издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Материнская любовь в извращённой форме

Уголовная история о семейных драмах и сломанных наркотиком судьбах

На заседаниях Ленинского районного суда Иркутска суда 57-летняя пенсионерка Татьяна Мурзаева говорила о том, что не могла спокойно смотреть на страдания своего ребёнка, у которого, если он пропускал время приёма «лекарства», начиналась страшная ломка. К тому же женщина боялась, что сына посадят за кражи сотовых телефонов, которые он совершал ради приобретения дозы. И потому предпочла сама покупать ядовитое зелье своему чаду в прямом смысле на завтрак, обед и ужин. Мама пичкала 36-летнего Максима героином по часам, как, бывало, маленького кормила его кашкой.

Тяжёлый опиат, как известно, – удовольствие не из дешёвых, а потому родительнице, взявшей на себя эту заботу, приходилось, что называется, крутиться. Пенсионерка вела подсобное хозяйство, продавала яйца и козье молоко, подрабатывала уборщицей и сторожем. Но денег на «лекарство» сыночку всё равно не хватало, да и собственное здоровье уже не позволяло заниматься тяжёлым физическим трудом. Пожилая женщина призналась в суде, что страдает сахарным диабетом, артрозом, испытывает боли из-за грыжи позвоночника. Вот она и подумала – если уж всё равно приходится участвовать в сбыте героина, не лучше ли сменить роль покупателя на продавца? И ребёнок будет всегда «сыт» наркотиками, и деньги удастся заработать, особо не напрягаясь. Примерно так выглядела картина, нарисованная в суде Татьяной Михайловной. И не похоже было, чтобы подсудимая сильно старалась себя выгородить. В действиях пенсионерки присутствовала, безусловно, корысть, но этот мотив, похоже, был не единственным. А возможно, и не главным. И остаётся только поражаться, какую извращённую форму может принять материнская любовь.

Но вернёмся к материалам уголовного дела. Татьяна Мурзаева, как видно из приговора, стала брать героин у поставщика под реализацию. Под своё крыло сердобольную мамашу взяла сбытчица Жанна Волошина, занявшая на скамье подсудимых место по соседству с Мурзаевыми. 34-летней женщине, у которой комиссия судебно-психиатрических экспертов выявила «умственную отсталость в лёгкой степени», хватило ума сообразить, что выгоднее нанять розничных продавцов, чем самой засветиться с «дурью», за распространение которой светит немалый срок. Так весной 2015 года появилась, говоря юридическим языком, «группа по предварительному сговору». Пенсионерка Мурзаева и её наркозависимый сын встретились с Волошиной на Нижней Набережной Иркутска, у Московских ворот, и обговорили свои «служебные» обязанности и «жалованье». Хозяйка криминального предприятия брала на себя закупку оптовых партий героина и его фасовку. Она же установила стоимость разовой дозы порошка (наркоманы называют её «чеком») – 250 рублей. Из этих денег 150 рублей должны были после реализации «чека» вернуться в карман Волошиной. При таких условиях Мурзаевы тоже не оставались внакладе – и сыну всегда было чем уколоться, и маме на хозяйство перепадало. Клиентов, как нетрудно догадаться, находил Максим из числа своих «коллег», страдающих, как и он, зависимостью от опиатов. Мать позволяла ему сбывать дозы, но только под личным контролем. Она старалась быть в курсе о месте и времени совершения сыном незаконных сделок. Но полностью отслеживать действия наркомана ей оказалось всё же не под силу. В суде покупатели признавались, что предпочитали отовариваться не у Максима, который мог разбодяжить порошок чем попало, отсыпав себе часть дозы, а у его матери, всегда продававшей качественный товар. Чаще всего Мурзаевы вместе приезжали к месту встречи с покупателем – женщина была за рулём «Субару» и следила за операцией, которую проворачивал её ребёнок.

Бизнес шёл бойко, прибыль радовала. Как минимум два-три раза в неделю Волошина передавала Мурзаевой очередную партию товара и забирала выручку. Чтобы соблюсти конспирацию, пенсионерка в телефонных переговорах называла работодателя Доней и на вопрос: «Как жизнь?» – отвечала «Хорошо» или «Потихонечку». Но «потихонечку» случалось очень редко – покупателей хватало. Лафа кончилась 21 октября 2015 года. Максим выглянул в окно и увидел подъезжавшую к дому машину. Его мать, почувствовав опасность, заскочила в туалет и попыталась смыть драгоценный порошок в унитаз – за этим занятием её и застукали оперативники наркоконтроля. Часть «чеков» с героином была изъята в доме и при личном досмотре хозяев. Мурзаевы сразу признали свою вину и рассказали всё, что знали об организации преступного бизнеса.

Конечно, участи матери наркомана можно только посочувствовать. Когда сын сидит на игле – это горе, пережить которое трудно. Родители в таких ситуациях ведут себя по-разному. Чаще устраивают скандалы и истерики, пытаются контролировать и запрещать, уничтожают наркотики, приковывают больного к батарее, уговаривают пройти лечение. Но при этом, как правило, вытаскивают из всех неприятностей, куда наркомана загоняет зависимость. Гораздо реже близкие ведут себя так, как советуют психотерапевты, – дают ребёнку почувствовать всю ответственность за собственное поведение, тем самым формируя у него мощную мотивацию для реабилитации. В реабилитационных центрах, которых сегодня, кстати, в регионе полно, можно услышать множество исповедей молодых людей, сумевших одуматься и начать путь к выздоровлению. И все они благодарят родителей за то, что те нашли в себе силы оставить любимое чадо один на один с пагубным пристрастием, даже выгоняли из дома, подталкивая к решению слезть с иглы.

Встречаются, конечно, мамы и бабушки, которые дают больным детям заработанные деньги или пенсию, зная, что средства будут потрачены на дозу. И этих женщин можно понять – противостоять наркоману, которому грозит ломка, наверное, непросто. Однако суду пришлось иметь дело с матерью, которая, прикрываясь родительской любовью, оказалась способной сознательно пойти на сбыт смертельной отравы чужим детям – уголовное деяние из разряда особо тяжких, как и умышленное убийство, но приносящее огромную прибыль. Только к чему теперь эти деньги? На предварительном следствии и в суде Мурзаева, искренне раскаявшись, изобличала всех причастных к незаконному обороту наркотиков, не пощадив и себя. Ранее не судимая больная пенсионерка приговорена в результате к шести годам колонии общего режима и штрафу в размере 200 тысяч рублей. Это наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией части 3 статьи 228.1 УК РФ. Примечательно, что и сына своего любимого уберечь от тюрьмы матери не удалось. Если за кражи сотовых телефонов, которыми парень промышлял, чтобы найти деньги на дозу, ему грозил, скорее всего, условный срок, то за сбыт наркотиков вместе с мамой в группе по предварительному сговору Максим Мурзаев получил восемь лет колонии строгого режима и штраф в сотню тысяч рублей. èèè

Жизнь в семейном аду

В этом уголовном деле вообще переплелось множество сюжетных линий, связанных с судьбами матерей и детей. Взять ту же Жанну Волошину. Когда цыганку Доню арестовали за сбыт наркотиков, её ребятишкам было 5 и 6 лет. Известно, что ей уже приходилось получать отсрочку за наркопреступления до достижения малышами 14 лет. Среди этой категории преступников прикрываться малолетними детьми от тюрьмы – дело самое обычное. Только на этот раз номер не прошёл. Не помогли избежать реального наказания ни положительная характеристика от руководителя частного детского сада, в котором наркоторговка работала одно время помощником воспитателя, ни справка от индивидуального предпринимателя, выразившего готовность принять Волошину на должность горничной, ни отзывы соседей о подсудимой как о «добром, отзывчивом и порядочном человеке, заботливой и любящей матери». Мальчики были переданы на попечение бабушки – матери Жанны, изъявившей, несмотря на инвалидность, готовность взять внуков под опеку. К тому времени, когда уголовное дело поступило в суд, ребятишки проживали с отцом и бабушкой. Они находились в «благоприятных условиях» и имели «всё необходимое для нормального роста и развития», как следует из справки сотрудников подразделения полиции по делам несовершеннолетних. Вполне возможно, сейчас братья называют мамой уже другую женщину – место взятой под стражу сожительницы тут же заняла в доме очередная подруга хозяина. Родная же мать детишек попала в колонию на долгие 15 лет за незаконный сбыт наркотических средств, и взрослеть им придётся без неё.

Если организатором наркобизнеса Жанной Волошиной двигал исключительно корыстный интерес, а пенсионерка Мурзаева ступила на криминальную дорожку, по её словам, из жалости к подсевшему на иглу сыну, то их подельницу Надежду М. вынудила заняться сбытом запрещённого зелья тяжёлая зависимость от него. Женщине уже за 40, и половину своей жизни она потребляет героин. За эти годы Надежда превратила в кромешный ад не только собственное существование, но и жизнь троих детей. В отношении старшего ребёнка её давно лишили родительских прав, двое других находятся сейчас под опекой родственников. Наркозависимая влачила жалкое существование, проживая вместе с ещё одним фигурантом уголовного дела – Дмитрием Таюрским. Её сожитель, 56-летний наркоман со стажем, подрабатывал таксистом, но этих денег на ежедневную дозу не хватало. Так Таюрский оказался в розничных торговцах всё у той же Дони. В прошлом он неоднократно привлекался к уголовной ответственности и снова оказаться за решёткой не хотел, а потому для сбыта героина использовал безропотную Надю. Свидетели-покупатели в суде говорили, что заказы у них принимал по телефону Дима, а товар выносила его подруга. За то, что таскала из огня каштаны, женщина ежедневно получала из рук пригревшего её «благодетеля» дозу зелья, обходиться без которого не могла.

Надежда М., в отличие от подельников, находилась во время следствия и суда под подпиской о невыезде – ей было предъявлено обвинение только в одном эпизоде распространения наркотиков. Эта несчастная сумела по-настоящему поразить участников процесса и вызвать сочувствие к себе. Упав, как говорится, ниже плинтуса, женщина нашла силы подняться и начать новую жизнь. Без наркотиков. Ей помог реабилитационный центр, который носит, и вполне заслуженно, именно такое название – «Новая жизнь». Подсудимая сильно изменилась даже внешне, превратившись из бомжихи в симпатичную и приятную даму. Она наладила отношения с детьми, устроилась на работу. Сотрудники некоммерческой благотворительной организации «Новая жизнь» оказывали наркозависимой всяческую поддержку – присутствовали на заседаниях суда, предоставили гарантийное обязательство официально трудоустроить женщину, дали ей хорошие характеристики. Однако избежать реального срока за колючей проволокой Надежде М. не позволила санкция статьи. Приняв во внимание перемены в её жизни, искреннее раскаяние, серьёзные заболевания, суд назначил ей минимальное наказание за инкриминируемое преступление – восемь лет колонии общего режима без штрафа. Для Надежды М. не всё ещё в жизни потеряно – из зоны она вернётся домой, к детям, поскольку Свердловский районный суд Иркутска принял решение не лишать родительских прав мать, сумевшую справиться с тяжёлой наркозависимостью. А вот её бывшему сожителю Таюрскому предстоит провести в исправительном учреждении гораздо больший срок – 14 лет, да ещё и на строгом режиме и с выплатой штрафа в размере 200 тысяч рублей. Ему так и не удалось переложить на плечи женщины ответственность за совершённые им самим уголовные преступления. Судьбу ведь не перехитришь.

Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector