издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Ангарский «Гэсэр» с хеппи-эндом

Жители бурятского села Одинск под Ангарском защитили родовые земли от дачников

Вопросы веры – самые сложные для рационального обсуждения, но поневоле начинаешь думать, что коренному населению Прибайкалья помогают духи предков. Меньше месяца понадобилось жителям бурятского села Одинск, входящего в Ангарское МО, чтобы добиться запрета на уже начавшееся строительство на землях вокруг села, которые здесь издавна считаются сакральными. Властям, облечённым всей мощью административного ресурса и формальной поддержкой законов, ничего не оставалось делать, как отступиться от лакомых земельных наделов на берегу Китоя. Не меньшее, впрочем, удивление вызывает и этнографический фактор – что, по сути, пригородом Ангарска является этнически однородное крепкое бурятское село. Как живёт коренное население в окружении мегаполисов на территории Иркутской агломерации и как борется за свои национальные приоритеты, поехал выяснять «Иркутский репортёр».

Одинск – по-бурятски «звёздочка»  

Жаркий полдень последнего весеннего дня в Одинске. На улицах много детей. Бурятский национальный орнамент на Доме культуры, редкие, бережно хранимые книги по бурятской культуре в библиотеке. Ухоженные усадьбы. Об истории села могла бы рассказать учитель истории и хранительница школьного краеведческого музея Нина Гришкинова, но она в связи с началом каникул мотается по округе, готовит детские лагеря к летнему сезону.

– Я знаю, кто вам лучше меня расскажет. Обратитесь к бабушке Ларисе Платоновой, – советует она по телефону. 

Здесь каждый старик сам себе краевед, а история каждого бурятского села – увлекательная быль. Лариса Васильевна, местный старожил, сидит на завалинке у дома, вокруг неё ползают и роятся многочисленные маленькие внучки. Они настолько деятельные и непоседливые, что их трудно пересчитать – застенчивая София, серьёзная Оля, аккуратная, с косичками Вика, младшая чумазая и лохматая Полина.

– Мы знаем своих предков до одиннадцатого колена. Они здесь живут с семнадцатого века, – начинает бабушка с самых начал. 

Давным-давно, когда не было здесь ни Ангарска, ни Усолья, ни Иркутска,  бурятский охотник проезжал по долине реки Китой эти места на коне и заметил блеснувший в тайге в свете луны родничок. Около него он и основал свой аймак. Одинск по-бурятски значит «звёздочка». Жён его род привозил из Тункинской долины, куда отсюда проложили конную тропу. Раскорчевали тайгу на берегу Китоя. Так здесь поселилось бурятское племя куркутов. 

Потом местные стали родниться с соседями – брали жён из Бохана, с Эхиритов и Сайгут, отдавали туда своих девушек. Хотя Иркутску уже сотни лет, в этих местах русские стали селиться чуть больше полувека назад – со строительством Ангарска. 

– До этого мы ездили в Иркутск на коне, возили туда свои продукты, там покупали одежду, необходимое, – вспоминает Лариса Васильевна. – Ангарск начал строиться – мы маленькие были. Я ещё помню, как строился Четвёртый посёлок Ангарска – наши брали коромысло с двумя вёдрами молока и ездили на коне продавать его строителям.    

К наступлению городов здесь по обоим берегам Китоя стояло девять родовых аймаков, где жили роды шошолог, тэртэ, хурхуд, иргит, урянхай. Ещё в 1822 году указом Сперанского этим аймакам (улусам) дали единое название Одинского инородческого ведомства. При советской власти улусы разрослись и объединились в деревни Архиреевка (Сякта), Ясачная, Калиновка (Шаран), Целоты, Чебогоры. 

– Сякта и Шаран – это старые бурятские названия. Шаран – это «жёлтая, песчаная вода», а «сяк» – это пырей-трава. Шобогор – это просто «возвышенность», – переводит бабушка изначальные названия населённых пунктов. – В этих деревнях жили так называемые хутинские буряты. А название реки Китой происходит от бурятского «хюитон» – холодная горная вода. 

С возникновением Ангарска начались и первые земельные преобразования. Сначала, в 1961 году, Одинск присоединили к Ангарску, административным решением отрезав от него деревни, находящиеся на левом берегу Китоя. Все деревни, перечисленные бабушкой Платоновой, кроме Чебогор, отошли к Усольскому району. У сельского образования Одинск остались только обезлюдевшие Чебогоры – там сейчас живёт порядка пятидесяти жителей, русская Заимка, дачная Якимовка, а в 2005 году, нарезая новые границы, администрация Ангарска присоединила к Одинску ещё и Ивановку – от Усольского района. 

Сакральные места под огороды 

Дом культуры
в Одинске выдержан в национальных мотивах –
и архитектура, и орнамент

Всего сегодня в этих деревнях проживает 1300 жителей. Из них девять сотен – буряты. Большинство живут в Чебогорах и Одинске. Последним штрихом к разрушению национальной идентичности стал новый градостроительный план, по которому территория Одинска и его окрестностей не включена в план развития села, а, на правах одного из городских районов Ангарска, оформлена под жилую застройку.    

Внешне люди спокойны, но стоит задеть больной «земельный вопрос», у них прорывается недовольство и неуверенность. Жители рассказывают: начался конфликт с того, что в начале мая стали вырубать берёзовую рощу на въезде в Одинск – а ведь это старинное обрядовое место! Но это было только начало – после, никого не предупреждая, КУМИ Ангарского городского округа стал нарезать участки вокруг села, ставить вешки, раздавать «городским», как здесь называют ангарчан. 

– Земли начинают распахивать под огороды – так мы и узнаём, что они уже кому-то принадлежат. Не учитывают даже существующие участки. Моя соседка рассказывает, что её муж возвращается домой, смотрит, а у него на огороде ходит какой-то мужик. Он его спрашивает: «Ты что здесь делаешь?» А тот отвечает, что эту землю ему продали, – рассказывает библиотекарь Ирина Фёдоровна. 

– Я человек другой национальности, поэтому предпочитаю держаться в стороне от этих конфликтов, – деликатно комментирует ситуацию директор Дома культуры Татьяна Конюхова. – Я русская, но живу здесь с пяти лет, у меня здесь растёт ребёнок, и у нас нет даже мысли отсюда куда-то уехать. Буряты – народ с приоритетом семейных ценностей. Село очень спокойное, я не опасаюсь за себя или своего ребёнка. Здесь нет ни одного наркомана, а люди не запирают двери. Я понимаю, почему жители недовольны. Если сюда приедут городские – как всё изменится? Этот сложившийся уклад будет нарушен.  

– Проблема продажи земель ведь не только в том, что приедут чужие, – уточняет «Иркутский репортёр». Татьяна Анатольевна соглашается:

– Да, нельзя отдавать святые места, нужно учитывать местные особенности. Это единственное бурятское село в районе, и в силах властей сохранить эту уникальную территорию в неприкосновенности. Говорят, что земли продают в соответствии с законом. Но закон не высечен в камне, и его можно и нужно менять так, чтобы было удобно народу.

Одна из главных проблем состоит в том, что большинство земель, окружающих село, в понимании местных жителей – сакральные. На этих землях уже несколько веков живут девять бурятских родов. После хрущёвского укрупнения колхозов родовые аймаки и улусы согнали в один Одинский совхоз. Девять родов проводили свои обряды вокруг села, каждый – на своём месте. Брать эту землю в собственность, оформлять на неё документы – даже сама мысль об этом кажется местным жителям святотатством, это же не огород! Как можно оформить в собственность, скажем, Белую гору, главное место племенных обрядов живущих здесь бурят? 

– У нас просто так дом построить нельзя. Не положено так, на святых местах. Мы все знаем, где шаманы каждого из девяти родов проводили свои обряды, чтим их, не мусорим, – подтверждает бабушка Платонова. – На этих местах до сих пор проводятся тайлаганы. 

После прошедшего в начале 2015 года объединения Одинского сельского поселения с Ангарском власти стали распределять земли на общих основаниях. И наткнулись на резкий отпор жителей Одинска.  

Хроника конфликта администрации муниципалитета с духами предков

Вырубки деревьев
на священных местах начинаются прямо на въезде в Одинск

В начале мая местные жители увидели, что в берёзовой роще ведутся какие-то работы. Сначала все думали, что чистят лес, тем более работали местные парни. 6 мая работница детского сада Галина Медведева подняла тревогу, увидев, что рощу начали вырубать. Быстро выяснилось, что этот участок по адресу: улица Харханова, 23, был выставлен на сайте местного КУМИ на продажу и был приобретён неким жителем Ангарска Владимиром Котомановым. Его, правда, жители Одинска ни в чём не винят – он, не зная национальных особенностей этих мест, просто принялся освобождать землю от деревьев под застройку. 

13 мая собрался общий сельский сход. К этому времени было известно, что Котоманов купил два участка прямо на территории сакральной рощи – священного места, где находятся захоронения, в том числе шаманов, и регулярно проводятся тайлаганы. Для расчистки новый хозяин нанял русского парня, недавно переехавшего в Одинск из Ангарска.  

– Тот парень, которого наняли, Андрей Грылёв, спрашивает: «Что мне теперь делать?» Я говорю: «Я не знаю, я же тебя не нанимала…». И напомнила ему одно бурятское поверье, – рассказывает член инициативной группы Таисия Егорова. – В те времена, когда у нас ещё было запрещено капать, лет пятнадцать назад произошла одна история. У дамбы Китоя есть хорошая лесная поляна. Один местный житель её распахал под картошку. И у него в семье случилось несчастье – в Китое утонула дочь. Он сразу продал этот участок русской семье. Но и в этой семье вскоре утонули отец и сын…

Сам Андрей объяснил «Иркутскому репортёру»: он не знал, что это место является святым для местного населения:

– Меня наняли, документы на участок показали, геодезию, и я приступил к работе. Я живу здесь десять лет, но ни разу не видел, чтобы там что-то проводилось. Когда начались все эти разборки, мне сказали, что эти места трогать нельзя. Ну, нельзя – значит нельзя, я и прекратил работы.   

Люди были очень возмущены тем, что продаётся много участков около села. Как объясняли жителям Одинска в КУМИ, участки в долине Китоя выделялись многодетным семьям. Но почему-то только из Ангарска. Местным, правда, тоже выделили семьдесят участков в районе Южной жилой застройки, но их возмущало, что эти участки находятся частично в лесу, частично – на заболоченной местности, частично на фундаменте разрушенной фермы, частично – под ЛЭП. Где нет дорог и электричества. 

На первом общественном сходе приняли решение собрать второй, расширенный сход с участием представителей местной поселковой администрации, ангарского КУМИ и администрации Ангарского городского округа (АГО). Он состоялся 17 мая. Присутствовали заместитель мэра АГО Михаил Головков, начальник управления по внегородским территориям Алексей Хлюстов, представители архитектурного и правового отделов и другие официальные лица. После долгих криков и эмоций сошлись на том, что жители должны создать инициативную группу, которая должна письменно изложить все требования жителей села и передать их в администрацию АГО. Дальше события развивались стремительно. 23 мая в ангарскую администрацию передали обращение, подписанное 434 жителями Одинска. 

Одновременно было направлено обращение в Законодательное Собрание Иркутской области. В нём жители требовали придать селу статус родового поселения, прекратить продажу и выделение земельных участков тем, кто не живёт в Одинске, прекратить вырубку леса и придать статус неприкосновенности местам родовых тайлаганов.

27 священных мест        

Житель Южной жилой застройки Анара Намсараева: «Участок нам нравится, скорее бы дорогу сделали»

Сейчас ситуация находится в своей переломной точке. Начальник отдела Одинской территории управления по внегородским территориям администрации АГО Евгения Широнова уверена, что если проблема ещё и не решена окончательно, то находится на пути к правовому урегулированию. 

– Земельными участками у нас распоряжается КУМИ администрации АГО. Земли предоставляются в соответствии с областными законами – гражданин пишет заявление и становится на очередь, – рассказывает она. – Многодетным гражданам получить землю легче. 

Как утверждает Евгения Петровна, приоритета у приезжих, «городских», вовсе нет. В администрации Одинского МО был разработан проект Южной жилой застройки, в котором находится более двухсот участков, и семьдесят из них в 2014 году сразу выделили местным жителям. Некоторым действительно могли попасться неудобные участки в лесу или на территории бывшей фермы, но очень многие уже построили там свои дома, некоторые люди выставили участки на продажу. Действительно, на въезде в Одинск были проданы с аукциона на сайте КУМИ и выделены в аренду на двадцать лет три-четыре участка.   

– До этого момента с сакральными землями не было проблем. И случилась эта ситуация. Но я хочу отметить, что мэр Петров приказал разобраться во всём, а конкретно – выявить все святые земли, нанести их на карту генерального плана, чтобы в дальнейшем эта земля была неприкосновенной, – утверждает Евгения Широнова. – Если земля продаётся в других местах в окрестностях Одинска, то этим занимается КУМИ, нас об этом в известность не ставят. Но если земля кем-то разрабатывается, кому-то принадлежит, то её, конечно, отдавать другим людям не будут. 

Часть участков Южной жилой застройки Одинска уже распределили между местными, они строят новые дома

23 мая инициативную группу принял мэр Петров. Он пошёл навстречу пожеланиям жителей Одинска и сказал, что прекратить вырубку леса, вернуть местным жителям их огороды и заменить Владимиру Котоманову выделенные в роще участки на другие вполне реально. В ближайшее время шаман Одинска Александр Халтанов должен собрать старейшин родов и нанести все сакральные места, находящиеся вокруг села, на карту.  Будет рассмотрен вопрос о том, чтобы исключить из плана-карты 27 уже выявленных участков, прилегающих к территории захоронений, и святых мест рода хэгдэ – большого халтановского рода, и включить их в состав существующей рядом рекреационной зоны.  

26 мая в Одинске прошло заседание рабочей группы, на котором председательствовал первый заместитель мэра АГО Михаил Головков. Было принято решение прекратить предоставление земельных участков, расположенных на въезде в село, и исключить этот массив из зоны жилищного строительства. Территорию же добавить к зоне рекреации.  

11 июня у подножья Белой горы на племенной тайлаган соберутся жители четырёх сохранившихся в долине Китоя деревень хутинских бурятов, где представители всех девяти родов будут просить у своих духов благополучия, урожая, здоровых детей. И простить неразумных соседей за невольно причинённый святым местам вред. 

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector