издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Дом, где разбились сердца

Снаружи он ещё крепкий, но крапива и конский щавель уже закрыли ему окна

Покупатели в эту деревню под Иркутском приезжали уже несколько раз. Места здесь благодатные: рядом речка, лес. Дом, выставленный на продажу, стоит на удивление недорого. В нём ещё жить и жить. Всем потенциальным покупателям соседка открывает калитку, двери, рассказывает историю дома. Люди помнутся-помнутся, вздохнут и уезжают.

Что же такое в нём произошло, если покупатели даже не хотят рядиться по поводу окончательной цены? Тут надо рассказать историю семьи Голубятниковых (имена изменены). У Василия и Ольги  было трое детей. Старшие дочь и сын уже завели собственные семьи. Савелий,  младший, заканчивал училище. Но родная деревня для молодёжи была словно мёдом намазана. В выходные у Голубятниковых было всегда весело. Своё молочко, овощи с огорода, небольшая пасека. Можно сказать, дом – полная чаша. Счастливый глава семейства Василий Иванович, тракторист бывшего колхоза, по вечерам играл домочадцам на гармони.

Нормальный был человек, когда трезвый. А выпивши, любил задираться. Ольга знала такую особенность мужа и на рожон никогда не лезла. Немало деревенских гармонистов сгорело у нас от водки, везде их приглашают, на каждом празднике они свои. Вот и Василий Иванович музыкант был безотказный. К тому же в округе он мастерски резал свиней, а этим делом тоже не каждый владеет.

Трагедия в семье как раз и произошла пасмурным ноябрьским вечером, когда по всей деревне пахло палениной. Голубятников-старший помог соседу разделать свинью, а потом, как водится, остался у него на жарёху. Под водку она шла очень хорошо. Где-то уже ближе к ночи Ольга попросила Савелия сходить за отцом. Родитель, изрядно принявший на грудь, долго упирался, ерепенился, но потом всё-таки подчинился.  В спальне сын с трудом посадил отца на кровать и легонько толкнул в грудь: мол, хватит уже, угомонись!

А дальше произошло ужасное, то, чего никто не мог представить даже в самом страшном сне: Василий Иванович махом вынул из кармана нож и всадил его сыну в грудь. Прямиком в сердце. До приезда «скорой помощи» Савелий ещё дышал. Но врачи уже поделать ничего не смогли.

Забирали главу семьи на следующее утро. Всю ночь Василий Иванович безмолвно просидел на крыльце в одной рубашке, слушая, как в избе воет его жена. Перед рассветом на такси приехали старшие дети. Стали подтягиваться соседи. Уводили его из дома в полной тишине. Никто даже слова вымолвить не мог, так были все потрясены.

Мать пережила сына всего на несколько месяцев. Осунулась, зачахла. Однажды вышла во двор и упала. Обширный инсульт. Хоронили Ольгу всей деревней. Соседи несли гроб по узкой улочке и поражались: в нём лежала сморщенная почерневшая старушка. Ничего не осталось от дородной женщины, какой она была до этой трагедии.

За непреднамеренное убийство сына отцу дали семь лет колонии общего режима. Дети там его ни разу не навестили, только выслали одну посылку с тёплыми носками и чесноком (как он слёзно просил).

Освободился Голубятников через пять лет. Вернулся домой с тяжёлой формой диабета. Можно только представить, как зашёл он в пустой брошенный дом, как увидел у крыльца уже полуистлевшую разорванную гармонь. Это после смерти матери её в истерике топтал старший сын. Жил убийца тихо и неприметно для соседей. Никто не позвал его к себе в дом. Несколько раз, правда, люди приносили ему поесть.

Однажды Василий Иванович попытался что-то объяснить своему бывшему другу. Мол, это не я убил, это бес сделал. На что получил ответ:  

– Но бес-то твой! Ты же его в себе взрастил!

Прошедшей осенью соседи позвонили его детям в город: «Приезжайте, хороните своего папашу. Не мы же это будем делать!»   

Вот так и стоит теперь дом, ждёт нового хозяина. И, скорее всего, его придётся раскатать по брёвнышку, чтобы продать участок. Печать беды так и висит над этим местом. А ведь уже прошло несколько лет…

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock detector