издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Рубить или не рубить?

За последние пять лет площадь земель лесного фонда в Иркутской области сократилась почти на две тысячи гектаров

Беспощадная вырубка лесов и первое место в России по объёмам заготовленной древесины, по мнению прокуратуры Иркутской области, не привели регион к достижению положительного социально-экономического эффекта.

Впервые видел так много заметно волнующихся прокурорских работников. Они по службе привыкли вопросы задавать, а в этот раз, в соответствии с форматом задуманного мероприятия, они собрались в одном зале, чтобы не только ответить на вопросы «широкого экспертного сообщества», как выразился заместитель прокурора Иркутской области Сергей Зенков, принявший на себя обязанности модератора, но, возможно, и подискутировать, обменяться мнениями с приглашёнными участниками форума.  

– Мы впервые проводим такой форум, – говорит Зенков заполнившим актовый зал представителям общественных организаций, регионального правительства, Законодательного Собрания, контрольных и надзорных структур разного уровня, частного лесного бизнеса и журналистам, будто извиняясь за какие-то возможные накладки, неувязки. Заместитель прокурора области старается держаться уверенно, но волнение всё равно чувствуется по излишне подробному, поимённому представлению присутствующих руководителей государственных и общественных структур, по перечислению многих целей мероприятия. 

– Открытый форум прокуратуры области призван стать качественно новым механизмом для укрепления правозащитной функции ведомства, повышения её эффективности, – Сергей Зенков без запинки произносит сложные для восприятия на слух канцеляризмы. Думаю, не потому, что они ему нравятся. Скорее «для солидности», потому что на официальных мероприятиях «так положено». Форум-то первый, и его организаторам очень не хочется, чтобы по неопытности он получился «комом», как первый блин.

– Итоги форума будут использованы в работе органов прокуратуры совместно с общественными институтами, ответственными учреждениями и ведомствами…

Не стану дальше цитировать слова, которые адресованы, как мне показалось, представителям официальной власти и которые позже могут быть использованы для официального отчёта перед Генеральной прокуратурой России. Тем более что общественникам и журналистам заместитель прокурора области объяснил цель мероприятия гораздо проще, короче и понятнее: «Мы хотим наибольшей информационной открытости», – сказал он. И мне показалось, что эту фразу Сергей Дмитриевич произнёс вполне искренне, от души. Уже не для отчёта. Для нас, для участников форума.

Забегая наперёд, замечу, что волновались и переживали прокурорские работники за исход затеянного мероприятия не зря. Как ни крути, но система эта далеко не из самых «прозрачных», а тут вот так сразу – «Открытый форум». Конечно, далеко не всё получилось так, как хотелось и как было объявлено. Не могу сказать, что в стремлении к информационной открытости прокуратура широко распахнула двери перед представителями общественности. Но приоткрыла она их всё-таки заметно шире, чем бывало это до сих пор. Сужу об этом по главному докладу. А вот дискуссий, обмена мнениями, суждениями, оценками, которые по определению подразумевает всякий форум, не получилось вовсе. Не потому, что кто-то этому препятствовал, а потому, что на это не осталось времени. Даже вопросы успели задать не все желающие, и с ответами из-за нехватки времени произошли заминки. Некоторые участники, успевшие спросить в зале, подробные ответы получали уже не в общем публичном пространстве, а где-то «в кулуарах», один на один. Для настоящего форума даже по самому простому вопросу 60 минут – это не просто мало, а катастрофически мало. Один час для обсуждения запутанного клубка проблем лесопользования в нашем лесном регионе – это совсем ничто. 

Александр Кремзуков – основной докладчик по интересующим меня проблемам леса. Он начальник отдела по надзору за исполнением законов в сфере экономики и охраны природы прокуратуры Иркутской области. Проблемы отрасли, как лесного хозяйства, так и частного лесного бизнеса, он (сужу по его выступлениям на многочисленных рабочих лесных совещаниях, которые мне довелось слышать) знает досконально. К сожалению, не потому, что он любит живой лес. И уж тем более не потому, что в лесу всё хорошо и спокойно, а как раз наоборот. Современный лесной комплекс нашей области – это запутанный-перепутанный клубок проблем, в том числе и криминальных. Потому и доклад свой он начал с заявления о том, что «органами прокуратуры области, правоохранительными, надзорными органами на транспорте и в таможенной сфере, органами государственной власти области принимаются меры по декриминализации лесопользования в регионе».    

За один только прошлый год на территории Иркутской области, по словам Александра Кремзукова, выявлено почти три тысячи преступлений, связанных с незаконным оборотом леса и лесоматериалов. Пресечена деятельность 23 организованных преступных групп. 987 человек привлечены к уголовной ответственности. В рамках надзорной деятельности прокурорами пресечено более трёх с половиной тысяч нарушений в сфере лесопользования, для устранения которых прокуратурами области внесено 268 представлений и направлено в суд почти 500 исков, в том числе о взыскании ущерба лесам на сумму более 45 миллионов рублей. 

– По требованиям прокуроров 126 должностных лиц привлечены к дисциплинарной и административной ответственности. По материалам наших проверок возбуждено 36 уголовных дел, – докладывает участникам форума Александр Кремзуков без заметных эмоций. Обилие цифр, звучащих с трибуны, притупило внимание слушателей. Вижу по реакции присутствующих, что многие вопиющие факты уже летят мимо сознания людей. Но у меня душа закипает. «Должностные лица», о которых говорит Кремзуков и которые сами себя любят называть «ответственными работниками», потому и называются «должностными», что по должности обязаны защищать живые леса. За это государство платит им бюджетные деньги. В числе 126 нарушителей и 36 новоиспечённых уголовников есть работники мэрий и поселковых администраций, работники лесного хозяйства и иных государственных контрольно-надзорных структур разного уровня.  

– В результате реализации ранее принятых совместных решений активизирована работа по выявлению должностных, коррупционных преступлений, сформирована положительная судебная практика по привлечению к уголовной ответственности лиц за контрабанду, уклонение от уплаты налоговых и таможенных платежей, – продолжает невесёлый доклад Александр Кремзуков, признав, что, несмотря на все усилия, «в лесопромышленном комплексе региона ПОКА ещё больше проблем, чем успехов». 

Не думаю, что оговорка «пока» имеет под собой реальный смысл и несёт осознанную надежду, что скоро или пусть не очень скоро, но хотя бы когда-то ситуация изменится. Просто в официальных речах, говоря о недостатках, принято обязательно это слово использовать. Чтобы население не потребовало радикальных мер. Это стало едва ли не правилом хорошего тона. Вот только существующая в России система лесопользования и охраны лесов от варварских легальных и нелегальных вырубок не даёт даже малой надежды на положительное решение проблемы чрезмерной эксплуатации лесов, ведущей к их истреблению. Сегодняшняя якобы борьба с нелегальной заготовкой древесины, к примеру, де-факто является не более чем созданием видимости такой борьбы. Отсюда и результат.

– Объём незаконных рубок за последние пять лет увеличился более чем вдвое и достиг в 2015 году 677 тысяч кубических метров, ущерб лесам превысил три с половиной миллиарда (!) рублей, – докладывает слушателям Александр Александрович. – При этом раскрываемость данных преступлений снизилась с 39,1 процента в 2014 году до 33,8 процента в 2015-м. 

И без того безобразно низкий, да к тому же ещё и падающий процент раскрываемости лесных преступлений к хорошим мыслям не приводит. 

Цифры, характеризующие объёмы криминальных вырубок и ущерба, наносимого криминальным лесным бизнесом среде нашего обитания, приведённые Александром Кремзуковым, являются официальными. Но не объективными. В докладе не хватает слова «выявленных». Александр Александрович приводит цифры, учитывающие только выявленные и должным образом учтённые преступления, только доказанные факты. А вот сколько и в каких объёмах таких преступлений было совершено в действительности, он не знает. Этого не знает никто, хотя никто не отрицает и того парадоксального факта, что в нашем регионе ежегодно продаётся и перерабатывается древесины существенно больше, чем заготавливается официально, по отчётам с печатями. И разрыв этот, по мнению разных экспертов, использующих разные методики расчётов, колеблется от двух до десяти миллионов кубометров, но это никак не официально учтённые 677 тысяч кубов.

Ни власть, ни  общество не ставит под сомнение факт, что криминальный лесной бизнес – это очевидное зло, с которым необходимо бороться. Уже поэтому ситуация с нелегальными вырубками, несмотря на огромное количество неизвестных, мне кажется всё-таки более ясной и понятной, чем с непомерными масштабами законного и, более того, поддерживаемого властью изъятия древесины из нашей тайги легальным лесным бизнесом. Проблема в том, что в настоящее время область не располагает достоверными данными о количестве и качестве растущего у нас леса, но региональные власти, тем не менее, поддерживают инициативы частного лесного бизнеса, направленные в том числе и на увеличение объёмов вырубки.  

– Официальные данные о значительной лесистости территории области, о запасах древесины, возрасте лесов и другие сведения, с учётом которых определяется расчётная лесосека, формируются на основании материалов лесоустройства, давность которых в отношении более чем половины территории области превышает 20 лет, – объясняет Кремзуков лесохозяйственную практику. – Площадь лесов, в отношении которых лесоустройство проводилось в течение последних 10 лет (такие данные считаются актуальными. – Г.К.), составляет чуть более 10%. Следовательно, органы лесного хозяйства не располагают сведениями, позволяющими достоверно определять допустимый ежегодный объём изъятия древесины в лесах. При этом объём ежегодной лесозаготовки в области постоянно растёт и в 2015 году составил более 34 миллионов кубометров.

34,3 миллиона кубометров древесины, официально и законно заготовленной на территории Иркутской области в прошлом году, – это абсолютный рекорд. Ни один другой субъект федерации никогда в истории России не заготавливал столько леса на своей территории. Не сомневаюсь, что в среде чиновников найдутся люди, которые такой цифрой гордятся, несмотря на ничтожный экономический эффект для бюджета области, если он, конечно, вообще был достигнут. Несколько лет назад один из предыдущих губернаторов, встречаясь с журналистами «Восточно-Сибирской правды», жаловался как раз на то, что по факту лесной комплекс приносит области только убытки. И тем не менее наращивание объёмов вырубки иркутских лесов на языке чиновников считается экономическим развитием, хотя в действительности является истреблением леса. Теперь уже это подтверждается и официальными цифрами.

– За последние пять лет площадь земель лесного фонда в регионе сократилась почти на две тысячи гектаров, – информирует участников открытого форума представитель прокуратуры Иркутской области. – К настоящему времени только чуть более четверти земель лесного фонда поставлены на кадастровый учёт с определением их границ. Данная ситуация до недавнего времени активно использовалась, особенно в Иркутской районе, для незаконного предоставления земель под видом иных категорий для размещения садоводческих и дачных объединений.

Не стану утверждать, что официальная информация о сокращении площади земель лесного фонда в публичном пространстве прозвучала впервые, но для меня это оказалось новостью. И тот факт, что услышана она в стенах прокуратуры, породило даже некоторую надежду на лучшее, поскольку «людям, принимающим решения», прокурорская точка зрения традиционно кажется более убедительной, чем мнение журналистов и уж тем более всяких там «зелёных» активистов-общественников. Ну, кроме активистов Общероссийского народного фронта, разумеется. 

До сих пор «официальные лица», представляющие региональную исполнительную власть,  парировали мои доводы о непомерных заготовках древесины утверждением, что площадь лесных земель не только не сокращается, но имеет даже некоторую тенденцию к росту. Значит, по их мнению, рубить не только можно, но и нужно больше, больше и ещё больше, чем раньше, «потому что если лес не срубить, то он сгниёт или сгорит». Доводов о необходимости сохранения таёжного биологического разнообразия, для которого нужны не только молодые и приспевающие, но и спелые, и перестойные леса, и даже лежащие на земле деревья, они просто не понимали, потому что не могли представить, как его, это самое биологическое разнообразие, можно монетизировать. В сохранении того, что не поддаётся монетизации, они и вовсе не видели смысла.

– Таким образом, все эти факторы, – подытоживает сказанное Александр Кремзуков, – а именно: рост объёмов лесозаготовок при неактуальном лесоустройстве, рост незаконных рубок, лесные пожары, уменьшение площади лесных земель, и всё это при недостаточных объёмах лесовосстановления, – снижают лесохозяйственный потенциал нашего региона.   Первое место в России по объёмам лесозаготовок, к сожалению, не формирует положительный социально-экономический эффект для региона и государства в целом.  

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector