Доктор медицинских наук Александр Дзизинский: Гипертония не прощает доверчивости

"Артериальная гипертония в настоящее время является величайшей в истории человечества неинфекционной пандемией, определяющей структуру сердечно-сосудистой заболеваемости и смертности".

Эта цитата взята мною из учебного пособия, изданного в минувшем году Иркутским институтом усовершенствования врачей. Она вполне может служить эпиграфом к историям болезней десятков миллионов человек, в которых бесстрастно зафиксирован драматический исход поединка медицины с недугом. Соглашаясь на эксклюзив нашей газете, автор -- заслуженный деятель науки России, член-корреспондент РАМН, профессор Александр Александрович Дзизинский -- начал интервью, словно продолжил ту же мысль:

-- В прошлый век человечество вступило с проблемой артериальной гипертонии; оттого, что двадцатое столетие кануло в Лету, проблема не стала менее острой. Принимая участие в европейских конгрессах врачей-кардиологов, я вижу, какие усилия прилагаются цивилизованным миром, чтобы обуздать болезнь, жертвами которой за рубежом становятся 30 процентов взрослого населения.

-- А в России?

-- У нас среди мужчин 39,2 процента гипертоников; среди женщин -- 41,1 процента. И чтобы уже не возвращаться к печальной статистике, Россия конца девяностых годов по смертности от ишемической болезни сердца и инсультов заняла одно из первых мест в Европе. И знаете, что трагичнее всего? То, что уходили и по сей день уходят люди в расцвете физических и творческих сил; можно сказать, уходят, не исполнив земного своего предназначения.

-- Представляю, в каком минорном звучании проходят ваши ежегодные профессиональные встречи, хоть в Париже, хоть в Берлине, хоть в Стокгольме. И тем не менее человечество пребывает в наивном неведении. Мне кажется, Александр Александрович, в этом есть немалая вина прессы. У всех на слуху лишь ВИЧ, туберкулез, онкология. Ну а выражение "повышенное давление" стало таким же расхожим признанием, как, скажем, ОРЗ или еще что-то не менее привычное и будничное...

-- Сразу замечу: респираторные заболевания не столь безобидны, как думают многие. Но гипертония в ряду, как вы сказали, "привычных" недомоганий по своему коварству занимает особое место. Обещал больше не прибегать к статистике, но чувствую, нам без нее пока не обойтись. Так вот, среди россиян более 40 миллионов гипертоников. Из них всего лишь процентов 12 лечатся активно. Остальные либо вовсе не подозревают у себя болезни, либо не считают свой недуг достойным систематического лечения, обрекая себя на трагедию. Гипертония очень жестоко мстит за легкомыслие, за неосведомленность, за укоренившуюся у нас привычку относиться к самим себе спустя рукава. И знаете, во что обходится такая всеобщая недальновидность? Министр здравоохранения назвал такую цифру: государство теряет около 30 миллиардов рублей на лечении тяжелых форм гипертонии, на реабилитации больных, на их инвалидности.

-- Меня всегда коробит, когда любую информацию о нашем здоровье или, точнее сказать, о нашем нездоровье там, "наверху", тут же сводят к денежным расчетам. Что-то в этом есть циничное, отстраненное от конкретной человеческой боли.

-- Вот в этом вы не правы. Практическое здравоохранение, как и медицинская наука, -- в прямой, самой непосредственной связи с экономическим состоянием общества. Так что в подсчете убытков как следствия неосведомленности, недальновидности общества нет ничего циничного. Такова печальная необходимость государства, но это же и стимул для властей -- уделять здравоохранению, кардиологии в частности, больше внимания и помощи.

-- Что касается стимула для власти, нет, наверное, сейчас смысла углубляться в эту тему; достаточно констатировать: здравоохранение, вообще медицина у нас всегда финансировались по остаточному принципу...

-- Тем более важно знать каждому гражданину: прежде всего он должен сам заботиться о своем здоровье. Знаете, в чем коварство гипертонии? В том, что она, крадучись на первых порах, почти неощутимо овладевает организмом. Именно тогда, когда ее легче победить, она труднее всего диагностируется. И вдруг -- внезапность, как гром среди ясного неба: инфаркт, инсульт... Я уверен: давно уже нужно было мобилизовать народ, объясняя людям, насколько же опасно это самое "подумаешь, давление подскочило". И одновременно надо не уставать повторять: гипертонию можно успешно лечить. Вот мы сейчас выпускаем листовки; сделали настоящий фильм об этом: гипертония -- предтеча фатальных трагедий; гипертония, невинно, казалось бы, начинающаяся, ставит точку на здоровье, на карьере, часто на самой жизни.

-- Александр Александрович, а что же мировой, что же европейский опыт? Как же они там живут с гипертонией, если "за бугром" личная забота о своем здоровье -- чуть ли не основной показатель благополучия, престижа в обществе. Ведь и там гипертония -- один из самых распространенных недугов, так сказать, своеобразная "визитная карточка" технического прогресса.

-- Да, это так. Но одна, принципиальная разница все же есть. "Там" гипертония -- предмет не только медицинского внимания, но внимания государства. Как пример приведу вам Америку. В Соединенных Штатах число инсультов уменьшилось на 60 процентов, инфарктов -- больше, чем наполовину. И знаете, почему? Тридцать лет тому назад США приняли две общенациональные программы. Одну -- по холестерину, провоцирующему ишемическую болезнь сердца; вторую -- по артериальной гипертонии. А что такое -- принятие общенациональной программы? Да прежде всего -- проявление государственного интереса, материальная поддержка всех предусмотренных такой программой мероприятий.

-- Вы хотите сказать о том, что в России такой интерес на высшем уровне к болезни, заглатывающей миллиарды, неощутим?

-- Я хочу сказать только о том, что мы у себя приняли федеральную программу по гипертонии не тридцать лет тому назад, а всего лишь летом 2001 года. И те самые 30 миллиардов убытка, на которые ссылался наш министр здравоохранения, прозвучали тогда, когда он убеждал Государстенную Думу такую программу все-таки принять.

-- И во сколько государство оценило "вес" этой программы в рублях?

-- На семилетку "под нее" выделено 3,6 миллиарда рублей. Причем федеральный бюджет расщедрился всего на 372 миллиона; остальное ложится на внебюджетные фонды и взнос регионов.

-- ?

-- Да, это очень скромно. Но это лучше, чем вообще ничего. И, кроме того, на основе федеральной принята и наша региональная целевая программа по профилактике и лечению гипертонии. Она начала финансироваться с прошлого года и рассчитана тоже на семь лет. А потянула наша региональная аж на 28 миллионов рублей...

-- На семь лет? Но что можно сделать на четыре миллиона рублей в год?

-- Мы надеемся сделать немало. Главная задача -- за семилетку снизить мозговой инсульт в Приангарье хотя бы процентов на 16; поведем наступление на ишемическую болезнь. Задача первая, стоящая перед кардиологией Приангарья, -- выявить больных гипертонией. Особенно первичных гипертоников. Мы уже разработали трафаретные вопросники, позволяющие терапевтам, а это именно те врачи, к которым сразу обращается пациент, собирать информацию именно под определенным углом врачебного зрения. Такие "трафареты" вскоре появятся в каждом кабинете участковых терапевтов -- по всей области. Второе -- мы сейчас открываем кабинеты специально для приема гипертонических больных. Прием должен вести прошедший специализацию врач-кардиолог. Это очень важно! Схема такова: если терапевт затрудняется поставить точный диагноз, он направляет больного в кабинет кардиолога. Если и кардиолог в чем-то сомневается, пациент направляется в специализированный центр лечения гипертонии, развернутый на базе областного диагностического центра, где имеется все современное, очень точное медицинское оборудование. Сейчас кардиологические кабинеты уже открыты в Заларях, в Братском районе, в Саянске. И -- в ряде поликлиник Иркутска. Это начало. Сеть кардиологических кабинетов должна быть развернута по всему нашему региону. Мы у себя в институте подготовили врачей-кардиологов. Следующий этап -- начнем готовить по специальной программе кардиологов-фельдшеров. Ну и, конечно, будем стремиться к широкому просвещению сограждан.

-- Пользуюсь представившейся возможностью. Вы ведь не только возглавляете институт усовершенствования врачей, но и руководите в нем кафедрой терапии и кардиологии. Посоветуйте, Александр Александрович, что может каждый из нас, ваших потенциальных пациентов, в житейских буднях противопоставить заболеванию?

-- Самое простое, доступное и необходимое: хотя бы раз в год проверять свое артериальное давление. Потому что начальные стадии гипертонии диагностируются труднее всего. Их просто можно "не заметить".

-- Но существует целое море медикаментозных средств. В любой аптеке -- по любому кошельку...

-- У такой возможности есть обратная сторона: лекарство без консультации врача принимать просто опасно. Кстати, ни в одной цивилизованной стране ни одна аптека не отпустит медикаментозное средство без рецепта.

-- Но есть же испытанные, проверенные лекарства: тот же адельфан...

-- А вот про адельфан лучше забыть вовсе. Устаревшее, имеющее множество побочных эффектов лекарство. К тому же вводящее в заблуждение. Пациенту кажется, что после принятия адельфана давление падает. Однако измеришь его -- зашкаливает за 160. А это очень опасно. Давление не должно подниматься выше 140. Но вот о чем еще хочу напомнить: ни одно самое современное лекарство не поможет, если человек не в состоянии избавиться от опасных привычек.

-- То есть спасение утопающих -- дело рук самих утопающих?

-- Ну, в этом выражении больше злой иронии, чем здравого смысла. Я просто хотел сказать о факторах, провоцирующих высокое артериальное давление: избыточное потребление соли, курение, алкоголь, малоподвижный образ жизни, ожирение. Прибавьте к этому перечню и психосоциальные стрессы, поглощающие наши дни, недели и месяцы, и вы получите общий фон, на котором прогрессирует гипертония.

-- И подняться над которым способна помочь только воля самого человека?

-- Да. Без волевых усилий вообще избавиться от самых безобидных привычек невозможно. Но в отношении гипертонии дело усложняется тем, что благие порывы глушатся агрессивной, абсолютно бессовестной рекламой. Поэтому еще один мой совет: не верьте никаким посулам рекламных роликов. Не верьте популярному актеру, восхваляющему циркониевые браслеты, -- для актера это просто неплохой заработок, для человека, поверившего в подобную чушь, это шаг к трагедии. Ни цирконий, ни какой другой металл не способен регулировать артериальное давление. Как никакие аппараты, рекламируемые как средства, "помогающие ото всего", не способны вылечить Человека. Нельзя в XXI веке верить мифам Средневековья. Гипертония подобной доверчивости не прощает...