполагался большой юбилей – 20-летие клуба молодых учёных «Альянс». И так совпало, что сотая прогулка по старому Иркутску тоже пришлась на этот год. Хотя когда мы это всё начинали, никаких разговоров о юбилеях не было. В 2012 году возникла просто маленькая идейка – давайте погуляем, попробуем. Засосало так, что гуляем мы до сих пор и до сотой догуляли.

– Ну и всё же, ты помнишь, как всё начиналось?

– Прозаично. Когда праздновалось 350-летие Иркутска, я себя в этом празднике не нашёл, несмотря на то что было много разных мероприятий. Так и родилась идея: хотелось что-то сделать, чтобы увидеть себя и своих друзей во всём этом. И я предложил коллегам-историкам: «Давайте что-нибудь сделаем для людей, какие-то бесплатные экскурсии, прогулки». Набережные, скверы и памятники – это всё хорошо. Но хотелось поговорить с людьми, хотелось, чтобы они вспомнили, что у них дома десятилетиями лежит в загашниках. Меня поддержала жена, ещё несколько ребят. Я сразу предупредил, что никаких денег нет, есть только идеи. Мы поучаствовали в маленьком социальном конкурсе, выиграли грант на единственную затратную статью – издание открыток. Я хотел, чтобы люди унесли что-то после «Прогулки…»  домой. Мы напечатали открытки и дали объявление в соцсетях. 25 июня состоялась первая «Прогулка…» с Вадимом Петровичем Шахеровым, мы решили начать с темы «Иркутский острог». Как сейчас помню: в 15.50 подходим к памятнику основателям Иркутска, народу там – человек 10–15. Тогда я достаю матюгальник, делаю объявление, и на меня начинают со всех дорог идти люди. Всего на первой прогулке собралось человек под 150.

– Волновался?

– Я волновался страшно. Но когда увидел, что слушатели есть, перестал волноваться. Понял, что мы в какую-то важную точку попали. Когда люди пришли во второй и третий раз, я понял, что они и дальше будут приходить на наши «Прогулки…»  безо всякой широкой рекламы. Про нашу первую прогулку сняли сюжет по ТВ, и я стал популярным человеком в среде неких любителей-краеведов. Оказалось, что люди страшно ждали, когда они смогут что-то послушать и рассказать о себе. На свежем воздухе, в движении. Когда мы летом и осенью 2012 года отгуляли 13 «Прогулок…», я понял, что мы будем делать второй сезон.

– Очень точным оказался и формат диалога? То, что каждый желающий мог задать вопросы или рассказать что-то по теме.

– Именно так. Когда мы во второй или третий раз стали гулять, к нам просто присоединялись прохожие. И возле нынешнего математического факультета, когда мы рассказывали про Ефимия Кузнецова, к нам подошла одна дама со словами: «А вы знаете, моя бабушка в этом институте благородных девиц училась, у меня есть фотографии». Людям было некому об этом рассказать, а на наших «Прогулках…» они нашли единомышленников, с которыми могут делиться таким же сокровенным.

– А в чём разница между лекциями в аудитории студентам и прохожим на улице?

– Скажу честно: любой историк в душе недоволен тем, что в аудитории его слушают далеко не все. Историки, филологи – более трепетные студенты, но всё равно ты не всегда получаешь отдачу, особенно в темах, касающихся деталей – асфальт, фонари, афиши. Сейчас студенты заточены на всё большое, мобильное, глобальное. А тут нашлись люди, которым оказалось страшно интересно, в каком платье Марья Ивановна 100 лет назад ходила вокруг этого дома. Кто-то из них говорит: «У моей бабушки было такое платье». Так мы отчитали второй сезон, третий. И оказалось, что тем явно много.

– Ты часто путешествуешь по стране и миру, видел множество разных городов. Центр Иркутска можно обойти за пару часов. Где же и как вы черпаете темы?

– А всё просто. Когда ты стоишь возле дома, сразу возникает несколько вопросов. Какое это время постройки? Кто был архитектор? А кто эти люди, которые здесь жили или живут? Каждый этот вопрос даёт тему для размышлений. Так мы вышли на шикарного нашего архитектора Владимира Александровича Рассушина, в Иркутске его авторству принадлежат понтонный мост через Ангару, Общественное собрание (нынешний ТЮЗ),  Александро-Мариинское училище (нархоз), особняк у Дворца спорта,  известный  как Дом дружбы. Когда мы стали заниматься им более плотно, оказалось, что он и в Усолье жил. И мы на двух автобусах поехали в его загородный дом в Усолье-Сибирском, заехали в Усольский краеведческий музей, где нам сказали: «У нас лет 5 не было столько посетителей». И когда мы заинтересовались его биографией, оказалось, что он был владельцем черемховских каменноугольных копей. И мы поехали в Черемхово, нас было 120 человек. И с местными краеведами мы открыли мемориальную доску Рассушину на одном из его сохранившихся домов. А сейчас, когда мы узнали, что после революции Рассушин был главным архитектором Харбина, я подумал: «Почему бы нам в Харбин не сгонять?» Всего два часа, наберётся полный самолёт прогульщиков по старому Иркутску. Темы порой появляются неожиданно: я три года назад перечитал книгу «Михаил Строгов» Жюля Верна. И читал я уже более внимательно, чем в студенчестве, обращал внимание на описания городской среды. И у нас было специальное мероприятие по Жюль Верну, по его описаниям Сибири, Иркутска. Теперь хочется слетать в Нант, в музей Жюля Верна. Когда мы говорили про Русско-Американскую компанию и подошли к домику на Сурикова, сразу возникла фамилия Шелихова. И мы поехали в Шелехов, в его музей. В прошлом году мы запустили проект «10 военных историй». И поняли, что никогда не обсуждали тему, а были ли в Иркутске маршалы Советского Союза. И оказалось, что молодой офицер Константин Константинович Рокоссовский имел здесь личную историю. И нынче мы отправляемся в Залари по его сибирским тропам. Получается, что одна тема может давать продолжение нескольким новым, одно цепляется за другое. У нас были локальные темы по архитектуре, конфессиям. Иркутск – город толерантный, здесь одновременно жили евреи, мусульмане, лютеране. И мы пошли в синаногу, нас встретил Аарон Вагнер. Пришли в мечеть, нас встретил Фарит Мунгалеев. В Спасской церкви к нам вышел батюшка. Мы немножко зацепили тему Гражданской войны, оказалось, что в Иркутске было большое количество посольств и консульств, о чём почти никто не знает – китайское, бельгийское, монгольское, японское, французское.

– Кто может стать лектором во время «Прогулок по старому Иркутску»?

– Постепенно к нам стали подходить и говорить: «Вы знаете, мы сами краеведы-любители, занимаемся этой темой, можно мы её расскажем?». Конечно! Ведущие у нас были самые разные – начиная от профессуры университета и заканчивая обычными горожанами. Вели «Прогулки…» и три моих студента. Так что любой человек без учёной степени может прийти и рассказать ту тему, которая ему близка.

– Самый давний период истории Иркутска, который вы брали, и ближайший к нам?

– Первая «Погулка…» была посвящена нашему острогу, это XVII век. А самое близкое к нам время – 40-летие микрорайона «Солнечный». Когда в 2014 году исполнилось 40 лет проспекту Карл-Маркс-Штадт, я понял, что хочу не только водить и организовывать экскурсию, я хочу сам что-нибудь почитать. И я подготовил большой материал о том, как первому секретарю Карл-Маркс-Штадского горкома Социалистической Единой партии Германии Паулю Рошеру иркутяне дали звание «Почётный гражданин города Иркутска». Он лично приехал на открытие проспекта, тогда и родился Солнечный. И мы пригласили вторых и третьих секретарей обкома партии, которые 40 лет назад этот район торжественно открывали. После этого мы все пошли на ледокол «Ангара», где у нас было большое чаепитие-празднование.

– А почему бы не взять что-то неформальное? Рок-Иркутск, эпоха «Театра пилигримов», сейшнов в кинотеатре «Пионер», «ПИК-радио», магазина «Тихий парад»?

– Мы пытаемся говорить о культурной среде, но не всегда можем решить вопрос с лекторами. Достаточно тем, которые мне интересны, но я пока не могу найти людей, которые могут о них рассказать. Когда рождались «Прогулки…», мы думали, что будем говорить в основном о царском Иркутске. Но мы всё активнее подступаем к советскому перио­ду. Военной истории много, тем Гражданской войны. На следующий год мы будем много говорить про 17-й год, столетие Октябрьской революции никак пропустить нельзя. И всё больше мы говорим про советский Иркутск. Эпоха «Интуриста», валютного магазина «Берёзка» – это всё темы ближайших лет.

Переименование улиц – неслучайное явление в Иркутске 

– Почему сегодня в тренде тема истории, на твой взгляд?

– Историческая память – это то, что мы должны нести будущим поколениям. В советское время большие пласты истории были вымараны. И я сейчас вижу в нашем областном госархиве, как большое количество людей сидит и читает метрические книги. Они ищут предков. И счастье, что сохранились церковные книги, что ты можешь найти свою прабабушку и выстроить родовую цепочку. Второй важный момент – у нас сейчас возник идейный конфликт с противниками переименования улиц. Но я считаю, что мы должны эту память нести, в том числе и в иркутской топонимике. Поэтому появление улицы Чудотворской, площади Сперанского – это неслучайное явление. Я немножко понимаю тех, кто против фактов переименования улиц. Но уверен, что они со временем созреют. Просто получается, что мы созрели чуть раньше, чем они.

– Важно хранить эту память, но в тоже время историк должен постараться подойти к ней безэмоционально и безоценочно?

– Время всё оценит. И потомки. Почему мне сейчас трудно брать для прогулок современную историю? Потому что я сам немножко её свидетель. Либо свидетели – мои родители, с которыми я часто спорю по многим вопросам современной и советской истории. Но наши дети будут уже совсем по-другому судить, безоценочно, потому что для них очередь в магазин – это что-то абстрактное и непонятное. Они с этим уже не сталкивались.

– Как в наше время, когда все куда-то бегут, много работают, как ты находишь время, ресурсы и вдохновение для такой работы? Не против ли семья? Кто чаще всего приходит на «Прогулки по старому Иркутску»?

– Все люди, которые читают лекции и «Прогулки…», – энтузиасты и волонтёры. С другой стороны, я думаю, что это нам когда-то что-то принесёт, может, мы что-то напишем, какой-то труд издадим. «Прогулки по Иркутску» – это уже часть моей жизни. Супруга – историк, работает в архивах, библиотеках, сама читала несколько лекций, она не против. По большей части на «Прогулки…» приходят женщины моего возраста и постарше. Все с образованием, многие в советское время занимали очень неплохие посты, и большинство всегда интересовались краеведением и историей. Но тянется и молодёжь, тянутся и мужчины, особенно сильный пол привлекают околовоенные темы.

Пришли послушать и стали авторами «Прогулок…» 

– Было что-то, что за эти четыре года запомнилось больше всего?

– Конечно, были вещи, которые меня сильно тронули. Прежде всего, это случайная встреча потомков иркутских купцов Юцисов. Это была «Прогулка…» Кристины Броходской, нашей студентки истфака, которая является правнучкой Юциса. Торговый дом Юцисов когда-то стоял на улице Пестеревской, нынешней Урицкого. Мы ведём «Прогулку…», Кристина показывает фотографию больших размеров. И в это время из огромной толпы выходит человек 10 людей разных возрастов, которые говорят: «Мы тоже Юцисы». Кристина – правнучка одного из братьев Юцисов, второй брат в 1930-е годы потерялся, сменил фамилию. Сама Кристина была в шоке. Они, разумеется, стали общаться. Через полгода потомки Юцисов пригласили меня в Музей городского быта, где они сделали выставку семейных ценностей и реликвий. Знаю, что они собрались писать историю семьи. Считаю, что только ради этой «Прогулки…» стоило затевать наш проект – чтобы какие-то люди нашли друг друга. Второй важный момент – в рамках наших «Прогулок по старому Иркутску» мы установили три мемориальные доски достойным людям. Это Василий Васильевич Жарников,  владелец аптеки на Большой, которая до сих пор выполняет эту функцию, пережив три революции, войны и падение СССР. Это Болеслав Петрович Шостакович, один из членов большой плеяды Шостаковичей, городской голова. И Александра Викторовна Потанина, жена Потанина, первая женщина, которая получила золотую медаль Русского географического общества. Четвёртая доска – на здании ювелирного магазина «Алмаз», на пересечении улиц Карла Маркса и Сухэ-Батора. Это первая табличка в Иркутске, которая посвящена зданию – польскому отелю «Деко». Мне хочется, чтобы горожане интересовались историей зданий как таковых. Что за гостиница здесь была, какой ресторан стоял, кто здесь бывал из известных лиц?

Третий момент, который мне интересен: когда люди, которые пришли к нам просто послушать, стали авторами «Прогулок…» Лариса Ивановна Савельева, которая рассказывала про лютеран в Иркутске. Вера Михайловна Фомина, которая сейчас является общественным директором музея завода им. Куйбышева, рассказывала про жизнь завода в годы войны. Анна Геннадьевна Садовская, педагог 11-й школы, нынче по Малому Трапезниковскому с нами ходила. Я попал под обаяние этой милой дамы, которая блестяще знает архитектуру Иркутска, историю города, прекрасно читает стихи. Ну и самое главное – я увидел большое количество неравнодушных иркутян. 

За 25 лет общественной деятельности в моей жизни было много разных проектов. Про «Прогулки по Иркутску» я могу сказать, что они сделали меня несколько сентиментальным. Я по-другому взглянул не только на Иркутск, я иначе стал смотреть на иркутян – более трепетно, что ли… Оказалось, что в Иркутске большое количество ценителей истории. И сам проект способствовал тому, что большее количество людей вокруг стали любить историю. На днях проводил экскурсию по Иркутску для своих одноклассников. Через три часа гуляния по городу они признались: «Для нас Иркутск – это дорога от работы до дома, от дома на работу. А ты нас провёл по Иерусалимскому кладбищу, по улице Грязнова, заставил фотографироваться возле дома Шубиных, мы же никогда на это не обращали внимания. И у нас всегда было скептическое отношение к твоим деревяшкам». Наши «Прогулки…» расширяют кругозор, заставляют подумать, почитать. В этом году по весне мы провели первый конкурс «История моя», посвящённый истории своей улицы, истории своего дома, у нас пришло около 40 писем из Иркутска. Иркутяне писали про свой дом, про свою семью, про свою улицу. Они все были разрознены, а мы помогли им объединиться.

– У тебя есть любимые места в городе?

– Мне дорог любой домик в центре города. Когда хожу по Карла Маркса, часто заглядываю в подворотни. Бабушки на скамейках сначала ко мне настороженно присматриваются, а когда мы начинаем разговаривать, они находят родственную душу. В одном из дворов на Карла Маркса я услышал: «Я сижу на этой лавочке больше полувека каждый день. И я помню те времена, когда на месте стадиона «Труд» были бараки». Или я был в доме одного присяжного поверенного, которого в 1937 году забрали и расстреляли. А его внучка до сих пор живёт в этой квартире. И она помнит рассказы своей бабушки, как в квартиру пришли люди в погонах, заняли комнату, и месяц семейной библиотекой топили печь.

– Алексей, как ты всё-таки оцениваешь Иркутск и каким бы ты хотел видеть его в будущем?

– Я объездил многие города Сибири, был, пожалуй, везде, кроме Кемерова. И могу сказать, что Иркутск – очень достойный город. На прошлой неделе я посетил Кишинёв. Могу прямо сказать: Иркутск краше столицы Молдавии. Поэтому я считаю, что все разговоры о том, что в Иркутске плохо, некрасиво, грязно, – от лукавого. На самом деле это всё комплексы иркутян, которые не очень любят свой город, к сожалению. По крайней мере, публично, вслух. Я вижу наш город обязательно культурным, образовательным центром, но я совершенно не вижу Иркутск столичным. Я хочу, чтобы Иркутск был лучшим провинциальным городом России. У нас не так много городов, где на одном квадратном километре могут стоять дома XIX века, здания советского поколения и современные билдинги. Конечно, хотелось бы, чтобы современные архитекторы более гармонично вписывали в историческую среду новые постройки. В последние годы Иркутск становится мигрантским городом, люди приезжают не только из небольших городков, но и из Центральной Азии. Мне хочется, чтобы они тоже в эту среду встраивались, приобщались к нашей истории и чувствовали себя сопричастными к современной жизни.

Детали

«Прогулки по Иркутску» породили несколько других проектов. Один из них – «Улица Большая». Как-то я взял в Совете ветеранов телефоны всех, проживающих на улице Карла Маркса, и стал им звонить с просьбой передать ненужные архивные документы, фотографии. И часто слышал такой ответ: «Сынок! Дети делали ремонт и всё выбросили». После этого я понял: что-то не то происходит. Мы сейчас идём к минимализму, избавляемся от ковров и стенок, но с этим уходит элемент истории. Поэтому мне хочется сказать: «Люди! Несите всё в музей, там разберутся». Можно на исторический факультет ИГУ, до меня это обязательно дойдёт. Не надо выбрасывать на помойку, не поленитесь дойти до специалистов, которые могут это использовать в своих научно-исследовательских работах.

«Открытки, напечатанные для проекта «Прогулки по старому Иркутску», разлетелись не только по всей России, но и во многие страны мира. Например, некоторые из прогульщиков отправили открытки своим друзья в Хельсинки, Минск, Палермо. Затем приносили ответы и зачитывали вслух: «Люся, спасибо! 

Я уехала из Иркутска 30 лет назад, но до сих пор с трепетом вспоминаю город». Так сохраняется связь людей с Иркутском».

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector