издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Академик пошёл в университет

Пожалуй, одним из главных событий минувшей недели в Иркутске стало кадровое назначение в одном из старейших вузов Сибири – в Иркутском госуниверситете. Врио ректора университета стал академик РАН Игорь Бычков. Помимо новых обязанностей, которые у Бычкова теперь появились по линии Минобразования, за ним сохраняются и старые – по линии Академии наук. Кто-то отзывается о событии с критикой, кто-то занял выжидательную позицию. Действительно, что может получиться от такого «слияния» двух школ – фундаментальной и вузовской, пока можно только предполагать. Наша газета между тем решила выяснить, как настроен на новый рабочий лад сам академик.

– Кадровые решения такого масштаба не принимаются без различных консультаций и переговоров. Варианты, когда человек проснулся и внезапно узнал, что стал главой одного из вузов, исключены. Как в вашем случае шли переговоры о возможном назначении на должность врио ректора ИГУ?

– Действительно, заранее проводились консультации, мне задавались вопросы, была озвучена формулировка в духе: «Надо быть готовым, что что-то такое случится…» Готов я был. Но окончательное решение в Минобре РФ было принято буквально за два дня, так что в какой-то мере стало неожиданным. На самом деле 6 декабря я планировал вылететь в командировку в Новосибирск, но в итоге мне пришлось сдавать билеты, когда я узнал, что сюда приезжают представители федерального ведомства, чтобы представить меня коллективу ИГУ.

Приказ о назначении в таком случае подписывается министром образования и науки РФ, именно он является моим работодателем. Пока лично с министром я не общался: встреча такая была назначена, но в силу разных причин она не состоялась. Надеюсь, что если не до конца этого года, то в начале следующего встреча состоится. Потому что у нас есть серьёзные темы для разговора – развитие Иркутского госуниверситета, 100-летие вуза и так далее.

– Посыл «надо быть готовым…» шёл от региональных или от федеральных властей?

– Об этом говорили и на федеральном, и на региональном уровне. Понятно, что такие вопросы не могут быть не согласованы с местной властью. Но хочу заметить: изначально и те и другие всё же предполагали, что ректор госуниверситета будет выбран, а не назначен. Ну а дальше что произошло, то произошло: когда есть два кандидата, всегда возможны три исхода.

– Вы приняли предложение о работе в вузе. Напрашивается логичный вопрос: как же ваша дальнейшая деятельность в ИНЦ и Институте динамики систем и теории управления, где вы также занимаете управленческие посты?

– Как раз в конце прошлой недели у меня всё-таки состоялась двухдневная командировка в Новосибирск. Дело в том, что туда приезжал руководитель Федерального агентства научных организаций Михаил Михайлович Котюков – мой первый работодатель, с которым мы согласовали встречу по обсуждению ситуации. Он подтвердил, что считает важным и в дальнейшем сохранять за мной исполнение обязанностей в ИНЦ (научного руководителя. – Прим. авт.). Возможно, будет и сохранение директорства в Институте. Дальше ещё предстоит обсудить этот вопрос (совмещения должностей. – Прим. авт.) с Минобром РФ. Но, по сути, необходимость того, о чём мы всегда говорили, – укрепления связи между университетами и фундаментальной наукой, научными институтами, вполне понимают в обоих федеральных ведомствах.

Конечно, у обывателя может возникнуть замечание: и швец, и жнец, и на дуде игрец. Но это не так. Вся работа подвязана под один функционал. В общем-то, в Иркутском научном центре и в Институте вполне настроенная, работоспособная команда.

– То есть пока вы планируете переключиться на новую работу в Иркутском госуниверситете?

– Да, сегодня основное время будет посвящено университету – если не 99%, то 98% точно.

– Но помимо исполнения обязанностей в ИНЦ и Институте есть ещё и много научных проектов, которые вы либо курируете лично, либо активно в них участвуете. Как будете расставлять приоритеты здесь? Чем пожертвуете?

– Первое, что я ответил главе ФАНО, когда встал вопрос о ректорстве, – что я далеко не безработный и что передо мной сейчас стоит много задач. Конечно, я попытаюсь максимально передать часть работы, в отношении которой это возможно, своим ученикам либо партнёрам и товарищам. И потом уже с ними будем решать вопросы по дальнейшему развитию проектов. Часть же проектов я постараюсь довести – это то, что касается оценки воздействия монгольских ГЭС на притоки Селенги, моделирования «поведения» водохранилищ Ангаро-Енисейского каскада ГЭС при разных гидрологических условиях.

Один из амбициозных проектов, который, я думаю, мы сделаем с Лимнологическим институтом, моим Институтом и Иркутским госуниверситетом, касается новой системы мониторинга на Байкале. Я хочу создать целую систему мелких станций по всему Байкалу, на которых начнут использоваться новые технологии мониторинга экосистемы озера. При этом мы также задействуем современную систему сбора и обработки больших данных. Это направление Института динамики систем и теории управления, оно в какой-то мере станет продолжением совместного проекта с нашими дальневосточными коллегами по управлению формациями автономных необитаемых подводных аппаратов.

Есть ещё ряд проектов с немецкими учёными – по обработке данных. Кроме того, сегодня я возглавляю комиссию по проекту «Цифровая экономика», работу эту также хочу продолжить. В общем, с точки зрения науки есть чем заняться. Но подчеркну ещё раз: у меня по каждому направлению сформирована работоспособная команда, наука – это не творческая деятельность художника, литератора, в которой чаще всего занят один человек. Сегодняшний уровень развития науки – это коллективный разум, позволяющий решать разные задачи.

А пожертвовать, как обычно, придётся личным временем. Можно сократить количество часов на сон. Придётся переходить на новый режим командировок, который когда-то у меня уже существовал: утром прилетаешь в Москву с рабочим визитом, а вечером возвращаешься обратно в Иркутск.

– А где вы планируете «осесть» физически: основное рабочее место будет по-прежнему в Академгородке или всё-таки в госуниверситете? Начали уже обживать кабинет ректора в ИГУ, развешиваете новые портреты на стенах?

– Портреты не развешиваю, но в кабинет заехал, на двери теперь табличка с моей фамилией. Вот и сейчас разговариваю с вами, стоя на крыльце госуниверситета: начинается рабочий день, погода отличная, утро морозное.

– Кстати, вы уже приняли первые кадровые решения. Прокомментируйте их, пожалуйста.

– Пока корабль находится под руководством, по сути, той же самой команды.

 

Всем проректорам продлены на три месяца трудовые договоры. Единственное новшество, которое я ввёл пока, – должность первого проректора, которую занял Александр Фёдорович Шмидт (один из кандидатов, участвовавших в выборах ректора ИГУ. – Прим. авт.). Это для того, чтобы сохранить преемственность. Ну и, естественно, так как он ушёл с должности проректора по научной работе и международной деятельности, на это место на три месяца назначен и.о. – Константин Григоричев.

Знаете, когда я только заступил, сразу сделал предложение и Александру Валерьевичу Аргучинцеву (бывший ректор ИГУ), и Александру Фёдоровичу Шмидту занять должности первых проректоров. Но Александр Валерьевич решил взять паузу.

– Экс-ректор Аргучинцев уже заявил, что уходит из университета…

– Да, он написал заявление. Но на 1/10 ставки он всё-таки остаётся преподавателем на матфаке. Тут уже надо понимать: человек действительно, может, устал, было определённое напряжение. Как сказал сам Александр Валерьевич, у него накопилось более 200 дней отпуска. Я думаю, он отдохнёт и с февраля начнёт там работать.

– А что означают три месяца – срок, на который вы продлили договор остальным членам управленческой команды ИГУ?

– Три месяца – время некоторой адаптации во взаимоотношениях между руководителем и его подчинёнными. Думаю, этого будет достаточно, чтобы понять ситуацию. Я в целом противник полного разрушения, но если в процессе совместной работы в ИГУ потребуется что-то менять – будем менять. Кто-то из подчинённых может со мной не сработаться, я могу с ними не сработаться и так далее.

– В целом насколько вы знаете эту вузовскую среду, в которой предстоит работать? Есть какие-то личные, дружеские отношения с сотрудниками?

– Знаю многих преподавателей из госуниверситета, профессоров, заведующих кафедрами, деканов, руководителей институтов. Конечно, знаком не со всеми. Но дорогу осилит идущий. Сегодня вот у меня будет встреча с руководителями факультетов и институтов. Причём с ними хочу пообщаться с глазу на глаз, без проректоров.

Думаю, с командой, которая сегодня уже сформирована (хотя не исключаю, что кто-то ещё может прийти в неё извне или кто-то вырастет в самом университете), есть возможность для дальнейшего развития университета. Идеи по развитию уже есть, но пока я не хотел бы о них говорить. Заниматься самоутверждением или самопроявлением мне нет необходимости, поэтому буду исходить из правила: главное – не навредить.

– В общественной среде Иркутска нередко говорят, что вы – больше политик, чем учёный. Замечание это звучит от разных людей и с разным оттенком. Что вы сами по этому поводу думаете?

– Чтобы стать членом Академии, необходимо пройти через 12 тайных голосований, и, знаете, политиков в Академии не сильно-то любят. Думаю, что я провёл определённую работу, и именно она позволила людям признать меня академиком. Критика ещё была бы как-то уместна, если бы я проработал 50 лет в должности руководителя, и мне дали это звание для того, чтобы на могильной плите рядом с моим именем можно было выбить слово «академик».

Так что относительно всяких глупостей, которые говорят или пишут обо мне, начиная с определённых линий моего поведения или, например, по поводу индекса Хирша, который приписывается мне, я бы вспомнил две присказки. Короткая интерпретация одной из них звучит так: собаки лают, а караван идёт; а вторая (мне она больше нравится) – если ты будешь каждый раз останавливаться и бросать камни в собак, которые лают, то караван никогда не дойдёт до цели. Надо просто заниматься своим делом. Ну вот, например, я руковожу грантом РНФ (Российского научного фонда) и являюсь исполнителем второго гранта, куда меня пригласили учёные нашего госуниверситета и московского, а также коллеги из Германии. Понимаете, сюда не для политики приглашают, это значит, что что-то я могу делать лучше других.

Хотя, конечно, за подобные критические замечания в мой адрес иногда по-человечески становится обидно. Но объяснять непрофессионалам, выступать в интернет-блоге с комментариями я не вижу смысла. Думаю, интернет-площадки предназначены в современном мире не для того, чтобы что-то выяснить или разъяснить, а для собственного продвижения. Не вопрос: если критикам со стороны кажется, что всё так легко, то пусть тоже становятся академиками, политиками, докторами наук. Я не против. Но почему-то у нас членов Академии сегодня можно пересчитать по пальцам, и их не становится больше.

– Наверное, при таких замечаниях имеется в виду выстраивание внешних отношений Иркутского научного центра. Например, с власть имущими – с городом, областью …

– Ну это же немного другое. Не знаю, осведломлены ли мои критики о таком факте: когда Михаил Александрович Лаврентьев (советский математик и механик. – Прим. авт.) строил Сибирское отделение АН, он смог убедить Хрущёва посадить самолет, который летел во Владивосток. Представляете: учёный убеждает первое лицо государства посадить самолёт в Новосибирске! Затем приводит Хрущёва в лес, где начинает строиться Академгородок, и убеждает, что сюда надо направлять, условно говоря, не по миллиону рублей, а добавить на стройку 250 миллионов. Что это – политика или глубокое убеждение в необходимости развивать свою идею? Если обо мне говорят «политик» в этом плане, то я рад, что у моих критиков есть такие познания и они дают моей работе такую оценку.

Справка

Игорь Бычков родился в Чите в 1961 году. Академик РАН по отделению нанотехнологий и информационных технологий, директор Института динамики систем и теории управления имени Матросова СО РАН, научный руководитель Иркутского научного центра СО РАН.

В 1983 году окончил математический факультет Иркутского госуниверситета.

С 1981 года работал в Иркутском вычислительном центре СО АН СССР (с 1997 года – Институт динамики систем и теории управления). В 1991 году защитил кандидатскую диссертацию, в 2003 году – докторскую. В 2008 году избран членом-корреспондентом РАН по Отделению нанотехнологий и информационных технологий РАН (специальность «Информатика»), с декабря 2011 года –академик РАН.

В контексте

Полномочия прежнего ректора ИГУ Александра Аргучинцева истекли 5 декабря. Выборы нового ректора были назначены на 30 октября. За место боролись два кандидата – сам Аргучинцев, а также проректор по научной работе ИГУ Александр Шмидт. Бюллетени для голосования получили 113 человек. Но в итоге ни один из кандидатов не набрал необходимые для победы 50% плюс 1 голос

от числа всех получивших бюллетени. Так, за Александра Аргучинцева проголосовали 55 делегатов, за второго кандидата – 54.

Таким образом, Минобр РФ воспользовалось своим правом назначить временно исполняющего обязанности ректора Иркутского госуниверситета.

Им стал академик, научный руководитель ИНЦ СО РАН Игорь Бычков. Приказ подписан Минобрнауки РФ, а официальное письмо о назначении оглашено в ИГУ 6 декабря. Руководить вузом в статусе врио Игорь Бычков будет до назначения Министерством образования и науки повторных выборов ректора. Это может случиться либо через полгода, либо через год.

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер