Сэр Дарвин, спасибо за идею

Не исключено, что когда-нибудь обезьяна станет человеком

Ученым впервые удалось научить человекообразных обезьян разговарить с людьми. Их первыми собеседниками стали карликовый шимпонзе и орангутан.

Словарный запас шимпанзе по имени Пенбениша составляет 3 тысячи слов. У орангутана Чентек -- 2 тысячи, но он быстро учится.

Разговор ведется при помощи компьютера. Обезьяна нажимает клавиши с изображениями различных символов, а компьютер с помощью синтезатора переводит поступающую от примата информацию в человеческую речь.

Животные изучили все эти символы и сейчас нажимают на них в правильном порядке. Компьютер произносит слова и высвечивает их написание на экране. Последнее также играет немаловажную роль. Недавно 14-летняя Пенбениша взяла мел и начала писать слова на полу. Очевидно, она запомнила их связь с символами на клавиатуре. А может быть, эта связь еще глубже.

Джуан Рамбо, профессор психологии и биологии, руководящая лингвистическим центром в Атланте, где находится Пенбениша вместе со своим годовалым детенышем Ньота (резиденция Чентека -- в зоопарке недалеко от Атланты), говорит: "Проведенные исследования позволяют предположить, что у приматов познавательные и речевые навыки такие же, как у четырехлетних детей".

Пенбениша уже не только сама овладевает речью и письмом. Она обучает этому своего детеныша. Пока, правда, он еще не умеет складывать слова в предложения, однако столь успешное начало дает основания предположить, что Ньота скоро превзойдет свою мать. А каково будет следующее поколение "умных" обезьян?

Когда я вошел в лабораторию центра, где Пенбениша сидела за клавиатурой, речевой синтезатор тут же выдал:

-- А гость принес мне чего-нибудь вкусненького?

-- Конечно, -- ответил сотрудник лаборатории Билл Филдс. -- Я положил это в холодильник. Ты хочешь, чтобы я принес это?

-- Да, -- ответила обезьяна синтезированным голосом, и он принес тюбик с клубничным желе.

-- Ты знаешь, что это такое?

-- Желе.

Я начал выяснять, какова цель подобных исследований. Оказалось, ученые хотели посмотреть, как будут развиваться человекообразные обезьяны, если с ними обходиться, как с детьми.

Пенбениша родилась в неволе и всю свою жизнь провела в научном центре Атланты. С обезьяной долго пытались установить контакт. Она, казалось, понимала, что ей говорят, но не могла ответить. Наконец решили прибегнуть к помощи компьютера. Буквально в считанные недели Пенбениша научилась "произносить" не только отдельные слова, но даже стала составлять из них фразы. Пенбениша требует к себе деликатного отношения. Как-то раз на опушке рощи Пенбенишу просили попозировать фотографу. Обезьяна вначале не проявляла энтузиазма. "Я принесу тебе желе со льдом", -- наконец догадался пообещать фотограф. Она согласилась и элегентно расположилась около клавиатуры. Но никак не хотела печатать. "Кофе, молоко и желе со льдом", -- произнес синтезированный голос.

Исследователи не изумлены успехами Пенбениши и Чентека. Их поражает другое: почему путь общения с человекообразными обезьянами с помощью компьютера оказался столь долгим.

Первые серьезные работы в этой области начались в 1920-х, когда то же самое попытался сделать с человекообразной обезьяной американский исследователь Роберт Йеркс. Его попытка потерпела неудачу, но он пришел у выводу, что обезьяну, возможно, удастся научить языку жестов.

Через сорок лет это было реализовано. В 1979 году Аллен и Беатрис Гарднеры, также работающие в Америке, научили шимпанзе Вошу языку жестов, которым пользуются глухонемые. Она знала сотню жестов и даже могла составлять коротенькие "фразы".

Затем последовала очередь гориллы Коко. Она формулировала на языке жестов 1000 слов и, как утверждают, понимала еще тысячу. Именно с Коко ученые впервые попытались объясняться с помощью компьютера. Но обезьяна была так сильна, что постоянно непроизвольно ломала клавиатуру.

Наконец настала очередь Пенбениши и Чентека. Как дальше мы будем объясняться с обезьянами, более или менее понятно. Но как теперь общаться с ними в более широком смысле этого слова? Ведь сейчас приматов содержат в зоопарках и даже используют в научных и медицинских экспериментах, искусственно заражая СПИДом или прививая им рак.

Джонатан ЛИК.
The Sunday Times