издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Полоса отчуждения

Предбайкальская лесостепь страдает от огня и незаконных вырубок

  • Автор: Виталий РЯБЦЕВ

Минувшим летом я объехал все основные лесостепные массивы Предбайкалья. Тем же маршрутом я проезжал в 2007 и 2005 годах, поэтому мне было с чем сравнивать нынешнюю ситуацию. А она производит грустное впечатление.

Хуже всего обстоят дела на правобережье Братского водохранилища. Осинский район впору вообще объявлять зоной экологического бедствия. Здесь нет ни одного лесного массива, ни одного окружённого степью лесного островка, ни одной опушки (даже на окраинах деревень!), не обезображенных лесорубами. И они продолжают уничтожать последние уцелевшие деревья с «товарными» стволами. Огромные свалки опилок и горбыля – результат работы сотен пилорам – окружают практически все населённые пункты. Фермерство здесь не в почёте.  Редки обработанные поля и стада скота, а если и увидишь трактор, он катит в лес, на помощь лесорубам. Основа экономики района – хищническая заготовка древесины. Повсеместные лесные пожары возникают в основном по вине лесных браконьеров, проходят по лесам, исхлёстанным варварскими рубками. 

В лесах сохнет огромное, не виданное мной ранее количество порубочных остатков.  «Пища» для будущего огня столь массово не заготавливалась никогда. Если случится засуха, такая как в 2003 году, то за пару месяцев верховые пожары могут охватить тысячи квадратных километров лишь в Осинском районе. В такой ситуации  МЧС, вероятно, будет объяснять происходящее «крайне неблагоприятными погодными условиями». Но действительная причина – жадность местных и приезжих заготовителей древесины, а также последствия принятия нового Лесного кодекса, фактически ликвидировавшего лесную охрану.  

Экологическая ситуация в лесостепном левобережье Братского водохранилища (Аларский, Нукутский, Балаганский районы) не столь критична, как на правобережье. Здесь нет разгула «чёрных лесорубов», а также дымящих куч из опилок и горбыля. Тем не менее лес на левобережье в большом дефиците, а его использование в ряде мест  запредельно. Например, горы на южном берегу Унгинского залива «лысеют» буквально на глазах. Покрывающие их вершины лесные участки вырубаются на дрова. Но главной проблемой всё-таки являются пожары. Горят и сосновые боры, и берёзовые колки, и лесополосы на полях и вдоль дорог. Более всего пострадал сосновый бор на горе Хашкай. Верховой пожар уничтожил примерно 80 процентов его площади, составлявшей около двух тысяч гектаров.  И подобная картина наблюдалась нами повсеместно – от реки Каменки на юге до посёлка Балаганск на севере. На всём этом пространстве за 10–15 лет резко сократилась доля сосновых лесов, зато поднимается берёзовый подрост. 

В лесостепях Ангаро-Ленского междуречья ситуация благополучнее в отношении как пожаров, так и незаконных рубок. И что очень важно, проводятся реальные противопожарные мероприятия – создаются минерализованные полосы. Недешёвые работы осуществляются фермерами, цель мероприятий – предотвратить переход огня с сельхозугодий на лес. 

Реликтовые байкальские лесостепи Ольхонского района за последнее десятилетие очень сильно пострадали от лесных пожаров. Но в 2012-м впервые за многие годы  в весенне-летний сезон здесь не было ни одного сельхозпала, зарегистрирован лишь один лесной пожар (для сравнения: в 2011-м – 38). 

На участке поймы Ангары между Иркутском и  Ангарском, представляющем собой ценнейший участок дикой природы, ситуация катастрофична. К настоящему времени сгорели почти все ивово-черёмуховые и кустарниковые (в основном из шиповника, таволги, кустарниковых ив) заросли. В 2012 году уничтожались их последние крупные участки. В мае острова Лиственничный и Берёзовый были сплошь пройдены пожаром. Погибло более 90 процентов всех древесных зарослей, окаймляющих речные протоки. Это произошло, несмотря на холодную и дождливую погоду. 

Лесостепные районы Предбайкалья различаются по причинам возникновения лесных и травяных пожаров. В Осинском районе их основные виновники – «чёрные лесорубы». Нередко пожары возникают здесь (как и в Боханском районе) из-за многочисленных постоянно горящих свалок древесных отходов с пилорам. В лесостепном левобережье Братского водохранилища причиной подавляющего большинства лесных и травяных пожаров являются сельскохозяйственные палы. Выжигается прошлогодняя трава на заброшенных полях, пастбищах, лугах, вероятно, и стерня на обрабатываемых полях. Огонь с сельхозугодий перекидывается на лесные участки. Случаются и возгорания по вине рыбаков и отдыхающих. Большие участки Хашкайского бора погибли именно по этой причине, как и леса на склонах гор южного берега Унгинского залива. 

В Ангаро-Ленском междуречье сельхозпалы в 2012 году были редки (иногда поджигались пойменные луга). Здесь источником большинства пожаров у пойм Ангары, Лены и их лесостепных притоков являются отдыхающие и рыболовы. В отдалённых районах, например верхнем течении реки Куды, где приезжих мало, лес и сельхозугодья почти не горят – местные жители сельхозпалов в последние годы не практикуют. Но в местах с оживлёнными дорогами, например в районе Бозоя и Жердовки, леса горят ежегодно. Люди отдыхают на берегах  рек и на опушках, оставляя непотушенные костры, окурки.  В Приольхонье и на Ольхоне весной пожары чаще всего возникают по вине рыбаков, летом – из-за туристов.

Объявленный в ряде районов особый противопожарный режим, на мой взгляд, был не слишком эффективен. Мы не встречали постов, перекрывающих  доступ автотранспорта в леса. Весной и летом на территориях, где действовал особый режим, не прекращалось горение свалок древесных отходов с пилорам, что было грубейшим нарушением противопожарных правил. 

Исключительно серьёзна проблема очистки лесов от огромного количества порубочных остатков, брошенных «чёрными лесорубами». Вряд ли её можно решить, разрешив местным жителям и предпринимателям вывоз таких остатков для использования в качестве дровяной древесины. В Осинском и Боханском районах, где объёмы порубочных остатков в лесах просто огромны, для обеспечения населения дровами часто оказывается достаточно одного лишь «горбыля». Эти отходы деятельности пилорам местные жители закупают по скромной цене целыми машинами либо забирают даром. Несмотря на это, объёмы опилок и горбыля, бессмысленно сгораемые на свалках, исчисляются тысячами кубометров. В таких условиях вывоз из леса порубочных остатков совершенно нерентабелен. Между тем на противоположной стороне Братского водохранилища население Нукутского района вырубает на дрова последние  остатки лесов. Вот где очень велика потребность в дровяной древесине. Вероятно,  жители этого района могли бы, если им предоставить такое право, забирать порубочные остатки с лесной территории Осинского и Боханского районов, перевозить их через Братское водохранилище по ледовым переправам.  

Определённый оптимизм мне внушила встреча с руководителем Агентства лесного хозяйства Иркутской области Виталием Акбердиным. Агентством сейчас руководят профессионалы своего дела, осведомлённые о критической ситуации в прибайкальских лесах, понимающие её причины. И есть причины надеяться на то, что борьба с природными пожарами и «чёрными лесорубами» будет ужесточена. 

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер