издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Защита «Горбатого дома»

Как в Иркутске более полувека назад зарождалось движение в защиту памятников истории и культуры

  • Автор: Владимир Ходий

«Ушёл в прошлое старый купеческий Иркутск с его бесчисленными деревянными домиками и луковками церквей. Подминая под себя обомшелые крыши ветхих строений, растёт ввысь и вширь новый, социалистический Иркутск – столица Восточной Сибири, край неслыханных богатств, замечательного настоящего и заманчивого будущего. Мы не жалеем о прошлом. Однако считаем, что уже сейчас надо подумать о сохранении некоторых сооружений, представляющих историческую ценность…»

Обратите внимание, с какой осторожностью, оговорками, издалека («ушёл в прошлое», «растёт ввысь и вширь», «мы не жалеем о прошлом», «однако считаем», «надо подумать») этот текст подводит нас к простой и бесспорной для сегодняшнего просвещённого жителя Иркутска мысли: то, что представляет в нём историческую ценность, надо сохранять. 

И тут нет ничего удивительного. Ведь на дворе стоял 1959 год – время «сибирского ускорения», и посему городу «в горячке буден было не до старины» (в кавычках – слова из написанного через 20 лет и существенно дополненного спустя ещё два десятилетия очерка Валентина Распутина «Иркутск с нами»). А тогда газета «Советская молодёжь» напечатала небольшую заметку художника Леонида Лобановича с его рисунками как раз под заголовком «Беречь памятники старины». Автор объяснял: «На рисунке слева изображён знаменитый «Горбатый дом», без упоминания о котором не обходится, пожалуй, ни один автор книг по истории города. Вот что пишут о нём в своей книге «Иркутск» Ф. Кудрявцев и Е. Силин: «Горбатый дом» построен в конце XVIII века – единственный в Иркутске сохранившийся памятник старинного деревян-ного зодчества (ул. 5-й Армии, № 47)». Но посмотрите, в каком он состоянии! Ещё немного, и упадёт. Не пора ли горсовету решить вопрос о нём? Или добросовестно отремонтировать этот дом на месте… или (если по плану строительства новых домов он намечен к сносу) перенести его поближе к краеведческому музею. Построен он из крепчайших лиственничных брёвен, и перенос этот вполне возможен. Было бы хорошо в этом доме оборудовать филиал музея, сосредоточив там предметы старины – посуду, мебель, одежду и прочее, чем пользовались первые жители нашего города». 

«Подлежит сносу…»

Городской Дворец пионеров, 1980-е годы

Меньше чем через месяц «Молодёжка» получает ответ на это выступление из городского отдела культуры, в котором утверждается, что «Горбатый дом» («Дом Котельниковой») «не относится к числу исторических памятников и государством не охраняется». Поэтому «по решению исполкома горсовета подлежит сносу в 1959 году, а земельный участок будет использован для расширения территории школы № 17». Редакция, ссылаясь на авторитетных учёных, в том числе известного в стране археолога, доктора исторических наук А. Окладникова, тут же вступает в полемику с представителями городской власти и приглашает высказаться по этому поводу со­т­рудников краеведческого музея, членов Общества по распространению политических и научных знаний, областной отдел архитектуры, отделение «Интуриста», краеведов. 

Вскоре за тремя подписями – писателя Г. Кунгурова, директора областного художественного музея А. Фатьянова и историка, доцента государственного университета Ф. Кудрявцева – публикуется статья под названием «Нам дороги памятники старины». Привожу фрагмент из неё: «Горбатый дом» знают не только иркутяне, но и многие трудящиеся нашей Родины, и даже представители зарубежных стран. В своих сочинениях его упоминают почти все историки, изучающие наш город, экскурсоводы непременно показывают гостям этот жилой дом. Типичный по своим архитектурным формам для Сибири с высокой крышей, маленькими окнами, толстыми брёвнами, он является живым свидетелем старого Иркутска». Вслед за ними к обсуждению с однозначным требованием сохранить уникальный памятник подключаются заведующий отделом Восточно-Сибирского филиала АН СССР доктор биологических наук Ф. Реймерс, сотрудник областного краеведческого музея Ю. Ефимов, старший преподаватель сельхозинститута В. Жаров… 

А в завершение дискуссии, если это можно назвать дискуссией, газета печатает справку: оказывается, решением исполкома областного Совета «Горбатый дом» ещё 18 мая 1949 года был внесён в список исторических памятников местного значения и поставлен на государственную охрану. Более того, спустя неделю она под рубрикой «По следам наших выступлений» и заголовком «Горбатый дом» будет сохранён» сообщила: «Заместитель председателя исполкома областного Совета депутатов трудящихся В.М. Лаврененко направила председателю горисполкома Н.С. Патрову и в областное управление культуры разъяснение. В нём, в частности, говорится: решениями облисполкома в 1946 и 1949 годах в список старинных деревянных башен и домов, подлежащих государственной охране, включён «Горбатый дом» и установлена охранная зона в 15 погонных метров от стен здания… Учитывая эти обстоятельства, облисполком просит горсовет срочно рассмотреть вопрос о сохранении и приведении в порядок исторических памятников и целесообразности использования «Горбатого дома» в ближайшие годы для филиала областного краеведческого музея «Иркутск в прошлом».   

«Неожиданное уничтожение»

Директор Иркутского областного художественного музея стоял у истоков зарождения движения в защиту памятников истории и культуры

Казалось, всё ясно: есть решения облисполкома, есть просьба его руководства. И всё-таки на власти города это не подействовало – знаменитый дом исчез с его улиц. 

Когда и как это произошло?

«Среди ночи дом воровски снес­ли», – читаем в очерке Валентина Распутина «Иркутск с нами».  

Некоторые подробности даёт «Летопись Иркутска. 1941–1991 гг.» в разделе «1961 год», составленная историком Ю. Колмаковым и изданная в 2003 году: 

«7 июня. Накануне празднования юбилея города, в ночь с 6 на 7 июня, волюнтаристским решением исполкома горсовета, бульдозерами снесён уникальный памятник деревянного зодчества «Дом Котельниковой», построен в XVIII в., на ул. 5-й Армии, 47 (за школой № 17 им. З. Космодемьянской)». 

Этой же версии придерживается другой историк, С. Медведев, в книге-альбоме «Иркутск и иркутяне. Город и его жители на фотографиях и открытках» (2015 год): «Он был снесён властями втайне от общественности июньской ночью 1961 г.»  

Но вот просматриваешь иркутские газеты, и оказывается, что дома не стало ещё годом раньше.

«Советская молодёжь», 7 июня 1960 года. А.Фатьянов («Сохраним памятники старины»): «Нельзя пройти мимо такого факта, что так называемый «Горбатый дом» по улице 5-й Армии сейчас РАЗВАЛИЛСЯ и его РАСТАСКИВАЮТ на топливо». 

«Восточно-Сибирская правда», 4 сентября. Писатель Марк Сергеев («Гордая память города»): «Теперь уже, может быть, и не стоит искать виновных, искать человека, который, не посчитавшись с мнением общественности, отдал этот нелепый приказ. Но приказ отдан, и «Горбатого дома», который долгие века стоял на улице, ныне носящей имя Пятой Армии, НЕ СТАЛО». 

«Восточно-Сибирская правда», 20 сентября. А. Фатьянов («Соседство памятной старины»): «Присоединяюсь к тем, кто сожалеет о НЕОЖИДАННОМ УНИЧТОЖЕНИИ «Горбатого дома» – памятника русского деревянного зодчества XVIII века. Почти каждый иркутянин знал этот дом и любовался его своеобразной архитектурой».   

Повторяю: об этом писали газеты летом и осенью 1960 года. 

Лекция о бородачах

Ледокол «Ангара», 1970-е годы

Возможно, случайное совпадение, но в тот 1960 год решилась, к счастью положительно, судьба двух других памятников далёкого прошлого Иркутска – Спасской церкви и собора Богоявления, над которыми также висела угроза уничтожения. Выше упоминалась статья «Нам дороги памятники старины» за подписью Кунгурова, Фатьянова и Кудрявцева. А начиналась она словами: «По предложению архитектора (имя и фамилию авторы не назвали. – В.Х.) было решено снести ценный памятник русского зодчества начала XVIII века – здание бывшей Спасской церкви, одну из первых каменных построек Восточной Сибири, воздвигнутую в 1708 году. Лишь только вмешательство отдела памятников и архитектуры Министерства культуры РСФСР спасло от гибели замечательное творение русских зодчих. Теперь на очереди интересный памятник, созданный в 1718 году – бывший Богоявленский собор, находящийся на территории хлебозавода…» 

И вот в апреле 1960 года в Иркутск по заданию Министерства культуры республики прибыла группа научных сотрудников реставрационных мастерских Академии наук СССР во главе с Г. Оранской. Они обследовали здания и составили планы реставрационных работ. На их основании облисполком принял решение о восстановлении этих двух творений отечественных зодчих. 

Спустя десять лет после описываемых событий, находясь в командировке в Москве, я встретился с Галиной Геннадьевной Оранской, и она так вспоминала о своём первом знакомстве с Иркутском:

– Несколько дней ушло только на осмотр памятников истории и культуры. Это было тем труднее, что до того ими никто не занимался. Неизменными «спутниками» в осмотре стали вопросы: «Зачем? Кому это надо?» Я с помощью канатов влезла на собор Богоявления и с высоты сорока метров прочитала лекцию о бородачах, русских умельцах, создавших этот и другие памятники, о долге и ответственности потомков, о моральном и эстетическом капитале, который обретёт город, если восстановит то, что вот-вот легко и безвозвратно будет утеряно… 

– Убедили? – был мой вопрос.

– Знаете, не думала, что выйдет такой эффект. Сошла с собора и сразу почувствовала, что тон разговора переменился. Даже у самой удесятерилось желание работать. Споры «Зачем нужна старина?» оказались быстротечными. Вскоре просьба заняться реставрацией памятников первых десятилетий Иркутска исходила уже от самих сибиряков…  

«Мы не безродные Иваны»

А подталкивала к действиям местные власти общественность Иркутска. Со статьёй «Мы не безродные Иваны» резко в защиту памятников истории и культуры выступила газета «Советская молодёжь», и на её страницах был открыт краеведческий клуб «Славный град Иркуцкой». Его участники вспомнили и про «Горбатый дом», и про отправленную на переплавку кованую решётку у бывшего сада Парижской коммуны на набережной Ангары, и про разрушенный фасад с титанами кинотеатра «Гигант», и про конъю­нктурное переименование улиц (например, Кругобайкальской на Терешковой), и про многое другое в дальнейшем. 

Резонанс от этих публикаций был настолько ощутимый, что не отмолчалась и «Восточно-Сибирская правда». Она опубликовала статью с почти таким же заголовком – «Да, мы не безродные Иваны» – писателя Гавриила Кунгурова. Хотя автор пожурил «молодёжкинский» клуб за «поток обвинений на головы руководителей города», но тут же согла­-сился с тем, что «нужно строго определить объекты старины, которые должны быть сохранены на месте и вписаны в его современный архитектурный ансамбль». 

Последовательно, с большой озабоченностью и даже запальчивостью, доказывал необходимость сохранения и реставрации памятников прошлого также упоминавшийся выше директор художественного музея А. Фатьянов. Он первым на страницах «Восточки» высказал идею создать в области музей под открытым небом, в том числе в связи с предстоящим строительством Усть-Илимской ГЭС и последующим затоплением долин реки Илима и части среднего течения Ангары. Его поддержали сотрудники краеведческого музея во главе с директором В. Олтаржевским, заслуженный артист РСФСР В. Попов, заслуженный деятель искусств художник Б. Лебединский. 

А в августе 1965 года Алексей Дементьевич писал: «Назрела острая необходимость организовать у нас общество по охране памятников культуры, которое сможет все вопросы сохранения культурного наследия взять на себя». Он как в воду глядел или где-то прослышал: по указанию ЦК КПСС Совет Министров РСФСР принял постановление о создании Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИК). Ведь только что в стране широко отметили 20-летие Победы, началась подготовка к 50-летию Октябрьской революции, и поэтому стала очевидной для всех важность повсеместного приведения в порядок памят-

ников боевого, революционного и в целом исторического прошлого, привлечения широкой общественности к их сохранению, изучению и реставрации.

В середине 1966 года в Москве под девизом «Нельзя ценить и любить настоящее, не зная и не любя прошлого!» прошёл учредительный съезд ВООПИК. На нём, в частности, отмечалось, что сплошь и рядом в процессе реконструкции и развития городов нарушается целостность исторически сложившихся ансамблей, сносятся ценные, уникальные здания, поэтому задача общества – «в корне изменить это положение». 

На съезде от делегации нашей области с убедительной, насыщенной фактами речью выступил доктор исторических наук, профессор Иркутского университета С.В. Шостакович. Ему же было поручено сделать доклад на учредительной конференции по созданию областной организации общества. Конференция избрала её руководящие органы. Возглавила организацию заместитель председателя облисполкома А.С. Агеева. 

Эта традиция возглавлять региональное отделение общества лицами не ниже ранга заместителя председателя облисполкома, а затем заместителя главы администрации области с некоторыми исключениями существовала до середины 1990-х годов. И это во многом обеспечивало его успешную деятельность. 

Подарки судьбы

Открытие Дома-музея декабристов, 1970 год

С созданием ВООПИК в Иркут­ске заметно активизировались усилия власти и общественности по возвращению в строй тех объектов старины, разруха которых больше всего бросалась в глаза и не могла быть дальше терпимой – Спасской церкви, собора Богоявления и «примкнувшего» к ним дома декабриста Трубецкого. Тем более средства на их восстановление выделил Центральный совет общества, да ещё откомандировал к нам в качестве главного архитектора проектов реставрации Г.Г. Оранскую. Поистине, для города это был подарок судьбы. Галина Геннадьевна с честью справилась с возложенной на неё миссией – сдала «под ключ» все три объекта, прихватив по пути четвёртый – музей деревянного зодчества, возведённый, можно сказать, в чистом поле на берегу Иркутского водохранилища, на 47-м километре Байкальского тракта (ныне – «Тальцы»).

Другим подарком судьбы для Иркутска без преувеличения можно назвать Николая Францевича Салацкого – в 1962–1980 годах председателя горисполкома, а затем в течение более десятка лет заместителя председателя областного отделения ВООПИК. При нём, по существу, и развернулись работы по воссозданию в Иркутске памятников истории и культуры. Ведь что такое дать новую жизнь старинному зданию? Во-первых, надо переселить на заранее подготовленное место жильцов или целое учреждение. Скажем, когда приступали к реставрации Польского костела с целью открыть в нём органный зал, потребовалось добиться от Госкино СССР проектирования и сооружения нового здания Восточно-Сибирской студии кинохроники. Во-вторых, надо иметь подготовленные кадры рес­тавраторов, а в городе поначалу не было даже небольшого специализированного строительного участка. В-третьих, извечная проблема: где брать средства? Так, на том же Польском костеле работы финансировались за счёт излишков оборотных средств городского бюджета…

Как бы там ни было, но именно в «эпоху Салацкого» после отселения жильцов, ремонта и реставрации в здании бывшего приходского духовного училища на улице Ленина был открыт Дом дружбы с народами зарубежных стран, в особняке купца Бутина в Хасановском переулке – Дом актёра, в особняке купца Бревнова на улице Степана Разина – Дом писателей. Здание бывшей мужской губернской гимназии (опять же на улице Ленина) занял областной художественный музей, в бывшей прогимназии Гайдук близ Ангарского моста в начале улицы 5-й Армии разместилось областное отделение ВООПИК и Центр по сохранению культурного наследия. Капитальный ремонт, реконструкцию и реставрацию претерпели усадьба декабриста Волконского, Преображенская церковь, городской Дворец пионеров и другие ценные объекты прошлого, без которых невозможно представить образ современного Иркутска.  

И ещё один важный для нашего города подарок судьбы в те достопамятные годы – это не десятки, а сотни и даже тысячи активистов Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. Только благодаря им, благодаря коллективным взносам предприятий и организаций и личным пожертвованиям граждан был отрес­таврирован и поставлен на вечную стоянку списанный и брошенный Восточно-Сибирским речным пароходством в одном из заливов Иркутского водохранилища ледокол «Ангара», начато восстановление храма Казанской иконы Божьей матери в Рабочем предместье….   

  И в заключение комментарий председателя регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, научного руководителя лаборатории архитектурного наследия Иркутского научного исследовательского технического университета Алексея Чертилова:

– С высоты сегодняшнего дня очевидна большая, я бы сказал, бесценная заслуга общественности Иркутска в том, что город сумел сохранить своё самобытное историческое лицо. Очевидно и то, что по сути ВООПИК, с момента создания которого прошло ровно 50 лет, во многом выполнял государственные функции по выявлению, изучению, реставрации и пропаганде памятников прошлого. И это было по-настоящему общественно-государственное партнёрство. Так что если и в наше время государственная власть действительно заинтересована в общественной поддержке и общественном контроле дела охраны культурного наследия, то такое партнёрство надо возрождать. 

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector