Два взгляда на один Байкал

В минувшую субботу в Иркутске к ожидаемому экологическому митингу под лозунгом «Спасём Байкал, спасём Байкальск!», заранее объявленному Байкальским движением и региональной общественной организацией «Байкальская экологическая волна», внезапно прибавился ещё один. Сообщения о его проведении в новостных подборках информагентств появились только к пятнице.

  

467384467381 467385467381

галерея в отдельном окне

Так уж получилось, что второй митинг по времени проведения оказался первым. К 12 часам дня площадку у фонтана в сквере имени Кирова дружно заполнили флаги партии власти, густо поддержанные бело-красно-голубой символикой «Молодой гвардии», а между ними, для большего цветового разнообразия, флаги иногда оппозиционных ЛДПР и «Справедливой России».

Красочно.

По краешку площадки, в качестве приятного сюрприза, длинные лотки с горячим бесплатным чаем и блинами для участников митинга. Много молодёжи. Судя по внешности, студенты и, похоже, даже школьники. Одна из девушек, едва я приблизился к замёрзшему фонтану, тут же предложила мне красивую цветную листовку, отпечатанную на глянцевой бумаге и сложенной вдвое в виде буклетика: «Правда о БЦБК». Никаких выходных данных: где печаталась листовка, кем – неизвестно.  

– А чья это правда? – спрашиваю девчушку, узнав из листовки, что утверждение, будто бы БЦБК является основным источником загрязнения Байкала, это вовсе и не аксиома, как думал я, а только миф.

– Я не знаю, – смеётся девушка. – Меня мой начальник сюда отправил. Велел раздать всю пачку, и потом я свободна...

– А кто автор текста? Здесь почему-то не указано...

– Да ну не знаю я ничего, – совсем смутилась раздатчица. – Мне только приказали раздать. А кто писал, кто печатал и зачем – я не спрашивала...

На тесной для массового мероприятия площадке много милиции в форме. Невольно обратил внимание на дворников в оранжевых жилетах,  внимательно наблюдающих за теми, кто скоро может замусорить подведомственную им площадь. А ещё вижу много знакомых лиц работников правительства нашей области. Не рядовых клерков.

Накануне в сообщении «ФедералПресс – Восточная Сибирь» я прочитал, что этот митинг организовали «жители Байкальска и рабочие ОАО «Байкальский ЦБК» и проводится он «в поддержку государственной программы по сохранению и развитию моногородов «Сохраним Байкальск!». Ищу плакат с главным лозунгом, чтобы сфотографировать, но на глаза попадается другой: «Дерипаске скажем: «ДА», запускай БЦБК!». Поразительно. Относительно недавно, прошлым летом и прошлой зимой, когда байкальчане пикетировали областное правительство с требованием повлиять на собственников и заставить их рассчитаться с уволенными работниками комбината, лозунги были совсем другими. Тогда от О. Дерипаски требовали, к примеру, продать какую-то сталинскую дачу, чтобы выплатить долги по зарплате сокращённым рабочим комбината.

Начались митинговые речи.

На трибуне кто-то легко постукал по микрофону, проверяя его работоспособность, и... Будто машина времени перенесла меня в СССР, в старые добрые семидесятые годы прошлого века. До сих пор помню стандартный сценарий тех времён. Вначале выступают два-три крупных начальника.  Потом, обязательно, «штатные» выступающие «снизу» – работник и работница – передовики производства, имена которых благодаря частым выступлениям и многим наградам знала вся страна. Потом слово давалось почётным гостям, потом комсомольцам и «маленьким» начальникам. Важная деталь: информативность в речах на торжественных митингах советского времени была не обязательной. Главное требование к выступающему – пафос и умение интонацией ставить восклицательные знаки. Чем больше громких слов, тем больше аплодисментов, тем выше похвала начальства.

Вот и здесь отбельщица отбельного цеха выступила правильно. Про то, что с момента строительства комбината «было очень много уделено внимания экологии Байкала», сказала громко. Зато рабочий, которого нынешний генеральный директор БЦБК уже не первый раз берёт с собой на публичные мероприятия, шокировал многих никому доселе неведомой информацией.  

– Если смотреть более крупным масштабом, то кроме нашего комбината десятки, десятки(!) комбинатов и промышленных производств находятся на побережье, – выдал он чью-то великую тайну, потому что не существует ни официальной информации, ни даже слухов о существовании на берегу участка всемирного природного наследия каких-то других комбинатов и промышленных предприятий. Ну, может быть, за исключением некрупных железнодорожных и коммунальных объектов. Даже ближайший «сосед и родственник» БЦБК – Селенгинский комбинат, во-первых, расположен в нескольких десятках километров от побережья, а во-вторых, по утверждению

К. Прошкина, он уже два десятка лет не сбрасывает «ни капли стоков» даже в Селенгу, потому что, в отличие от БЦБК, там сумели создать надёжную систему замкнутого водооборота ещё до прихода компании «Континенталь Менеджмент».

Рабочему всё равно хлопали. Ему аплодировали не только молодогвардейцы с флагами, которые по молодости лет не знают, что есть и чего нет на берегах Байкала, но и стоящие на трибуне представители регионального правительства, и генеральный директор БЦБК К. Прошкин, и депутаты Законодательного Собрания области.

Поддерживая постановление правительства, разрешающее, в частности, возобновить сброс целлюлозных стоков в участок всемирного природного наследия и продолжить сжигание шлам-лигнина на берегу великого озера, многие выступающие наговорили вещей удивительных.

 № 2 из 2

Заместитель председателя Законодательного Собрания области Геннадий Нестерович, к примеру, сказал в адрес противников реанимации БЦБК, что если «с таким подходом подходить», то надо будет остановить ещё и «Братский целлюлозно-бумажный комбинат, который на сегодняшний день имеет промышленные стоки в Вихоревку, и далее тому подобное». Судя по произнесённым словам, он не видит различий между речкой, ещё в советское время превращённой в сточную канаву, и Байкалом.

Депутат Государственной Думы РФ Андрей Луговой приехал на митинг «по поручению и по просьбе заместителя председателя Государственной Думы Жириновского Владимира Вольфовича». Чтобы развеять невольное недоумение по поводу такого рвения лидера «оппозиционной» партии поддержать неоднозначное постановление федерального правительства, он пояснил: «Мы – партия оппозиции. Но мы здравомыслящие люди». И это вызвало весёлую улыбку даже у  байкальчан. Они, принятые на работу пока всего лишь на семь месяцев, тоже считают себя «здравомыслящими».

И как раз в это время на площади у Дворца спорта «Труд» открылся другой  митинг. Здесь собрались люди, считающие постановление № 1 федерального правительства крупной экологической, но в первую очередь политической ошибкой. Людей здесь собралось, на глаз, навскидку, раза в полтора-два больше, чем на площади Кирова.

Ко Дворцу спорта пришли иркутяне, настаивающие на защите участка всемирного природного наследия от возобновления сброса в озеро целлюлозных стоков. Приехало незначительное количество солидарных с ними гостей из Байкальска, Улан-Удэ, Москвы и некоторых других мест.

Над головами митингующих, к разочарованию фотографов и телевизионных групп, никакой партийной символики и ни одного флага. «Картинку» украшают только большой транспарант на трибуне «Спасём Байкал, спасём Байкальск!» да ярко-голубые воздушные шарики в руках неравнодушных иркутян. Организаторы хотели подчеркнуть этим исключительно экологическую направленность мероприятия, отсутствие какой бы то ни было политической ангажированности. Из Москвы в Иркутск, однако, специально для участия в этом митинге прилетели лидер партии «Яблоко» Сергей Митрохин и член политсовета движения «Солидарность» Владимир Милов. Активности этих политических организаций до сих пор на ниве спасения Байкала замечено не было, однако визит оппозиционеров был показателен – как бы ни стремились организаторы уходить от политики, она сама их догоняла.

Участники митинга  надеялись, что региональная исполнительная власть, прекрасно знающая и понимающая реальную ситуацию, сложившуюся в Байкальске, обратится к власти федеральной с предложением отменить ошибочное постановление. Что запуск не только технологически устаревшего, но ещё и физически предельно изношенного предприятия после полуторагодового простоя без консервации многократно увеличивает экологические риски. А возобновление сброса промышленных стоков в уникальную экосистему и вовсе не принесёт России ничего, кроме вселенского позора и новых сравнений с какими-нибудь гондурасами. Хотели убедить власть, что реанимация одиозного предприятия в реальности лишает Байкальск возможности какого бы то ни  было развития, но гарантирует абсолютный застой.

Выступления с трибуны на протестном митинге занимали, пожалуй, чуть больше времени, чем принято на подобных мероприятиях, потому что большинство выступающих старались избегать банальных истин и громких лозунгов. Они хотели убедить, разъяснить, доказать, что пуск предприятия, использующего технологии середины прошлого века, – это не решение, а консервация социальных проблем, порождённых в Байкальске самим фактом существования здесь БЦБК.