издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Вы мне ничем не поможете»

Эксперты обозначили акценты личности ангарского маньяка

Пока расследовались уголовные дела серийного убийцы из города нефтехимиков Михаила Попкова, ему пришлось трижды пройти через комплексные комиссионные судебно-психиатрические экспертизы. Лучшие специалисты страны в области психиатрии пытались ответить на главные вопросы, интересующие следствие и суд: страдает ли подэкспертный психическим расстройством, мог ли осознавать общественную опасность своих действий и руководить ими, либо он невменяем и нуждается в принудительном лечении?

Диагноз: здоров

Выяснилось, что человек, совершивший десятки нападений с топорами, ножами, отвёртками и удавками на женщин, имеет здоровую наследственность и психическими заболеваниями, в том числе расстройствами шизофренического спектра, не страдает. Соседи, коллеги, знакомые характеризовали его как спокойного, не агрессивного человека. Сам он, правда, замечал за собой злопамятность: очень долго, порой годами, не мог простить обидчика. С удовольствием придумывал, как бы наказать этого человека, насладиться его страданиями. Однако старался не показывать свою злость.

В юности у Попкова были самые обычные интересы: с удовольствием посещал секцию самбо, занимался лыжным спортом и биатлоном, коллекционировал марки с животными, ходил в кружок авиамоделирования. В более зрелом возрасте появились другие увлечения: машины, фотографирование, езда на велосипеде. Экспертам Попков рассказывал о них, смакуя детали: обслуживание автомобилей и их перегон, преодоление трудностей пути были для него своего рода отдыхом, «сменой обстановки». Изучая фотографирование, он знакомился с профессиональной литературой, пытался разместить наиболее удачные снимки на специализированном сайте с целью их продажи. Любил ездить на велосипеде и знакомиться с местностью. Короче, всегда был достаточно деятельным человеком.

Проблем с интимной жизнью у подэкспертного в ранней молодости не наблюдалось. Он периодически знакомился с понравившимися девушками, ухаживал за ними, но длительные отношения не выстраивал. Как сам выразился, «старался не зацикливаться на сексе»: занимал себя тренировками и работой (с 14 лет помогал отцу, копал могилы на кладбище). В 18 лет влюбился, но подруга разорвала отношения, дав понять, что не собирается ждать его из армии. После службы хотел восстановить отношения, но узнал, что она замужем, и больше с ней не общался. До сих пор считает, что его «первая любовь» вышла замуж «не за того человека», так как он мог бы стать для неё «идеальным мужем». Когда сам создал семью, очень дорожил отношениями с женой и дочерью.

«От лучезарной улыбки к скорбной гримасе»

С экспертами объект исследования держался достаточно свободно, легко вступал в контакт, при обсуждении своего распорядка дня в СИЗО говорил о прочитанных книгах – детективах и исторических романах, с удовольствием поддерживал разговоры на политические темы. Следит за своим внешним видом и физическим состоянием: всегда гладко выбрит, опрятно одет, немало времени, по его словам, уделяет зарядке. Несмотря на то что прикован наручником, активно жестикулирует свободной рукой, наклоняется вперёд, чтобы сократить дистанцию общения. Мимика у него живая, яркая – от широкой, лучезарной улыбки легко переходит к мрачной и скорбной гримасе. Психически больным себя не считает. В какой-то момент с горечью произносит: «Вы мне ничем не поможете. Вас уполномочили меня изучить и дать диагноз, но я вас не осуждаю». Понимает наказуемость содеянного. Рассказывая о причинах своих противоправных действий, занимает оправдательную в отношении себя позицию, раздражается.

По результатам комплексного обследования комиссия пришла к заключению: никаким психическим расстройством Попков Михаил Викторович 1964 года рождения не страдал и не страдает, а обнаруживает акцентуированные – то есть чрезмерно выраженные – черты характера. Психологи отнесли его к аффективно-экзальтированному типу личности, склонному к глубокому реагированию на отдельные события, а также депрессивным или эйфорическим состояниям. Такие люди крайне впечатлительны, им свойственна бурная, интенсивно нарастающая реакция на любое значимое для них событие, особенно печальное (будь то измена жены или встреча с человеком, вызывающим сильную неприязнь). Сомнений во вменяемости подэкспертного у психиатров не возникло. В принудительном лечении, по их убеждению, он не нуждается. В результате сексологического исследования у Попкова диагностирована «гомицидомания (влечение к убийствам) с садистическими элементами». (Сам он такой диагноз не признаёт, однако в суде не смог объяснить, зачем, например, нанёс жертве более 170 ударов отвёрткой.) Экспериментально-психологическое исследование выявило «выраженную личностную дисгармонию, тревожность, склонность к фиксации на негативных переживаниях, сложность отвлечения от них, эмоциональное напряжение с тенденцией к накоплению и потребностью в разрядке».

Правду, и только правду

Конечно, следствие интересовало, нет ли у обвиняемого склонности к фантазированию – ведь он настрочил огромное количество явок с повинной. И возможно ли, что этот человек действительно обладает такой феноменальной памятью, которая позволила ему в ходе следственных действий с точностью излагать обстоятельства преступлений, совершённых много лет назад, достоверно описывать жертв, особенности их гардероба и внешности? Экспертам даже задавали вопрос по поводу наличия у обвиняемого признаков эйдетизма – особого вида памяти, связанного со зрительными впечатлениями и позволяющего надолго удерживать и через много лет воспроизводить запечатлённый образ. Следователь также интересовался, не является ли Попков обладателем абсолютной чувствительности зрительного, слухового или иного анализатора.

На все вопросы специалисты дали исчерпывающие ответы. Они не обнаружили у подэкспертного признаков повышенной внушаемости и склонности к фантазированию. (Попков, например, сам рассказал на следствии и в суде об эпизодах, где отсутствуют трупы жертв, а в милицию не поступали заявления от родственников пропавших людей. Однако в других случаях, когда убийства были совершены при схожих обстоятельствах, категорически отрицал свою причастность к ним, явно не желая брать на себя лишнее.) Эксперты считают, что память у Попкова без нарушений, а детальное запоминание всех обстоятельств, связанных с убийствами, обусловлено его «эмоциональной захваченностью» в момент их совершения. События, которые производят особенно глубокое впечатление на человека, могут запоминаться сразу прочно и надолго и по истечении многих лет выступают в сознании с отчётливостью и ясностью. О том, что нападения на женщин вызывали у Попкова очень сильные эмоции, свидетельствуют хотя бы его многолетние ночные кошмары на тему убийств, невозможность иногда различить, «где явь, где сон».

В конечном итоге выводы экспертов ещё раз подтвердили: осуждённый к пожизненному заключению Михаил Попков, который ожидает сейчас приговор за очередную серию убийств, мог руководить своими действиями, осознавать их фактический характер и общественную опасность. Он также в состоянии защищать свои права и законные интересы в уголовном процессе. Но это он уже доказал на предварительном следствии и в судебных заседаниях.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер