Прибайкальская спираль

Запрет на сбросы целлюлозных стоков в Байкал «пока» не снят

Тревожные вести по поводу дальнейшей судьбы Байкальского целлюлозно-бумажного комбината поступали в Иркутск из Москвы в течение всей прошлой недели.

 № 1 из 1 - купить фото

Автор фото: Николай БРИЛЬ

– Из достоверных источников знаю, что вчера в Минприроды была подписана бумага, разрешающая собственникам БЦБК разомкнуть водооборот и возобновить варку целлюлозы со сбросом сточных вод в озеро, – сообщил мне электронным письмом знакомый московский чиновник, имеющий некоторое отношение к Байкалу в соответствии со своей должностью. – Как называется противозаконный документ, выяснить не удалось. Может быть, вы сумеете задать прямой вопрос, например, Юрию Трутневу (министр природных ресурсов и экологии РФ. – Г.К.) или Амирхану Амирханову (заместитель директора Департамента государственной политики в сфере охраны окружающей среды МПР РФ. – Г.К.). Не исключено, что некоторые подробности могут быть известны Игорю Честину.

Игорь Честин, член Общественной палаты РФ, руководитель Всемирного фонда дикой природы (WWF) в России, оказался первым, до кого мне удалось дозвониться по телефону.

– У нас страна чудес, здесь всё возможно, – довольно обтекаемо ответил он на мой вопрос о самой возможности появления такого документа. – Во время кризиса все государства в той или иной форме оказывали помощь своим экономикам, в том числе частному сектору. Но другое дело, что в развитых государствах и в ведущих развивающихся странах, таких как Китай, Бразилия, эта помощь была направлена в первую очередь на то, чтобы модернизировать старые производства и выйти из кризиса обновлёнными. А у нас, к сожалению, это просто вливания государством денег в старую экономику. Поддержание на плаву предприятий, которые и до кризиса-то были неэффективны. Если ещё и Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат будет запущен с разомкнутым циклом, это покажет, что наша страна полностью упустила удобную возможность модернизации и экологизации устаревших предприятий.

– И всё-таки, Игорь Евгеньевич, вы что-то знаете или что-то слышали о якобы подписанном документе?

– Я скажу так: намёки на то, что это произойдёт, я слышу…

Ирина Максимова, учёный секретарь Научного совета СО РАН по Байкалу, звонку из Иркутска, как мне показалось, даже обрадовалась.

– Да, я слышала о такой бумаге, но деталей пока не знаю, – ответила она, не дослушав вопроса. – По неофициальной информации, разрешение на сброс стоков в Байкал даётся даже не на период пуска и отладки, а бессрочное, навсегда, хотя правительственное постановление, запрещающее сбрасывать в озеро целлюлозные стоки, отменять вроде бы никто не собирается.

На этой неделе, как рассказала Ирина Ильинична, в Москве проводится очередное общее собрание Российской академии наук. В нём принимает участие председатель Научного совета СО РАН по Байкалу академик М.И. Кузьмин. И Максимова не сомневается, что он поддержит идею официально обсудить эту информацию.

– Вы не хуже меня знаете, что Михаил Иванович своих убеждений в угоду чиновникам и бизнесу не меняет. Если информация подтвердится, будем принимать какие-то меры, – рассказывает И. Максимова. – Может быть, придётся просить срочно собрать заседание межведомственной комиссии, привлекать к защите озера вице-президента РАН и председателя Экспертной комиссии по экологической безопасности Совета безопасности России академика Николая Павловича Лаверова. Несколько лет назад именно он сумел убедить В.В. Путина отодвинуть нефтяную трубу от Байкала на север. Думаю, что и сейчас не останется равнодушным к судьбе озера…

Телефонные звонки в другие федеральные ведомства, в той или иной степени связанные с охраной природы, ясности не принесли. Не все, но кто-то что-то слышал о некоем то ли уже подписанном, то ли пока ещё обсуждаемом «неформатном разрешении» на сброс целлюлозных стоков в озеро. Зато все без исключения, хотя и с некоторыми оговорками, допускали возможность появления такого документа. «При чём здесь старый закон, если правительство работает в условиях кризиса и в сегодняшних интересах всей страны?» – искренне удивился моей наивности один из телефонных собеседников.

– Нет, с Юрием Петровичем вы поговорить не сможете, – ответил мне женский голос в приёмной министра природных ресурсов и экологии РФ. – Во-первых, потому, что он по телефону на вопросы журналистов не отвечает, а во-вторых, потому, что он находится в командировке…

Не с первого раза, но мне всё-таки удалось дозвониться до заместителя директора Департамента государственной политики в сфере охраны окружающей среды МПР РФ Амирхана Амирханова. Именно на него я возлагал самые большие надежды по прояснению ситуации и, похоже, не ошибся.

– С запретами на сбросы целлюлозных стоков в Байкал ничего не меняется, – уверенно ответил он. – Хотя всегда были и сейчас есть предложения внести изменения в действующее 643-е постановление «Об утверждении перечня видов деятельности, запрещённых в центральной экологической зоне Байкальской природной территории». Это связано с решением комиссии о запуске комбината, которая рассматривала этот вопрос там, в Иркутске, когда к вам приезжал первый вице-премьер Игорь Шувалов. Но насчёт возобновления сброса стоков в Байкал – разрешений таких нет.

– Амирхан Магомедович, но мне с большой долей уверенности сообщили, что якобы 2 или 3 декабря Юрий Трутнев подписал некий документ, разрешающий возобновление сброса очищенных стоков БЦБК в озеро Байкал.

– Нет. Наш министр не подписывал никаких разрешений ни на сбросы, ни на атмосферные выбросы, ни на образование и размещение твёрдых отходов. Таких полномочий в нашем министерстве просто нет. По действующему порядку эти разрешительные документы выдаёт Ростехнадзор. На Байкальском ЦБК сегодня продолжают действовать договоры на водопользование, разрешения на эксплуатацию пожаро- и взрывоопасных веществ, которые были выданы раньше до 2012 и до 2014 года. Но вот разрешений на сброс стоков и на атмосферные выбросы у них нет. Они пока не обновлены. Комбинат, насколько мне известно, ещё не представил в Ростехнадзор нужные документы и расчёты.

– Значит, мы можем быть спокойны: пуска комбината с разомкнутым водооборотом, то есть возвращения к старому, уже не произойдёт?

– Ну, нигде не записано, чтобы они размыкали систему замкнутого водооборота. Такого разрешения, надеюсь, им никто не даст. Хотя бы потому, что их никто не заставлял, не обязывал останавливать комбинат. Они сами это сделали. Во-вторых, потому, что в правительственных документах, в протокольных решениях написано: работать в замкнутом цикле. Других решений мы пока не имеем. Естественно, в правительство обращались и продолжают обращаться много разных структур относительно изменения некоторых пунктов положения о видах деятельности, запрещённых в центральной экологической зоне Байкала. Но пока никаких решений по таким предложениям не принято.

Решение экологических проблем Байкала, по словам А. Амирханова, сильно осложняют социальные проблемы, созданные собственниками предприятия при внезапной, неподготовленной остановке комбината в октябре прошлого года.

– Байкальск – это моногород с комбинатом, на балансе которого стоит теплоэлектростанция, обогревающая город. Соответственно, она, как объект жизнеобеспечения, не может быть остановлена. И есть (могу ошибиться, вы лучше меня эти цифры знаете) примерно полторы тысячи человек, потерявших работу. Вот ради их благополучия правительством велено принять меры для обеспечения этих людей работой. Запуск комбината – это не самоцель, а только один из рассматриваемых вариантов, который многим кажется наиболее простым и малозатратным. Но вот вопрос – сумеет ли комбинат запустить себя под зиму? Что-то у меня сомнений много...

До недавнего времени я тоже был почти уверен, что компания, которая, придя к управлению, не сумела продолжить эффективную работу комбината, не сумела создать эффективную систему замкнутого водопользования, не сумела даже по-человечески остановить и законсервировать предприятие, тем более не сумеет реанимировать комбинат после его годового простоя. Но теперь, впервые за несколько последних лет, генеральным директором назначен не просто менеджер, а целлюлозник-профессионал с большим опытом управления похожим предприятием. Значит, теперь невозможно утверждать, что эта, по моему убеждению, далеко не самая удачная идея с возобновлением варки целлюлозы на берегу участка всемирного природного наследия завершится очередным провалом. На фоне московских слухов и признания некоторых членов нашего регионального правительства и Законодательного Собрания о необходимости возврата к сбросу стоков в Байкал, ответы Амирхана Магомедовича, которому я вполне доверяю, не могут рассеять возникших опасений. Меня откровенно смущает и часто звучащее в его речи слово «пока».

– Думаю, что пока нет оснований для серьёзных волнений, – продолжает А. Амирханов. – Наш министр и наше министерство подобных документов на рассмотрение правительства не вносили. Хотя... Их помимо нас может внести и другое ведомство.

– Вы имеете в виду Минпромторг?

– В том числе. Проблема промышленного объекта – это минпромовская проблема. Но всё-таки мы пока контролируем ситуацию. То, что мы таких документов не вносили, я точно знаю. Но не факт, что их не внесёт любое другое ведомство, включая региональные правительства Иркутской области или Бурятии. Они тоже имеют на это право. Каждый исходит из актуальности собственных проблем и задач.

Это, наверное, хорошо, если «каждый» имеет право предлагать. Хуже, если под решение чьих-то сиюминутных проблем могут быть изменены или нарушены законы и подзаконные акты. Даже если они касаются всемирного наследия и всемирных интересов. А может, зря москвичи паникуют? Ведь ничего не случилось. Пока.