издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Отрезали целый орган»

Депутаты недовольны тем, что правительство не обсуждает с ними финансовые маневры

Иркутская область взяла на себя жёсткие финансовые обязательства на ближайшие шесть лет, а депутаты узнали об этом за два дня до первой сессии 2018 года. Ещё 25 декабря 2017 года Минфин РФ и минфин области заключили соглашения о реструктуризации по бюджетным кредитам. Заёмщик получает отсрочку, но берёт на себя тяжёлое бремя: в 2018–2024 годах регион обязан держать дефицит областного бюджета не выше 10%. Размер госдолга на весь период программы не может превысить 20%. Эти условия вызвали бурные споры на сессии Заксобрания. Правительство не обсудило с депутатами проект соглашений и выдало на бюджетный комитет «сырец». По мнению депутатов, столь жёсткие требования к госдолгу могут привести к тому, что регион на шесть лет будет лишён возможности экономического развития. Вмешаться в обсуждение пришлось лично сенатору Виталию Шубе, который намекнул, что в ближайшие годы можно забыть о развитии: увеличение МРОТ ставит регион в условия, когда необходима будет серьёзная дотация от федерального Минфина, а потому лучше выполнить все условия по реструктуризации.

Проект закона об утверждении дополнительных соглашений о реструктуризации задолженности Иркутской области перед РФ по бюджетным кредитам появился в ЗС за несколько дней до первой сессии 2018 года. Такая поспешность была обусловлена тем, что 25 декабря 2017 года Минфин РФ и минфин области заключили соответствующие соглашения, а теперь требовалось это закрепить законом. В 2017 году регион уже участвовал в федеральной программе реструктуризации по привлечённым ранее бюджетным кредитам в объёме 6,8 млрд рублей, сообщил первый заместитель министра финансов Иркутской области Александр Каневский. По соглашениям, заключённым 25 декабря, срок возврата кредитов продлён на 7 лет, до 2024 года. В 2018-2019 годах регион будет возвращать по 5% реструктурированной задолженности, или 304 млн рублей ежегодно. В 2020 году – 10%, и далее ежегодно в течение четырёх лет по 20%.

«Программа реструктуризации позволит снизить потребность в коммерческих заимствованиях в 2018-2019 годах в общей сумме почти на 5 миллиардов рублей, – доложил Каневский. – То есть разница между действующим обязательством погашения бюджетных кредитов и графиком, предусмотренным программой реструктуризации, составит 3,1 миллиарда рублей в 2018 году и 1,9 миллиарда в 2019-м. При этом затраты на обслуживание госдолга будут снижены в 2018 году на 20,9 миллиона рублей, в 2019-2020 годах – на 683,5 миллиона рублей, в 2021–2024 годах – на 925 миллионов рублей. Итого за весь период программы реструктуризации с 2018 по 2024 год общая экономия бюджетных средств составит 1,6 миллиарда рублей». Заёмщик обязуется в 2018–2024 годах держать дефицит областного бюджета не выше 10%, госдолг иметь на весь период программы не более 20%, ежегодный прирост долговых обязательств по рыночным заимствованиям – не более 50% от прироста налоговых и неналоговых доходов. Привлечение кредитов коммерческих банков возможно только по ставкам, не превышающим ключевую ставку Центробанка, увеличенную на один процентный пункт. Регион обязан утвердить и выполнять план «по оздоровлению государственных финансов».

По федеральному законодательству в течение трёх месяцев после заключения соглашений должен быть принят соответствующий закон, который и был внесён в ЗС. Столь вольное обращение с правом депутатов участвовать в «финансовых маневрах» вызвало в парламенте недоумение.

Александр Каневский напомнил, что основные параметры реструктуризации были озвучены Владимиром Путиным ещё на Госсовете 22 сентября 2017 года. Проект правил был размещён на регулирующем сайте, постановление правительства вышло 13 декабря 2017 года. С 13 по 25 декабря правительство Иркутской области в сжатые сроки дорабатывало допсоглашения к существующим бюджетным кредитам, которые и были подписаны 25 декабря. «А как в этом всём Законодательное Собрание было задействовано? – задал вопрос депутат Андрей Лабыгин. – Сейчас вы нас ставите перед фактом, когда мы ничего, по сути, изменить не можем. Вы здесь вырезали целый орган, не проведя, насколько я понимаю, никаких консультаций». «Андрей Николаевич, никто орган никакой не вырезал, а по поводу соглашений ещё раз говорю: процедура предусмотрена в постановлении правительства…» – повторил Каневский.

Возник у депутатов вопрос и о том, зачем правительство так рвётся уменьшить госдолг. «По всем федеральным каналам прошли сюжеты о встрече президента и губернатора, – сказал депутат Кузьма Алдаров. – Там был вопрос о снижении госдолга. У нас что, какие-то обязательства есть по снижению госдолга перед федерацией? Мы же говорим, что у нас самый низкий госдолг». Каневский подтвердил, что госдолг Иркутской области находится на экономически безопасном уровне. «Но он не самый низкий среди всех субъектов Российской Федерации», – подчеркнул замминистра. В абсолютных цифрах на 1 января 2018 года он составляет 18,5 миллиарда рублей, или 16,3%. «Ранее он был выше, на протяжении двух лет мы его незначительно, но снижаем, – сообщил чиновник. – Конечно, федеральная власть заинтересована, чтобы госдолг субъектов не наращивался». Все субъекты РФ были поделены в постановлении правительства на группы. Те, у кого госдолг составляет выше 50%, обязаны, войдя в программу реструктуризации, выполнить условие ежегодного снижения госдолга не менее чем на 2%. Остальным, у кого госдолг ниже 50%, вменяется обязанность не наращивать его.

Серьёзные опасения депутатского корпуса вызвала фиксация госдолга на уровне 20%. Для любого развития региона нужен финансовый маневр, сейчас же, взяв на себя обязательства по реструктуризации, область ограничивает себя в этом маневре, заявили парламентарии. Тогда как экономически безопасный размер госдолга для Иркутской области не 20%, как зафиксировано в соглашении, а на 10% больше. «Вы сами заявили, что 30% – это безопасный процент госдолга, – обратился к Каневскому спикер ЗС Сергей Брилка. – Это как раз то, что позволяет нам маневрировать. Может, нам стоило побороться и оставить в допсоглашениях не 20%, а 30%? Мы себя связываем до 2024 года, на 6 лет. А вдруг нам придёт в голову, как провести блестящие инвестиции, которые нам позволят, как вы говорите, наращивать налоговые доходы? А у нас не будет возможности».

Спикер напомнил, что парламент принял бюджет на 3 года. «Мы под этот бюджет приняли программы, – сказал Брилка. – В 2019 году по этому бюджету у нас 34% госдолг, а нам его надо сократить на 14%. То есть вот эти 14% мы выбрасываем сразу из программ. В 2020 году уменьшаем наши возможности на 18%». Александр Каневский заверил, что в реальности всё не так. Озвученные спикером цифры были заведены в плановый бюджет, сейчас же, по уточнённым данным, госдолг снизился в значительной степени – с 23,6% до 16,3% в 2018 году – и далее, в трёхлетней перспективе, также будет снижаться. А правительство в ближайшее время внесёт в ЗС новый вариант бюджета.

Эти обещания не убедили Сергея Брилку. Он снова напомнил, что даже при снижении объёмов госдолга планка в 20% лишает регион на многие годы любого движения вперёд. «Зачем двадцатью процентами мы себя загнали в угол, так легко согласившись? – спросил он. – Наверное, можно было побороться и посоветоваться с Заксобранием в некоторой степени». Он подчеркнул, что никак не сработал экономический блок правительства, который «молчал», когда региональный минфин сделал себе комфортные условия для существования, отменив совместно с федерацией любые финансовые маневры, которые могут в ближайшие шесть лет обеспечить крупные инвестпроекты. «Экономическому блоку тоже это нравится? А депутатам это не нравится!» – сказал спикер.

Вопрос оказался столь сложным, что его повторно обсуждали на бюджетном комитете в перерыве сессии. Точку в долгом обсуждении поставил сенатор Виталий Шуба. Он сообщил, что с января и с мая 2018 года дважды будет увеличен МРОТ, что скажется на формировании объёмов средней заработной платы в Иркутской области, которая имеет связь, помимо прочего, с районными и северными надбавками. «Что это значит для региона? Это прямым счётом 4 миллиарда 523 миллиона рублей, – констатировал Шуба. – Если мы будем сохранять дифференциацию в ставках муниципальных и государственных служащих, то не буду называть цифру, но она значительно больше». Сама Иркутская область с такими объёмами не справится, нужно будет обращаться в федеральный Минфин за дотацией. А это возможно только в том случае, если будут заключены соглашения о реструктуризации. «При иных условиях ожидать финансовую поддержку из федерального центра будет крайне сложно», – заключил Шуба.

Депутаты согласились с этим мнением и приняли закон. Однако Андрей Лабыгин внёс предложение принять к проекту закона отдельное постановление парламента. В нём правительству рекомендовано направлять в ЗС все проекты соглашений о новых финансовых обязательствах региона до их подписания. Его поддержал Сергей Брилка, напомнив, что правительство уже во второй раз допускает «жёсткий случай», когда в парламент вносится законопроект, который приходится разбирать за считанные дни до сессии и прямо на заседании уточнять, поскольку «Серый дом» не удосужился провести консультации заранее.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер