издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Вот это – Валдай, а вот это – псевдовалдай»

В Иркутске хранится уникальная коллекция поддужных колокольчиков

Пожалуй, ни с одним предметом русского быта не связано столько легенд, рассказов и сказок, как с поддужным колокольчиком. К «специфическому русскому явлению» относятся с особой нежностью, видя в этом звенящем чуде символ всего национального. В чём загадка колокольчика, никто не знает до сих пор. В Иркутском областном краеведческом музее (ИОКМ) хранится разнообразная и уникальная коллекция поддужных колокольчиков.

Как колокольчик победил бычий рог

– Вы знаете, а ведь многие дети уже и не знают, для чего был нужен такой колокольчик, – говорит научный сотрудник ИОКМ Светлана Малиновцева, перебирая колокольчики, стоящие на столе. Некоторые из них таких больших размеров, что с трудом представляешь их под дугой. И тем не менее все они когда-то были вовсе не «артефактами», а обычной бытовой вещью. Хотя нет, больше чем вещью, скорее – частью мировоззрения. 

– Мы тоже смутно представляем, а зачем колокольчик? Ради украшения? 

– Не совсем. Есть версия, что поддужный колокольчик появился тогда, когда родилась русская тройка. А она появилась тогда, когда ширина дорог позволила запрягать лошадей не «гусем» (цугом), а в ряд – в середине коренник, по бокам – две пристяжных. Тогда-то поддужный колокольчик и стал неотъемлемой частью почтовых троек, он выполнял роль сигнального средства. До изобретения поддужного колокольчика Пётр I пытался ввести в ямщицком деле европейскую традицию: подъезжая к станции, ямщик должен был дуть в сигнальный рожок, бычий рог. Но ямщики упорно игнорировали европейскую новинку, а при приближении к стации просто закладывали пальцы в рот и свистели. Зато колокольчик им сразу пришёлся по душе. Мастера, отливавшие колокольчики, сразу поняли – надпись сделает колокольчик ценнее. У ямщиков была очень популярна надпись «Купи не скупись – езди веселись». 

Самое интересное, что колокольчик быстро вышел за пределы чисто «почтовой» атрибутики, настолько он нравился людям. В ряде губерний в начале 19 века даже пытались запретить обывателям ездить с колокольчиками, потому что станционные работники не могли понять – приближается ли почтовая тройка или просто кто-то решил прокатиться со звоном. Очень быстро колокольчик стал неотъемлемым атрибутом свадебной тройки. «Наши прадедушки и прабабушки верили, что звон колокольчика оберегает молодых от злых духов и несчастий» (в фондах музея хранится три колокольчика завода Митрофанова с типичной свадебной надписью «Кого люблю, того и дарю сей колокол лит в Валдае»). Поддужный колокольчик жил больше 150 лет. А исчез он тогда, когда появилась железная дорога, вытеснившая русскую тройку. 

«Бубенчики, шаркунцы, колокола…»

Первый колокольчик в ИОКМ поступил ещё в 1883 году от Николая Николаевича Агапитова. Это был обычный, не подписной колокольчик, но именно с него началась коллекция. Второй колокольчик, как свидетельствует книга поступлений, был передан музею в 1928 году сотрудником Петром Полторадневым. Три колокольчика в 1972 и 1981 году передала в музей А.К. Шубина, тоже научный сотрудник. Однако основная часть поддужных колокольчиков была приобретена у иркутского живописца, заслуженного художника России Владимира Владимировича Тетенькина в 1983 году. Владимир Владимирович более 50 лет собирал колокола и колокольчики. «Много экспонатов Владимиру Владимировичу подарили друзья и знакомые, огромное количество он собрал сам, – говорит Светлана Малиновцева. – Вся стена в его мастерской была завешана колоколами и колокольчиками. Это были и церковные колокола, бубенчики, шаркунцы, колокол-рында, и масса поддужных колокольчиков, с надписями и без». 

Настал момент, когда художник принял решение – надо передать коллекцию в музей. И уже договорился с Томским музеем о продаже. Коллекция уже была собрана и отправлена в путь, даже доехала до железнодорожного вокзала. Но сотрудникам Иркутского областного краеведческого музея удалось убедить Тетенькина оставить колокольчики в нашем городе. Вот так коллекция колоколов и колокольчиков была закуплена в 1983 году за 20 тысяч рублей. Всего 157 предметов, 80 из них – поддужные колокольчики. 

«Коллекция уникальна, – убеждена Светлана Малиновцева. – Сейчас в ней более 150 предметов. В ней  представлены все основные центры производства поддужных колокольчиков в России. Только подписных колокольчиков более семидесяти, девять из них – знаменитые валдайские, три – псевдовалдайские, 38 из села Пурех, семь из Слободского, три из города Павлово, 12 из Тюмени». Светлана Малиновцева берёт в руки большой тяжёлый колокольчик. Звучит он необычно гулко, протяжно. «Такой «голос» у колокольчиков с Валдая, 19 век, – она ставит массивный экземпляр на стол, а взамен берёт крохотный, но столь же звонкий. – Это маленький сувенирный валдайский колокольчик 50-х годов 20 века. Чувствуете, какой глубокий, не похожий ни на что звук? А вот для примера – Тюмень, 19 век. Совсем другое звучание. Валдайское звучание ни один центр в России не мог повторить. Считается, что сам поддужный колокольчик был изобретён именно на Валдае». 

На столе стоит старенький колокольчик. И если у других экземпляров зачастую утеряно «самое слабое место» – язычок, у этого раритета нет не только языка, но и верхней части, так называемой «сковороды». В 1991 году в музей колокольчик поступил от бывшего главного хранителя ИОКМ Лидии Ивановны Аскаровой. Этот скромный колокольчик – один из самых ценных экспонатов в коллекции на сегодняшний день. «Мы не знаем, как он попал к Лидии Аскаровой, легенды в книге записей не сохранилось, – говорит Светлана Малиновцева. – Но на самом колокольчике очень хорошо видна дата – 1802 год, есть и имя автора – Филипп Терской. Долгое время считалось, что именно этот автор впервые поставил автограф на своём колокольчике. По официальным сведениям, сейчас таких колокольчиков в России осталось всего 19. Возможно, они есть где-то ещё в частных коллекциях». Сейчас уже известно, что с 1802 года свои колокольчики начал подписывать и другой валдайский мастер, Алексей Смирнов. В коллекции, переданной музею Владимиром Тетенькиным, есть и колокольчик Смирнова, он тоже датирован 1802 годом. 

Недобросовестная реклама 19 века

«Мчится тройка удалая – колокольчик, дар Валдая» – эту фразу из стихотворения Ф. Глинки литейщики с удовольствием воспроизводили на «юбочке» поддужных колокольчиков. Позже она сократилась до фразы «Дар Валдая». Такие экземпляры тоже есть в коллекции ИОКМ. Самое интересное, что звук, красота и популярность валдайских колокольчиков не давали покоя предприимчивым господам в 19 веке. В конце 19 века появились массовые подделки «под Валдай». 

– Вот это – Валдай, а вот это – псевдовалдай, – Светлана Малиновцева берёт два колокольчика. 

– Да они же практически одинаковые, – удивляемся мы. 

– А вы возьмите их в руки, валдайский весит чуть больше. Конечно, различия видны только специалистам. Особенно грешили подделками в ещё одном знаменитом колокололитейном центре России – селе Пурех Нижегородской губернии. Копировали всё – форму колокольчика, язык, ушко, отверстие в ушке. И ставили на наружной стороне надпись «Дар Валдая». А внутри колокольчика, вокруг петли, где крепится язычок, можно заметить скрытую надпись: «Михаил Макарович Трошин. Село Пурех». Когда я впервые взяла такой колокольчик в руки, то вообще не могла понять, что это? Совместное производство? Оказалось, это такой «рекламный ход» от мастеров 19 века, чтобы покупатель сразу не обнаружил подделку. На колокольчике видна надпись «съ серебром». Это тоже своеобразная реклама. Есть легенда, что примесь серебра придавала особый звон колоколам. На самом деле, современные исследования показали, что примесь серебра в сплавах настолько ничтожна, что никак не могла повлиять на качество звучания. 

Подделками занимались не только русские мастера. Очень нравился «дар Валдая» шведам и финнам. Они считали, что секрет звучания валдайского колокольчика заключается в надписи. Валдайцы ставили её на «юбочке» колокольчика, на месте боя языка. Иностранные мастера копировали надписи, совершенно не понимая их смысл. Зато повторяли абсолютно всё – шрифт, надписи, точки. Только вместо фамилии мастера-валдайца ставили фамилию шведа или финна. Причём они могли «для красоты» поменять буквы местами или, в случае, если буква казалась им неприглядной, просто выкинуть её из слова. Получались очень смешные фразы. «В нашей коллекции таких колокольчиков, к сожалению, нет, – говорит Светлана Малиновцева. – Есть один необычный колокольчик, история которого мне интересна. На нём какая-то непонятная надпись, она сильно затёрта и практически не читается. Есть подозрение, что это та самая подделка иностранцев «под Валдай». Но эта версия требует дополнительных исследований».  

Пурехские колокольчики, «бубенцы нижегородские», – это особый рассказ. Там изготавливались колокольчики самых разных форм, секреты колокольного искусства передавались от поколения к поколению. Особенно славились произведения семейства Трошиных и завода Егора Клюйкова. В разное время в Пурехе было от 8 до 15 заводов. В коллекции ИОКМ есть колокольчики разных пурехских заводов, в том числе самых знаменитых. Шесть колокольчиков 1807 года сделаны руками мастера Василия Гилёва из Тюмени, есть экземпляры мастеров из села Слободского, а также три колокольчика работы братьев Гомулиных из города Павлова Горьковской области. Павловские умельцы славились тем, что сделали для знаменитой тульской блохи наборный ошейник, цепочку и замочек с музыкой и секретом. Поскольку производство в Пурехе было массовым, такие колокольчики даже сейчас ещё можно встретить в сараях, на чердаках старых домов. Когда исчезли тройки, некоторым из них нашлось другое применение. В коллекции ИОКМ хранится экземпляр поддужного колокольчика, к которому грубо приварена массивная ручка. «Типичный школьный колокольчик», – улыбается Светлана Малиновцева.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector