издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Ангарский Чичиков не раскаялся

Областной суд оставил в силе приговор банкиру-мошеннику, похитившему из ВТБ более 57 миллионов рублей

Приговор мошенникам Алексею и Наталье Карасовым Ангарский городской суд вынес в феврале прошлого года. Бывший начальник отдела прямых продаж Ангарского филиала банка ВТБ получил 6 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима и штрафом в размере 700 тысяч рублей. Его маму, ближайшую помощницу по краже банковских денег, приговорили к 4,5 года в колонии общего режима и штрафу в размере 300 тысяч рублей. По исковым требованиям банка они солидарно должны выплатить потерпевшей стороне свыше 56 млн рублей (в добровольном порядке успели вернуть около полутора миллионов).

Криминальная пара посчитала, что такие сроки и суммы для неё слишком жёсткое, несправедливое наказание. Карасовы обратились с апелляционной жалобой в вышестоящую судебную инстанцию. И вот вынесено уже апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда. Но, прежде чем ознакомиться с её выводами, стоит напомнить, какую мошенническую схему разработал преуспевающий банкир, чтобы деньги уверенным ручейком потекли ему в карман. О деталях этого уголовного дела год назад мы рассказали в статье «Плескалась в банке рыбка золотая» («ВСП» от 17.03.2020).

Ночной тропой к банкомату

Кадры с видеокамеры наружного наблюдения – словно из детективного сериала: ночь, безлюдье, уже немолодая женщина быстрым шагом подходит к банкомату и снимает с карточки несколько тысяч рублей. На её лице маска, хотя ни о какой пандемии речь ещё не шла. Цель понятна – остаться неузнанной для камер видеонаблюдения. Но снятие денег в Ангарске и Иркутске – это уже заключительный этап хитроумной многоходовки. Для такого финала сыну и матери каждый раз нужно было хорошо потрудиться. Только вот не каждый сын пошлёт свою маму на подобные ночные вылазки.

Как извлечь выгоду из своего служебного положения, Карасов придумал ещё в 2013 году. В банке в его обязанности входила подготовка к выдаче зарплатных карт и пин-конвертов сотрудников различных предприятий и организаций. Часть клиентов имела на карте кредитный лимит до 300 тысяч рублей. А дальше гоголевский Чичиков просто отдыхает – сибирскому аферисту он и в подмётки не годится. Банкир нашёл способ, как размножить таких пользователей в виртуальном пространстве. Он стал вносить в список зарплатных клиентов новых «сотрудников», создавая их буквально из пустоты. С помощью специальной программы изготавливал для них копии паспортов, а мать оживляла бланки своим красивым почерком. Все эти мифические Ивановы, Петровы, Сидоровы по мановению волшебной палочки Карасова получали реальные зарплатные карты и числились во внутреннем реестре банка как работники конкретного предприятия. Разумеется, при полном неведении его администрации. Всего с 2013-го по 2016 год было выпущено более 600 поддельных карт. По правилам их лично должны получать те, на кого они оформлены. Но Карасов взялся «развозить» их по «адресам» сам, поясняя подчинённым, что это «забота» банка. Подписи в досье от имени клиента, разумеется, были фальшивые.

Важный момент аферы – активация будущей кредитки. Для этого необходимо, чтобы на карту хотя бы раз начислили зарплату. Махинатор заменял номер банковской карты настоящего сотрудника на номер карты вымышленного лица. На ограниченное время. После этого банк автоматически производил зачисление заработной платы, активировал кредитный лимит. И тут же нужная сумма отправлялась на карту сотрудника, данными которого он воспользовался. А с поддельной карты уже можно было снимать деньги.

Все, кто вникал в суть и объём этой аферы, поражались: какую же голову нужно иметь её автору, каким недюжинным умом обладать! Ведь, чтобы не вызывать подозрений, такая схема должна работать без сбоев – с контролем задолженностей по картам, внесением минимальных сумм по кредитам. Виртуальный клиент обязан быть аккуратным в платежах, иначе банк начнёт беспокоиться и искать неплательщика. В принципе, у Карасовых всё так и произошло: механизм дал сбой. Но лишь через три года! Мошенники попались на хищении кредитных денег в рамках зарплатного проекта с Министерством обороны РФ. Служба безопасности выявила, что с 23 карт мнимых военнослужащих было снято без малого 11 млн рублей. А уже дальше раскрутилось всё остальное.

«Я не присваивал, а брал попользоваться»

Давно замечено: люди, нечистые на руку, избегают глагола «воровал». Он им неприятен. «Брал», «пользовался» – это куда ни шло. В своих апелляциях сын и мать Карасовы попытались с помощью адвокатов представить себя не то чтобы совсем белыми и пушистыми, но однозначно людьми, пострадавшими от произвола суда первой инстанции, который вынес им столь суровый приговор. Это и было заявлено Карасовым: «Выражаю несогласие с приговором, считаю его незаконным, необоснованным и несправедливым». А ещё в жалобе содержалась просьба: данный приговор отменить, уголовное дело направить на новое расследование в суд первой инстанции в ином составе.

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда взвешенно оценила многочисленные категоричные претензии фигурантов уголовного дела. В жалобах, о которых идёт речь, так называемые нарушения собраны в одну кучу с невнятными эмоциональными посылами. К примеру, председательствующему по делу судье в укор поставлена «многолетняя тесная профессиональная связь с прокурором города Ангарска, утвердившим обвинительное заключение». Что ж делать-то! Прокурор города существует в единственном числе, и закон именно ему вменяет в обязанность утверждение обвинительного заключения. Так что это должностное лицо, можно сказать, обречено на «профессиональную связь» с представителями органов правосудия, предварительного расследования, исполнения наказаний, надзора и т. д. Кроме того, и судью, и тех, кто выступал на стороне обвинения, осуждённый заподозрил в пристрастности, поскольку они являются клиентами потерпевшего – банка ВТБ (или могут стать ими в будущем), и это обстоятельство якобы свидетельствует об их заинтересованности в исходе дела. В апелляционном определении по этому поводу сказано: «Объективных данных о том, что судьи, прокуроры, следователи, эксперты пользовались продуктами банка ВТБ с какими-либо привилегированными условиями, не имеется». Поэтому «доводы жалоб о рассмотрении уголовного дела незаконным составом суда признаются судебной коллегией необоснованными, явно надуманными. Дело было рассмотрено всесторонне, объективно и беспристрастно».

Вот ещё одна очень характерная жалоба. Оказывается, суд «допустил серьёзное процессуальное нарушение»: не выяснил у матери и сына, владеют ли они языком, на котором ведётся уголовное судопроизводство. Разумеется, для протокола и это важно, но зачем при свободно звучащей русской речи такую формальность выставлять щитом? Лучше бы Алексею Карасову более внятно аргументировать другое. Вот, скажем, он заявил, что не имел умысла на совершение преступления. Да, свою причастность к содеянному он не оспаривает, но делал-то всё без преступного умысла, не корысти ради! Деньги собирался вернуть. Потом, когда-нибудь. Несколько лет проворачивал такую аферу, продумывал ходы-выходы, совершил тысячи банковских операций по картам, выпущенным на вымышленных лиц.

Втянул в свои аферы подчинённых, которые, чтобы не перечить начальнику, тоже нарушали инструкции. Судебная коллегия лишь подтвердила очевидное: умысел подсудимого, направленный на хищение денег с поддельных банковских карт, конечно, был.

Экс-банкиру, юристу по образованию, так и не удалось переквалифицировать свои деяния с мошеннической ст.159 УК РФ на ст. 201 (злоупотребление полномочиями). А то мог бы отделаться штрафом. Но апелляционная инстанция подтвердила, что Карасов, «действуя в составе организованной группы, совершал хищения денежных средств ПАО «Банк ВТБ» с использованием своего должностного положения путём обмана и злоупотребления доверием».

Ведали, что творили

В судебных заседаниях кипели нешуточные страсти. Исчез лоск с подсудимой, которая ещё недавно наслаждалась жизнью и не видела ничего криминального в «помощи» сыну. Рассказывали, что женщина, будучи мелким индивидуальным предпринимателем, «могла пойти за молоком и в соседнем магазине купить две шубы». В городе обсуждали три квартиры Карасовых, купленные в то время, когда они проворачивали махинации, а также машины, коллекцию дорогих часов, поездки на зарубежные курорты. При этом мать и сын настаивали в суде, что никогда не были богачами, для крупных покупок использовали кредит и ипотеку. И на штрафы денег у них нет. Откуда им взяться у пенсионерки и заключённого?

Суд над семейным тандемом длился больше двух лет. Карасовы всеми способами затягивали процесс. Несколько раз рассмотрение дела приостанавливалось: подсудимые представляли справки об ухудшении здоровья. Пытались создать мнение, что суд излишне к ним суров. В апелляционной жалобе приведён факт, что экс-банкира прерывали на последнем слове, делали ему замечания. А вот о том, что выступающий постоянно уходил от главной темы, в жалобе не сообщалось. Судебные заседания не раз приходилось откладывать из-за неявки одного из защитников (в том числе и по уважительной причине). Чтобы этого избежать, суд был вынужден в дополнение к адвокатам, выбранным в частном порядке самими подсудимыми, назначить ещё и государственных. В целях соблюдения разумных сроков судопроизводства была даже изменена мера пресечения Карасовой. Только после этого в судебном следствии наметился прогресс. И жалоб у подсудимой на здоровье в изоляции стало гораздо меньше.

В процессе разбирательств защита (в какой-то степени это можно считать даже шагом отчаяния) попросила суд устранить сомнения в психическом статусе подсудимых. Якобы Карасов не ведал, что творил, и его надо лечить, а не судить. И это заявлялось о банкире, который годами грабил кредитное учреждение, обладающее самой навороченной системой защиты! Причём делал это виртуозно, с выдумкой. Можно даже сказать, интеллигентно – никому же не угрожал пистолетом. Применённая им схема – чистое ноу-хау, собственное изобретение ангарчанина. В банковской системе страны о таком способе прежде и не слыхивали. Мошеннику столь высокого полёта далеко не просто приписать невменяемость. Тем более что в ходе судебного следствия мать и сын очень решительно и грамотно отстаивали свои права и законные интересы, вели себя находчиво, использовали самые разнообразные способы защиты. Так что сомнений относительно их вменяемости у суда не возникло. Да и на учёте у врача-психиатра Карасов никогда не состоял.

Чтобы составить мнение относительно вменяемости банкира, была назначена стационарная судебно-психиатрическая экспертиза. Её заключение: «Хроническими психическими расстройствами, слабоумием, временным психическим расстройством не страдает и ранее не страдал». И обобщающий вывод, сделанный с помощью комиссии судебных психиатров: «Суд не усмотрел каких-либо признаков наличия у Карасова и Карасовой психических расстройств. Подсудимые признаны вменяемыми и подлежащими уголовной ответственности, в то время как сторона защиты ставила под сомнение их психический статус». Вообще-то радоваться надо, что психическое здоровье в порядке, ведь срок заключения закончится, а психический недуг может сопровождать пожизненно.

От банка не убыло

Осуждённые и их адвокаты приводили ещё много других доводов для пересмотра уголовного дела. Якобы видеозаписи по операциям с банкоматов были подвергнуты монтажу, одна из страниц материалов дела оказалась плохо пропечатанной, эксперт ЭКЦ ГУ МВД РФ по Иркутской области находился в служебной зависимости от руководителя следственного органа, изъятие системного блока на рабочем месте Карасова проводилось незаконно, содержащаяся в компьютере информация могла быть модифицированной и т. п. Список претензий далеко не полный.

Банкир, теперь уже бывший, в начале предварительного расследования заявил о раскаянии. Но после вынесения приговора, в апелляционной жалобе, дал понять, что от банка ВТБ, грубо говоря, не убыло. От «организованной схемы кредитования», как изящно окрестил Карасов собственную аферу, банк даже, по его прикидкам, выгадал – получил прибыль в размере 27 миллионов рублей. Кроме того, на случай мошеннических действий и других рисков его продукты должны были быть застрахованы. Так что если и есть в этом уголовном деле потерпевший, так это и не банк вовсе, а его бывший служащий, которого посадили практически ни за что.

Однако судебная коллегия по уголовным делам сочла вину заявителей подтверждённой совокупностью доказательств, в том числе первоначальными показаниями самих подсудимых. Суд первой инстанции оценил и проанализировал все доводы, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их между собой. Были изучены сообщения участников зарплатных проектов об отсутствии в их организациях сотрудников, на имена которых выпущены 624 банковские карты, а также справки из базы данных МВД России «Регион», где не нашлось никаких сведений о личностях 415 обладателей таких карт. Проанализированы протоколы осмотров дисков с видеозаписями камер наблюдения, где запечатлена при снятии денег мать экс-банкира. Из заключений почерковедческих экспертиз следовало, что подписи от имени вымышленных клиентов в кредитных досье были выполнены в том числе Карасовым и его матерью. Компьютерная экспертиза подтвердила: в электронных реестрах на зачисление заработной платы включена информация о банковских картах «мёртвых душ». А в бухгалтерской экспертизе скрупулёзно перечислялись все проводки средств, которые проходили через руки начальника отдела прямых продаж. Итог для банка получился неутешительным: разница между зачисленными и списанными суммами составила 57 млн 847 тыс. 41 рубль 67 коп.

В итоге судебная коллегия по уголовным делам определила: «Приговор суда первой инстанции в части вида и размеров назначенного наказания оставить без изменения».

Так что не получилось у Карасовых создать свой маленький раёк на земле. Всё, что с любовью купили, ушло в счёт погашения долга (кроме одной квартиры как крыши над головой). В зоне нельзя будет полюбоваться на коллекцию престижных часов. Но все часы – и изъятые дорогие, и дешёвые, которыми придётся пользоваться в местах лишения свободы, – показывают, в общем-то, одинаковое время. Когда Карасовы выйдут на свободу, сыну будет под сорок, его маме чуть больше шестидесяти.

В этой истории, по правде говоря, больше всего впечатляют даже не цинизм и виртуозность мошенника. Рассмотренное Ангарским городским судом уголовное дело разрушает сложившиеся представления о банке как об организации, которой можно безоговорочно доверять. В ПАО «Банк ВТБ», крупнейшем банке Российской Федерации, начальник отдела, оказывается, может регулярно воровать деньги, сотрудники на младших должностях – систематически и грубо нарушать правила (ведь подчинённые Карасова ставили в кредитных досье свои подписи и делали записи, подтверждая, что вымышленные клиенты получали карты непосредственно из их рук). А мощные службы аудита и безопасности банка ничего этого не замечали в течение трёх лет. Трудно в такое поверить, но… из уголовного дела, как говорится, слова не выкинешь.

 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector