издательская группа
Восточно-Сибирская правда

На связи с жертвой

В Иркутске вынесен приговор ещё одному телефонному аферисту

Свердловский районный суд вынес приговор телефонному мошеннику из Новосибирска, жертвами которого в конце прошлого года стали 12 пожилых иркутян. В ноябре 2010-го денежные переводы из Иркутска поступали ему практически каждый день. Из карманов своих жертв аферист вытащил 270,5 тысячи рублей.

Вал звонков от жуликов, которые выдают себя за попавших в беду родственников и просят спасти их от неприятностей, срочно заплатив крупную денежную сумму «нужному человеку», в этом году начал стихать. Мошенники используют подобную схему с 2007 года, пик звонков пришёлся на 2009-2010. Но к этому времени сотрудники правоохранительных органов  научились вычислять злоумышленников и ловить их с поличным. По всей видимости, для телефонных мошенников наступает судный час.

Один из таких процессов завершился недавно в Свердловском суде Иркутска. На скамье подсудимых оказался житель Новосибирска Константин Софенрайдер, который в свои 28 лет успел провести в местах лишения свободы в общей сложности 9 лет: он был трижды судим за сбыт наркотиков и кражи. Освободившись после очередной отсидки в сентябре 2010 года, наркоман решил поискать новый способ «зарабатывать» деньги на дозу. Идею ему подал автор криминальной передачи, увиденной по телевизору. Там подробно расписывалась схема, по которой успешно действуют телефонные мошенники Краснодарского края. Софенрайдер взял её на вооружение, не посчитав нужным вносить какие-либо коррективы. 

На организацию криминального предприятия у рецидивиста ушло всего полтора месяца. В конце сентября он купил с рук на торговой площади Новосибирска несколько сим-карт сотовой компании МТС, зарегистрированных на вымышленных лиц, и парочку мобильников. А затем определился с зоной, на жителей которой решил совершить массированную психологическую атаку. Мошенник рассудил, что, поскольку Иркутск является центром экономически развитого региона, его жители должны иметь неплохой материальный достаток. На Свердловский район выбор афериста пал, можно сказать, случайно: преступник набирал код города, а затем наугад шесть цифр, начинающихся с 38 или 39. 

Найти и нанять людей, которые должны были выполнять всю чёрную работу, для рецидивиста тоже труда не составило. Набрав номер из  одинаковых цифр – троек, Софенрайдер вышел, как и ожидал, на диспетчера фирмы такси и заказал машину на железнодорожный вокзал. А через некоторое время перезвонил и попросил номер сотового телефона водителя: якобы хотел попросить его помочь перенести в машину вещи с платформы. Так мошенник вышел на таксиста П., которому представился сотрудником коллекторского агентства из Новосибирска и предложил заработать. Таксисту предстояло ездить по домашним адресам иркутских «должников» и забирать деньги, которые затем следовало перечислять в Новосибирск. За каждый поход к «должнику» водителю полагалось вознаграждение от 2 до 5 тысяч рублей. 

Получателем денежных переводов в Новосибирске был не сам руководитель криминального предприятия, а его представитель Гайдуков. Софенрайдер познакомился с ним в местах не столь отдалённых. Когда-то они отбывали наказание в одном отряде, после чего поддерживали отношения и на воле. Гайдуков выразил полную готовность оказать посреднические услуги лагерному другу, который только что освободился и ещё не успел восстановить документы, необходимые для получения банковских переводов. Комиссионные в сумме одной тысячи рублей за каждую операцию посредника-наркомана вполне устраивали.

И дело пошло. В ноябре прошлого года денежные переводы из Иркутска поступали Софенрайдеру практически каждый день. За «работу» он принимался прямо с утра, как просыпался: в Иркутске из-за разницы в часовых поясах время близилось к обеду, и старики обычно были дома одни. Находить путь к их сердцам преступнику помогали свойственные всем наркоманам навыки манипулирования окружающими, прекрасное знание психологии пожилых людей  и несомненные актёрские способности.

Первой жертвой новосибирского мошенника стала пенсионерка Мария Петровна, проживающая в Иркутске на улице Пушкина. 13 ноября в полдень она услышала звонок домашнего телефона и подняла трубку. Голос, который с ней поздоровался, женщина не узнала: мешали помехи. Поскольку старушка ожидала звонка от внука, переспросила: «Андрей, это ты?» Собеседник подтвердил. И тут же огорошил «любимую бабушку» информацией, от которой у неё поднялось давление. Оказывается, внучек на машине сбил женщину, она в больнице с переломом тазобедренного сустава, срочно нужны деньги на операцию. Если виновник ДТП как можно скорее не отдаст мужу пострадавшей 50 тысяч рублей, его арестуют. 

Мария Петровна засомневалась было – голос звонившего показался ей непохожим на голос внука. Но «родственник» тут же рассеял сомнения бабушки: оказывается, при аварии он разбил нос и губы, поэтому и с дикцией проблемы. Мария Петровна была сильно напугана, ей очень хотелось помочь попавшему в беду ребёнку. Но у неё такой суммы не было. На чёрный день старушка при пенсии 5400 рублей сумела скопить за несколько лет всего 40 тысяч. Всё это она пыталась объяснить Андрею, но тот уже передал трубку «следователю».     

Представитель закона назвался Александром Сергеевичем Поповским и рекомендовал поспешить с передачей денег, если бабушка не хочет, чтобы  внук оказался на нарах. Мария Петровна была уже на всё согласна: она продиктовала «следователю» и свой адрес, и фамилию. Ей было велено не класть трубку, быть на связи. И уже через 15 минут к подъезду подъехал курьер и забрал стариковскую заначку – все 40 тысяч рублей. Деньги были аккуратно завёрнуты в газету «Мои года». Вскоре домой пришёл муж. Узнав о несчастье с Андреем, он заплакал – так жалко было внука. Лишь через несколько часов, придя в себя, старики догадались, наконец, позвонить Андрею на сотовый. И узнали, что тот не совершал никаких наездов и вообще у него всё хорошо. 

На следующий день спектакль одного актёра повторился почти слово в слово. Иркутские старики оказались очень сердобольными, хотя, может, не такими богатыми, как рассчитывал аферист. Услышав по телефону от  любимого сына (внука, зятя, племянника), что он может попасть в СИЗО или уже там находится, родные тут же, не задумываясь, бросались на помощь. 

11 женщин и один мужчина отдали подъехавшему за деньгами таксисту свои накопления: самой маленькой оказалась сумма в пять тысяч рублей, но некоторые потерпевшие вытаскивали из-под матрацев или снимали со сберкнижек по 40–50 тысяч. 

Жертвы мошенника признавались на следствии: «Когда я услышала об аварии, мне стало плохо со здоровьем, я была в шоке, плохо соображала». На это и был расчёт афериста. В ролях Андрея, Никиты, Сергея, Анатолия и других якобы попавших в аварию родственников, как и «следователя» Александра Сергеевича, рецидивист был очень убедителен. Сценарий автор аферы  постепенно упрощал: в последних эпизодах Софенрайдер сразу обращался к старикам от имени следователя Поповского. И, не разводя антимонии, требовал деньги, необходимые, чтобы виновника аварии выпустили под залог из СИЗО или просто «замяли» дело. Незнакомому оборотню в погонах все старики поверили безоговорочно. Телефонный аферист обманул пожилых иркутян на 270 тысяч 500 рублей. 

Мошенничество с причинением значительного ущерба гражданину (ч. 2 ст. 159 УК РФ) считается преступлением средней тяжести, за которое виновному грозит обычно штраф либо обязательные или исправительные работы. Максимальное наказание за это преступление назначается редко и  предусматривает лишение свободы на срок до 5 лет. С учётом смягчающих обстоятельств – полного признания вины, активного способствования раскрытию преступлений, наличия тяжёлых заболеваний – Свердловский районный суд Иркутска приговорил Константина Софенрайдера за серию хищений чужого имущества путём обмана людей пенсионного возраста к отбыванию наказания в колонии строгого режима на срок четыре года. 

В личности телефонного мошенника, который сразу после освобождения из мест лишения свободы, имея за плечами две непогашенные судимости, вновь совершил ряд умышленных корыстных преступлений, к тому же против пожилых людей, суд обнаружил «высокую степень социальной запущенности» и «нежелание вставать на путь исправления». Трудно поверить в то, что несколько лет заключения превратят наркомана-рецидивиста в нормального человека. Тем более нереально, что доверчивые старики когда-нибудь получат назад свои деньги. 

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector