издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Записки «молоточника»

В суде обвиняемый конспектирует показания родственников жертв и вину признаёт только частично

  • Автор: Ксения ЛАЗАРЕВА

Судебное следствие по делу Артёма Ануфриева и Никиты Лыткина, обвиняемых в серии убийств в иркутском Академгородке зимой и весной 2010-2011 годов, началось в понедельник. Пока гособвинитель допрашивал потерпевших и свидетелей, многие из которых не могли сдержать слёз, подсудимый Ануфриев, не признавший вины по большинству эпизодов, методично конспектировал их показания на листах формата А4, а после очередного перерыва с утомлённым видом принялся за жевательную резинку. Его младший подельник Лыткин, мать которого в качестве законного представителя также участвовала в заседании, в отличие от своего лидера был отрешён и вину в шести убийствах, восьми покушениях и глумлении над трупом признал полностью.

Новые обстоятельства 

Рассмотрение уголовного дела в Иркутском областном суде началось в среду, 5 сентября. В тот день заседание отложили на понедельник из-за поступившего ходатайства о введении в дело ещё одного защитника. Суд удовлетворил просьбу, и теперь интересы двоих подсудимых будут представлять три адвоката. Первое заседание по существу 10 сентября началось с оглашения обвинительного заключения. На его чтение у прокурора ушло полтора часа. Остальной рабочий день был посвящён представлению доказательств со стороны обвинения. До вечера суд успел допросить потерпевших и свидетелей по трём эпизодам убийств. Всего же 19-летним Артёму Ануфриеву и Никите Лыткину, которых по одному из орудий убийств окрестили «молоточниками», предъявлено обвинение в совершении 18 тяжких и особо тяжких преступлений в составе экстремистского сообщества. 

Досудебное следствие установило, что серия убийств, первой жертвой в которой 1 декабря 2010 года стал 12-летний шестиклассник, началась с двух попыток, о которых ранее общественности не сообщалось. 14 и 25 ноября в лесополосе Академгородка они совершили покушение на убийство двух женщин, но им помешали. В обоих случаях они не успевали забить сопротивляющихся потерпевших насмерть, так как их спугивала внезапно проехавшая машина или случайный прохожий. Очевидно, поняв, что убийство взрослого человека им не под силу, Ануфриев и Лыткин решили убить ребёнка. На заседании 10 сентября обвинение представило доказательства совершённого преступления. Допросить пришлось не только родителей мальчика, но и их младшего 11-летнего сына, который полтора года назад первым увидел умирающего брата и удаляющиеся силуэты двоих мужчин. 

Пока показания давала мать мальчика, Артём Ануфриев, которого следствие признало лидером в экстремистском сообществе, спокойно поднимал глаза и записывал рассказ о том, как ребёнок умирал у неё на руках. За несколько часов заседания он мелким почерком исписал несколько листов формата А4. Присутствовавшие потерпевшие возмутились циничным поведением подсудимого, однако адвокат позже пояснила, что он имеет право делать записи. В целом поведение Артёма Ануфриева было обыденным. Периодически он смахивал пылинки со своей чёрной спортивной кофты, устало приваливался к стене и жевал жевательную резинку. Никита Лыткин, которого, по мнению обвинения, «Ануфриев наделил второстепенными полномочиями исполнителя», сидел смирно, лицо его в ходе всего процесса было невыразительно. 

По мотивам идеологической ненависти 

Деятельность экстремистского сообщества, в котором состояли Ануфриев и Лыткин, началась в октябре 2010 года, когда двое школьных друзей, разделяющих симпатии к Андрею Чикатило, Александру Пичушкину и другим маньякам, а также причисляющих себя к группе «белых расистов», идеология которых основана на «ненависти к человеческому виду в целом», начали разрабатывать планы убийства. Существование организованной группы завершилось 6 апреля 2011 года, когда Ануфриева, уже достигшего восемнадцатилетия, и несовершеннолетнего Лыткина задержали. Это стало возможным благодаря тому, что родственник одного из подсудимых случайно обнаружил видеозапись, на которой молодые люди запечатлели убийство и глумление над трупом бездомной.  

В большинстве случаев первым бил Лыткин. Как установило следствие, он делал это, «осознавая, что от его действий может наступить смерть потерпевшего, и желая этого, со спины и со значительной силой». Так было и 1 декабря 2010 года в районе остановки «19-я школа». По данным гособвинителя, Лыткин, двумя руками держа рукоятку молотка в момент, когда мальчик прошёл мимо, начал бить его по голове. Когда тот упал, Ануфриев стал избивать потерпевшего битой по голове, лицу и груди. После того как мальчик перестал подавать признаки жизни, Лыткин достал из кармана складной нож и ударил им в рану на виске. По показаниям отца мальчика, вместе с матерью и младшим сыном в течение сорока минут ожидавшего приезда «скорой помощи», экипаж которой стоял в пробке, на лице ребёнка было видно выступившее наружу мозговое вещество. Приехавшей «скорой» осталось только констатировать смерть. 

Через две недели, вечером 16 декабря, вооружившись складным ножом и молотком с металлическим ударником, подсудимые отправились в район лесополосы Академгородка. Здесь они совершили убийство женщины пенсионного возраста – сотрудницы одного из институтов, которая возвращалась домой с работы. Всё происходило по той же схеме, для скорейшего убийства с потерпевшей сняли шапку. Это проделывали и с остальными жертвами. Женщине кроме ударов по голове нанесли несколько десятков ударов ножом по спине и груди. Смерть наступила на месте происшествия. Государственный обвинитель зачитал расшифровку аудиозаписи, которую сделали во время убийства Лыткин и Ануфриев:

«– Давай. Вон она идёт. Бей. 

(В течение 35 секунд слышны крики, стоны, фразы «Ой, вы что», «Мамочки», «Убийцы»). 

– Всё, пойдём.

– Что? Куда? 

– Вот и всё. Всего секунда. Круто мы её. (Нелитературное выражение.)

– Реально стоят, нас пасут. Как отключить? 

– Там кнопочка.

– Здесь, поди, менты.

– Так пойдём.

– Куда пойдём?

– Главное, что наши лица… (Нелитературное выражение.) 

– Там сейчас мужик выйдет.

– Где?

– Там. (Нелитературное выражение.) Стоило предполагать.

– Сколько время?

– 18.15.

– О, свидетель. (Нелитературное выражение.) 

– Стоило предполагать, что они там будут стоять.

– Выродки какие-то стоят. Думаю, они не будут палить нас. Хотя (нелитературное выражение) их знает. 

– Куда пойдём? Может, к тебе всё-таки?

– Ну давай. 

– Может, послушаем запись? 

– Послушаем.

– Сегодня записи больше не будем делать.

– Промазал, как ты прямо промазал. Но пальцы сломал, ништяк».

Вину признают частично 

Следующие убийства, как установило досудебное следствие, Ануфриев и Лыткин совершали изощрённее. 1 января на мусорке между домами по улице Лермонтова они насмерть забили бездомного деревянными молотками-киянками. Установить его личность не удалось, смерть «трупа №20» наступила в больнице, куда его доставила «скорая». 21 февраля в лесополосе они напали на мужчину в состоянии среднего алкогольного опьянения. Лыткин стрелял ему в затылок из пневматического пистолета «Байкал», уронив его, Ануфриев пытался произвести принудительное извлечение глазных яблок потерпевшего, но не смог из-за незнания анатомии. Повреждения были настолько сильны, что мужчину пришлось хоронить без головы, остатки черепа проходят как вещественные доказательства по делу.

В ночь с 10 на 11 марта Ануфриев и Лыткин напали на мужчину, который также скончался на месте. Били ножами по голове, в область паха, в грудь, попытались отрезать кисть. Последнее убийство спящей бездомной произошло 3 апреля. «Отсечь кисть и извлечь глазное яблоко не удалось в силу конструкции ножа и незнания анатомического строения человека», – констатировал гособвинитель. Совершив глумление над телом, отрезанное ухо они подкинули на крыльцо школы №19. Ануфриев в этот день делал видеозапись, благодаря которой их удалось задержать. В промежутке между убийствами подсудимые совершили восемь покушений, которые не закончились смертью из-за обстоятельств, не зависящих от Ануфриева и Лыткина. В частности, в случае с нападением на женщину на позднем сроке беременности их спугнула проезжавшая мимо машина, а ребёнку, на которого пришлись только касательные удары молотком, удалось выбежать на оживлённую трассу. 

Кроме убийств и покушений на убийство, подсудимым вменяют грабежи и надругательство над телом умершего, совершённое по мотивам идеологической ненависти. Ануфриеву также предъявлено обвинение по 14 эпизодам вовлечения в преступление несовершеннолетнего Лыткина. Гособвинение использует показания свидетелей и самих подсудимых, а также данные множества судебно-медицинских экспертиз в качестве прямых доказательств. Подсудимый Ануфриев вину признал лишь в двух убийствах, которые были зафиксированы на электронных носителях. Лыткин в суде признался по всем статьям, за исключением организации экстремистского сообщества. По предварительным данным, первому грозит пожизненный срок, второму – до 25 лет лишения свободы. 

В дальнейших заседаниях, следующее из которых состоится во вторник, 18 сентября, гособвинитель продолжит представление доказательств, состоятся допросы потерпевших и свидетелей по другим преступным эпизодам. К допросу обвиняемых приступят после представления доказательств стороной защиты. 

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер