издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Вся жизнь – одни скитания»

На собственное выселение Елена Поликутина успела, так сказать, к «шапочному разбору». Когда женщина примчалась с процедур домой, незнакомые люди уже спилили замки и вошли в комнаты. Все двери были распахнуты. Больше десятка мужчин и женщин прямо в обуви толпились в тесном помещении. Ранние гости вломились, когда сын Елены Роман ещё спал: постель так и осталась незаправленной. Не стесняясь хозяев, посторонние люди рассматривали обстановку, брали с полок вещи, изучали файлы на компьютере. Никто из них не представился, только один из парней, как показалось Елене, самый совестливый, в ответ на просьбы женщины всё-таки показал удостоверение. И тогда она поняла: её саму и её больного сына (к парню был прикреплён медицинский аппарат) выгоняют из квартиры представители власти.

С энтузиазмом, достойным лучшего применения, приставы взялись за выдворение жильцов. Хотя судебное решение, которое они ожесточённо исполняли, не вступило в законную силу. Как сообщили корреспонденту нашей газеты в канцелярии Кировского районного суда, очередное судебное заседание по иску министерства имущественных отношений Иркутской области к Елене Поликутиной назначено на 25 апреля. В этот день апелляционную жалобу ответчика рассмотрит областная коллегия судей. И, если Фемиде будет угодно, освобождение помещения может и вовсе не состояться. Ведь решение первой инстанции – не догма. В судебной практике не редки случаи, когда областной суд отменяет решение районного.

А пока Елена может лишь с улицы смотреть на окна комнат, в которых прожила почти 20 лет. «Вон то окно на пятом этаже со шторами в полоску и соседнее – это мои, – показывает женщина. – Рассада там осталась на окнах, цветы, всё засыхает. Все вещи остались, продукты. Мы не взяли ни одежду, ни даже зубные щётки. Просто вышли на улицу».

Мы поднимаемся на пятый этаж. Свободное пространство площадки заставлено картонными коробками. К тому, что надо будет освободить помещение, Елена готовилась. Но не думала, что приставы начнут действовать, не дождавшись окончания суда.

Под ногами хрустят шурупы – следы недавнего вмешательства. Замки Елены приставы спилили, поставили новые. Над дверью горит красным цветом «маячок» сигнализации. Попасть внутрь и взять хотя бы полотенце или сменную одежду невозможно.

«Когда я вернулась домой, пыталась с сыном остаться в комнате. Эти люди сказали, что нас будут выносить. Меня выносить – ладно, но допустить, чтобы начали выносить сына, я не могла. Я попыталась успокоить сына, попросила его собраться, – вспоминает Елена. – В детстве мальчик перенёс энцефалит, после заболевания остались серьёзные последствия. Врач сказал, что сыну категорически нельзя волноваться, нервничать. Мне плохо делается от мысли, сколько ему пришлось пережить! Чужие люди ворвались к нам. Когда я пришла, застала такую сцену: его обступили со всех сторон, требовали паспорт. Приставы сказали, что он оказал сопротивление и на него составят акт. Они забрали с собой брелок в виде пламени. Сказали, что это холодное оружие…» Выйдя на улицу, Елена и Роман уже не смогли вернуться обратно.

На улице оказалась женщина, имя которой хорошо известно людям, связанным с детским движением, не только в Иркутской области, но и в стране. В советское время Поликутина была завотделом обкома ВЛКСМ, затем возглавила Федерацию детских организаций. Обладая ресурсами и связями, Елена Викторовна легко могла устроить собственные дела. Но женщина выбрала другой путь. Всю жизнь она старалась для других, писала интересные проекты, воплощала их, проводила семинары и конференции. Это она организовала международную экспедицию «Байкальское кольцо», занималась масштабными программами «Сталкер» и «Таёжные робинзоны». Она продвигала идеи развития детского движения, когда это было никому не нужно и не выгодно. За свою деятельность Елена Поликутина награждена нагрудным знаком «Почётный работник сферы молодёжной политики Российской Федерации», имеет благодарность от губернатора Иркутской области. Но позаботиться о себе она так и не смогла.

Принято считать, что люди, работающие за идею, остались в прошлом. Однако наша героиня – яркий пример служения своему делу. «В характере Елены Викторовны присутствует такая черта, как альтруизм – бескорыстная забота о благе других и готовность жертвовать для других своими интересами. Личная скромность не позволяет Елене Поликутиной решить свои жилищные проблемы», – отзывается о коллеге заместитель председателя совета Федерации детских организаций Снежана Бережная.

Жилищный вопрос актуален для семьи Елены на протяжении 30 лет. Молодую активистку в конце 1980-х годов заприметил Владимир Матиенко, бывший тогда первым секретарём обкома ВЛКСМ. Елена работала в Бодайбо секретарём горкома комсомола. Переезжать никуда не собиралась, была увлечена работой, пестовала городскую пионерскую организацию. Товарищи из области настойчиво предлагали повышение, городские власти поддержали идею. В итоге Елена переехала в Иркутск. На время – в гостиницу обкома партии, ныне гостиницу «Русь». В течение года новому сотруднику обещали предоставить жильё. Девушка много работала, для себя ничего не просила. Временный период затянулся более чем на пять лет. Елена родила сына и вместе с ним продолжала жить в номере до тех пор, пока гостиницу не передали в собственность областной администрации. Жильцов попросили освободить помещение.

«Вся жизнь – одни скитания. Никакого жилья мне не предоставили, – рассказывает Елена. – Мне ничего не оставалось, как переехать с ребёнком жить в офис. В здании на Ленина, которое рядом с «Серым домом», находился обком комсомола. Там мы и стали жить. Вместо областной пионерской организации мы создали Федерацию детских организаций, она стала правопреемницей пионерии. В то время, когда школы не занимались воспитанием, мы это делали».

В 1990-х годах областная администрация принимала решение выделить деньги на покупку жилья для Елены Поликутиной. В одном из документов, которые в редакцию передала женщина, – поручение замгубернатора Иркутской области Юрия Кустова рассмотреть возможность приобрести квартиру через фонд «Жильё». Есть проект распоряжения за подписью замгубернатора Владимира Яковенко. Но не случилось.

В 1995 году к Юрию Ножикову обратилась заместитель председателя комитета по делам женщин, семьи и молодёжи Госдумы Тамара Плетнёва. Она напомнила главе региона, что поручение Юрия Кустова так и не было выполнено. Спустя годы Елена узнала, что жильё по ходатайству депутатов федерального парламента всё-таки приобрели, но не ей. Женщине ответили, что жилплощадь от государства, несмотря на её заслуги, ей не положена. Не принесли результата и обращения к последующим губернаторам. К проблемам активистки в апреле 2009 года прислушался бывший глава региона Игорь Есиповский. По злой иронии оформление документов было запланировано на май того же года. Мы знаем, что случилось дальше.

Логично было бы предположить, что голос единомышленницы услышит нынешний губернатор, коммунист. Но именно при действующей власти Елена потеряла даже то, что у неё было. По странному стечению обстоятельств за происходящей несправедливостью как минимум безучастно наблюдают, а как максимум – участвуют в ней люди, которых хорошо знает Елена Поликутина и которые знают её.

«Выходит, что «красный» губернатор Левченко вместе с «красным» министром по молодёжной политике Поповым выселили активиста пионерской организации, – возмущается член президиума Российского детского фонда Вячеслав Усов. – Елена Поликутина – человек, который много сделал для области. Она продвигает идеи детского движения, то, чем она занималась три десятка лет, никуда не исчезло, оно «переплавилось» в современные процессы. Например, Движение школьников. Нынешнее руководство области знает об этом, но все делают вид, что ничего не происходит. Я уверен, что есть законные, цивилизованные способы разрешения проблемы».

Тех же позиций придерживается представитель Елены Поликутиной – юрист Игорь Рютин. «Решение не вступило в законную силу. Не пройдена вторая инстанция, женщину уже начали выселять. Делают это с таким остервенением, с человека готовы «шкуру снять». Это и понятно. Судятся власть и маленький человек. Гора и мышь», – эмоционально представляет ситуацию специалист.

Юрист Игорь Льгов считает, что по букве закона судебные приставы правы. Исполнитель сначала пропустил сроки исковой давности, затем восстановил их. Если за это время исполнительный лист уже был изготовлен, судебные приставы обязаны начать взыскание. Если следовать духу закона, исполнители не правы: суд не принял окончательное решение. Прежде чем предпринимать радикальные меры, следовало всё-таки дождаться, когда в деле будет поставлена точка.

Но это уже частности. Суть в том, что требование о выселении продолжает выдвигать правительство в лице министра имущественных отношений. Нынешние региональные власти неоднократно получали обращения от общественности. На прямую линию с губернатором было направлено обращение от группы активистов. Свои подписи под письмом с просьбой помочь разрешить жилищную проблему Елены Поликутиной поставили 70 человек. Ответ главы региона поражает цинизмом. Якобы Елена должна была обратиться в региональный центр мониторинга и развития профессионального образования, где ей и её сыну могут предоставить общежитие. Люди, желающие помочь нашей героине, отправились в этот центр. Оказалось, что руководство учреждения никогда не слышало об обязательствах по отношению к Елене. Нехорошо получилось. Кстати, это был уже второй ответ губернатора. В первом он рекомендовал женщине обратиться по месту прописки. Той самой, которую Елена была вынуждена купить после нескольких штрафов миграционной службы.

«Некоторые люди говорят мне, что в своих бедах я сама виновата. В чём я виновата? Что всю жизнь работала, старалась? – вопрошает женщина. – Мы, педагоги, с самой юности привыкли всё на работу нести из дома, а не наоборот. У меня нет родственников. Нет сбережений, наоборот, кредиты. Купить жильё у меня нет никакой возможности, нет денег даже на аренду. За помощью я всегда обращалась ко власти. К кому же мне ещё обращаться…»

Сегодняшняя власть определила для своего единомышленника место – на лестничной площадке у офиса, в котором Елена прожила последние 20 лет.

 

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер