издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Воевали лихо

В истории Иркутска есть несколько воинских частей, которые связаны с городом либо названием, либо судьбой. Так получилось, что в Русской императорской армии было два полка, которые носили название «Иркутский». Это 16-й Иркутский гусарский Великого князя Николая Николаевича полк и 93-й Иркутский пехотный полк. Директор Центра историко-культурного наследия ИГУ Александр Ануфриев, участник лектория к столетию «ВСП», рассказал об участии Иркутского драгунского полка в Отечественной войне 1812 года.

Несмотря на названия, ни гусарский, ни пехотный полки в Иркутске никогда не базировались. Правда, если Иркутский драгунский частично формировался из жителей Сибири, в том числе иркутян, то в 93-м иркутян не было вовсе. С другой стороны, мы можем гордо сказать, что нам тогда нечего и стыдиться. Потому что 93-й Иркутский полк «прославился» расстрелом манифестантов, шедших к Зимнему дворцу в знаменитое «Кровавое воскресенье».

Годен к службе

Начну с рассказа о том, как комплектовались полки Российской императорской армии, как и где служили. Из учебников мы знаем о 25-летнем сроке службы. Когда человек отправлялся на службу, в родной деревне его провожали как покойника, сразу оплакивая.

Система призыва была очень сложной. Призывали только податные сословия и чаще всего по решению мира. То есть общество само решало, кого отправить в армию. К военнослужащим предъявлялся ряд требований. Кого брали? По положению, которое действовало с 1812 по 1814 год, требовалось, чтобы рекрут был не моложе 18 и не старше 37 лет. Бывали и исключения. Попадались рекруты, которым было по 50 лет. Две трети не были женаты. Женатые имели от одного до четырёх детей.

Годность рекрута устанавливали, проверяя, нет ли у него застарелых болезней, увечий, не страдает ли он глазной болезнью, не редковолос ли, нет ли шелудей (корост). Негодными к службе признавались те, у кого не было трёх передних зубов кряду, имеющие повреждения членов, глухие, слабого в корпусе сложения, слабоумные, а также наказанные палаческими руками. Очень интересно, почему не брали человека, не имеющего трёх передних зубов. Дело в том, что тогда унитарного патрона не существовало и надо было скусывать гильзу. Соответственно, нет трёх зубов – нет возможности это сделать. Были ограничения и по росту. Норма составляла около 155 сантиметров. Иногда норма снижалась. Если рост рекрута был меньше, его чаще всего отправляли на флот.

Отдельно формировались те части, где требовались более высокие рекруты (в тяжёлую кавалерию – кирасиры и драгуны). Я говорил, что Иркутский полк не так часто оказывался в Иркутске, но тем не менее такие случаи были. Так, в 1805 году команда из лучших, отборных драгунов была отправлена в качестве конвоя для сопровождения посольства графа Головкина. Сохранилось описание встречи иркутских драгунов и воинов Императорской гвардии Богдыхана: «Было весьма потешно наблюдать за китайским солдатом. Подобно азиатским купидонам с луком и колчаном за спиной, со стеклянными шариками и павлиньим пером на шапке, эти герои окружали наших драгунов с явным изображённым на лице страхом». Действительно, все наши солдаты были великанами с огромными усами, их лошади были более похожи на слонов, а на голове они носили каски неимоверной величины. Для китайца вид русского драгуна – это вид сказочного богатыря, который случайно оказался на китайской земле. Средний рост драгуна составлял примерно 170 сантиметров. Он был минимум на 15, а то и на 20 сантиметров выше обыкновенного рекрута.

Почему полк получил название «Иркутский»? В императорской армии сложилась система, при которой полки получали географические названия. Большая часть полков сформировалась в 18 веке и была так или иначе связана с конкретной местностью. Они не обязательно формировались именно там, но традиционно считалось, что полк должен носить название той местности, где проживала хотя бы часть военнослужащих. Иркутский, Сибирский, Тобольский, Селенгинский, Охотский, Якутский полки – все эти части были сформированы из сибирских рекрутов. Причём сибирские рекруты не отправлялись на территорию Центральной России, это было просто нецелесообразно. Соответственно, сибиряки служили в Сибири. Насколько это было тяжело? В начале 19 века иркутский гражданский губернатор Трескин в своём обозрении губернии приводил такие цифры: на стыке веков губерния потеряла примерно 13 тысяч рекрутов. Он просил, чтобы территорию Иркутской губернии освободили от рекрутской повинности, мотивируя это тем, что вымывается самый лучший мужской контингент.

«…и неизвестно где находится»

Иркутский драгунский полк был сформирован в 1786 году путём разделения единого Сибирского драгунского полка. Из него было выделено пять эскадронов, которые получили название «Иркутский драгунский полк» (в дополнение было отправлено более 120 рекрутов из Тобольской и Иркутской губерний). Формирование полка происходило очень непросто. Почему? В армии существует такой купеческий подход – «я ничего хорошего не отдам». Командир Сибирского полка оставил старослужащих себе, а тот контингент, который его не устраивал, попытался сплавить в Иркутский драгунский полк. Обнаружилась проблема: если рекруты есть, если военнослужащие срочной службы есть, то офицеров нет.

Дело в том, что офицеры службу на алтайской линии воспринимали как своего рода ссылку. Служить на территории европейской части России намного выгоднее и интереснее. Поэтому получилось, что командир полка полковник Байков просто исчез. Его искали несколько лет. Никто не знал, где он находится, закончилось всё тем, что его просто отчислили со службы с формулировкой «за долговременное неприбытие к полку и неизвестно где находится».

Контингент, оказавшийся в полку, был очень пёстрым. С одной стороны, это люди, которых просто сплавили из европейской части России, с другой – те, кто сумел выслужиться из рядового состава. Если мы посмотрим послужные списки офицеров полка на начало 19 века, где-то у половины написано, что они либо из солдатских детей, либо выслужившиеся из солдат. Это наиболее подготовленные военнослужащие, которые за какие-то заслуги получали офицерские чины, потому что других просто не было. Причём получение первого чина прапорщика не требовало какого-то серьёзного образования. После 1812 года существовало правило. Если военнослужащий беспорочно служил 25 лет, из них в унтер-офицерском звании – 15 лет, он мог быть представлен начальством к офицерской должности. Один из наших героев – уроженец Иркутской губернии Таюрский – при увольнении получил звание прапорщика. Он числился прапорщиком в отставке.

Какие офицеры попадали в полк из Центральной России? В конце 19 века один из офицеров был отправлен из Санкт-Петербурга со следующей запиской императора Павла Первого шефу Иркутского драгунского полка генерал-майору Антону Антоновичу Скалону: «Офицера сего нашёл я в тронной зале у себя в шляпе». Мы можем смеяться над Павлом Первым, но дисциплина для него была вещью абсолютно конкретной. Ежели офицер оказывался в тронной зале и не снимал головной убор, то, естественно, Сибирь для него была самым мягким наказанием.

Так или иначе, полк был сформирован. Посмотрим, как он размещался. Территория ответственности Иркутского драгунского полка – от Усть-Каменогорска до Селенгинска. Драгуны несли в основном пограничную службу. Естественно, командир полка иногда не видел своих подчинённых годами.

Следующий командир, который был назначен в Иркутский полк, – подполковник, а затем и полковник Николай Аршневский, который прославился не только достаточно успешным командованием полка. Он впервые привёз в Сибирь пчёл из своего имения. Он стал разводить их на Алтае. После чего с Алтая пчёлы были распространены сначала на территории Западной, а затем и Восточной Сибири.

Свои Скалоны

После него командиром, а затем шефом полка становится генерал-майор Антон Антонович Скалон. История династии Скалонов и их связь с Россией – настоящая «Санта-Барбара». Начнём с того, что его предки получили дворянское достоинство в 1096 году. Во время крестового похода один из рядовых французских ратников первым ворвался в крепость Аскалон на территории современной Палестины, за что Годфрид Бульонский пожаловал ему золотые шпоры и дворянское достоинство, а также разрешил именоваться Де Скалоном. С начала 11 века Скалоны благополучно несли воинскую службу. Предки Антона Антоновича вышли из католической веры и стали протестантами, участвовали в знаменитых гугенотских войнах, после чего отбыли в Швейцарию, где и были завербованы Великим посольством Петра Первого. В Россию прибыли два брата – Антон и Степан. Две ветви – Антоновичи и Степановичи – благополучно существуют до сих пор.

В основном они выбирали только воинскую службу. По Антоновичам я насчитал четырнадцать генералов за три поколения. Антон Антонович, который погиб в звании генерал-майора, его папа – генерал-поручик, три сына Антона Антоновича и три его внука стали генералами. Один из его потомков в 1917 году оказался в Иркутске и возглавил Иркутское кадетское училище как раз во время знаменитых декабрьских боёв 1917 года. Генерал-майор Павел Скалон сказал, что детей на улицы не поведёт, и запретил им участвовать в боевых действиях. Несколько кадетов ослушались и, как вы знаете, воевали. В 1920 году Скалон был арестован. Закончил свою жизнь в 1937 году после второго ареста.

Один из потомков Степановичей тоже имеет отношение к Иркутску. Это создатель факультета охотоведения в Иркутском сельхозинституте. Соответственно, Скалонов иркутяне считают своими.

Фаворит Павла Первого

Антон Антонович Скалон был достаточно успешным командиром. После восшествия на престол Павла Первого во все подразделения императорской русской армии были отправлены специальные проверяющие, которые должны были оценить состояние частей. Из всего Сибирского корпуса положительную отметку получил единственный полк – Иркутский драгунский. После чего Антон Антонович был вызван в Санкт-Петербург и удостоился личной аудиенции Павла. Павел был человеком настроения. Антон Антонович ему очень понравился. Показателем этого стало звание генерал-майора.

Рассказывают любопытную байку. Узнав о заговоре против себя, Павел подготовил указ об аресте и заключении в крепость старшего сына, а следующего по старшинству сына предполагалось передать на воспитание в Иркутский драгунский полк Антону Антоновичу Скалону. Эта байка ходит достаточно долго, но само распоряжение мы нигде не смогли найти.

Так или иначе, Антон Антонович полк содержал в идеальном порядке. Считался фаворитом Павла Первого. И после смерти императора сразу подал в отставку, потому что отцеубийце он служить не хотел. Вернулся Скалон на службу только в 1806 году, когда появилась необходимость подготовить воинские части для переброски на западный театр военных действий. Первые две неудачные антифранцузские кампании привели к тому, что русская армия понесла очень серьёзные потери. Единственными полками, которыми можно было подкрепить русскую армию, были полки, сформированные на территории Сибири. Было принято решение перебросить их в европейскую часть страны.

В 1808 году сибирский генерал-губернатор Пестель получил отношение военного министра Аракчеева, в котором содержалось повеление императора Александра Первого о выводе из Сибири пяти регулярных полков, в числе которых был и Иркутский драгунский. Одному из эскадронов Иркутского драгунского полка, чтобы дойти только до площадки, где собирались все эскадроны, необходимо было пройти 2251 версту. В целом эти полки прошли около 6 тысяч вёрст (это в условиях, когда нормальной дорожной сети не существовало). Антон Антонович Скалон смог совершить, наверное, невозможное. Полки дошли достаточно быстро, не потеряв отставшими и умершими ни одного человека.

По своей сути это был подвиг. За организацию перехода генерал-майор Антон Антонович Скалон был награждён орденом Святого Владимира третьей степени. Полки оказались на территории современной Беларуси и вошли в состав прежде всего Первой армии. Они принимали участие в боевых действиях с первого выстрела. Больше всего досталось драгунам. Это бригада, которой командовал Антон Антонович Скалон в составе Иркутского, Сибирского и Оренбургского драгунских полков.

Считается, что в Отечественной войне 1812 года приняли участие 27 тысяч сибиряков, из них около тысячи иркутян. Данные эти занижены. По всей видимости, мы можем говорить о 2-3 тысячах иркутян. Установить более точную цифру невозможно. На нижних чинов не велись формулярные списки, и выяснить, откуда человек призывался, предельно сложно. Открываешь дело Селенгинского полка, чётко зная, что в нём служили иркутяне, а раздел «место призыва унтер-офицеров» не заполнен. По крупицам мы нашли информацию примерно о сотне иркутян. Когда мы начинали наш проект в 2012 году, у нас была 21 фамилия. Причём многие служили в полках, которые были абсолютно не сибирскими. Например, Минский пехотный полк, который был частично сформирован путём выделения рот из сибирских полков. Когда открываешь послужные списки, пожалуйста – три иркутянина (причём один из Братска). И три уроженца современного Красноярского края. Мало того, шефом полка оказался получивший золотое оружие за Бородинское сражение генерал-майор Красавин, который в 1836 году был назначен иркутским военным губернатором, а в 1839-м похоронен на Иерусалимском кладбище.

Смерть Антона Антоновича

Идея французов была проста: они хотели разгромить русскую армию в пограничных сражениях. Главнокомандующий русской армии Барклай де Толли не допустил этого. Армия начинала успешное отступление (как ни парадоксально это звучит) и соединилась около Смоленска. Было принято решение дать бой французским авангардным частям около Смоленска и под Валутиной горой. В нём наши земляки приняли активное участие. История, связанная со Смоленском, окутана загадочностью. На второй день сражения французские войска в районе селения Рачевка вышли на удобную позицию и стали расстреливать картечным огнём русские пехотные части. Для спасения пехоты с территории Смоленской крепости были выдвинуты Иркутский и Сибирский драгунские полки.

Из донесения подполковника Южакова, который стал командовать полком: «Вашему Императорскому Высочеству доношу, что шеф командуемого мною драгунского полка генерал-майор Скалон в сражении, бывшем при Смоленске сего августа пятого числа […] Генерал-майор Скалон по приказанию командовавшего в тот момент отрядом генерал-майора Сиверса, отступая, убит пулей». Тут возникает сразу несколько вопросов. Есть четыре описания гибели Антона Антоновича Скалона, какое из них верно, не скажет никто. Есть очень красивая версия, что Антон Антонович, чтобы дать возможность отступить стрелковым подразделениям, развернул Иркутский драгунский полк и пошёл в атаку. Подскочил к французской артиллерийской батарее, русские стали уходить в крепость, после чего попали под мощный остаточный обстрел. То есть он фактически спас егерские части, которые были при нём. В Русской императорский армии существовало правило: при атаке командир кавалерийской части находился впереди, при отступлении он шёл последним.

По всей видимости, Антон Антонович попал под артиллерийский обстрел. Его адъютант и денщик оказались в крепости, а генерала не нашли. Обнаружили его только на следующий день. Генерала Антона Антоновича опознали по форме и, очевидно, по каким-то личным бумагам, доложили Наполеону, который в тот момент находился в Смоленске. Когда выяснилось, что Антон Антонович по происхождению является французом, Наполеон приказал похоронить его со всеми воинскими почестями на королевском бастионе Смоленской крепости рядом с французским генералом Гюденом, лично присутствовал при погребении и отдал воинские почести, бросив горсть земли в могилу. Это единственный русский генерал, который удостоился такой чести. До сих пор его могила находится в Смоленске. В 1912 году его внуки, ставшие полными генералами, установили на ней памятник, который стоит до сих пор.

Из драгун в гусары

Скалон – первый погибший генерал сибирских частей. Сам полк понёс незначительные потери. Принял участие в боевых действиях при отступлении русской армии от Смоленска до Бородино. После смерти Скалона командиром становится генерал-майор Крейц. При всём уважении к этому достаточно храброму генералу скажу, что он не любил Иркутский драгунский полк. С чем это связано, сказать сложно. Он был выходцем из Сибирского драгунского полка. Когда читаешь его реляции о боевых действиях, создаётся впечатление, что из всей бригады воевал только Сибирский драгунский полк. Так или иначе, наши сибирские полки дошли до села Бородино и в Бородинском сражении приняли участие в защите так называемой батареи Раевского. Воевали достаточно лихо.

Чтобы описать масштаб потерь, сошлёмся на рассказ генерала Муравьёва-Карского (тогда ещё простого офицера Муравьёва, ещё не графа и не Карского). В конце сражения он ехал по полю мимо небольшого отряда иркутских драгунов. Всего их было не более пятидесяти человек. Они неподвижно стояли с обнажёнными палашами под сильнейшим огнём, имея впереди себя одного обер-офицера. Муравьёв спросил у офицера: «Какая это команда?» «Иркутский драгунский полк, – ответил тот, – а я, поручик такой-то, начальник полка», – потому что все офицеры были перебиты, кроме него, никого не осталось.

Численность кавалерийского полка – более тысячи человек. Если полком командует поручик, в современной терминологии старший лейтенант, хорошо можно представить уровень потерь, которые понесли иркутяне на Бородинском поле. После Бородинского сражения иркутяне поучаствовали во всех небольших стычках, которые сопровождали русскую армию по пути до Малоярославца. Тогда в полку осталось не более одного эскадрона – 120 человек. Это те, кто получил медаль за войну 1812 года. Их пофамильно можно назвать. Было принято решение эту кавалерийскую часть передать главной квартире. И эскадрон иркутцев стал личной охраной главнокомандующего русской армии Светлейшего князя Кутузова.

Не мог полк иметь численность 120 человек. Но его не расформировали, не дополнили новыми силами. Произошла вещь парадоксальная и радостная. Об этом по порядку. В 1812 году было принято решение о создании ополчения. Ополченцы чаще всего сливались в специальные ополченческие команды. Но по личной просьбе ряда высокопоставленных персон можно было создать отдельную воинскую часть. И человек с говорящей фамилией Салтыков – внук героя Семилетней войны, сын генерал-губернатора – предложил на свои средства создать полк кавалерии, который получил название Московский гусарский ополченческий графа Салтыкова полк. Соответственно, туда брали только добровольцев. Нижние чины оказались абсолютно разными – от работников синодальной типографии до иркутских купцов. Офицерский состав был сформирован из отставников. В полку оказались представители известных старомосковских фамилий – Голицин, Ефимоский. Младший офицерский состав был представлен лучшей частью московской молодёжи, например, корнетом в этот полк был принят 18-летний студент Московского университета Александр Грибоедов. В полк изъявил желание записаться Николай Толстой – папенька Льва Николаевича. Полк нуждался во вливании боеспособных офицеров и военнослужащих. И в самом конце кампании, в декабре 1812 года, было принято решение о слиянии Иркутского драгунского и Московского гусарского полков. Слившаяся часть получила от иркутцев название «Иркутский», от москвичей – «гусарский» – и стала именоваться Иркутским гусарским полком.

«Хочешь быть красивым – запишись в гусары»

Кто такие гусары в Русской императорской армии? Это, конечно, элита. Часто цитируют фразу: «Хочешь быть красивым – запишись в гусары». Истинная правда. Иркутский гусарский полк обладал одной из самых красивых форм. Гусарский полк считался одним из самых дорогих. Не все, особенно из младшего офицерского состава, могли обеспечить себе форму, пропитание, сопутствующие развлечения.

В Русской императорской армии была такая традиция: каждый полк имел прозвище, каждому было посвящено несколько рифмованных строк. Нашему полку были посвящены следующие слова: «Расточают девам чары все иркутские гусары». Насколько это было лихо, вспоминает Грибоедов. Рассказывая о своей службе, он писал: «Я всего лишь четыре месяца был в этой дружной семье и уже четвёртый год не могу от этого отойти». Часть эскадронов осталась на территории современной Беларуси: необходимо было подготовить гусаров. Молодые офицеры в это время могли позволить себе развлечения. Сохранились воспоминания о том, как Грибоедов с Бегичевым пробрались в один из польских костёлов, связали органиста. Грибоедов надел на себя сутану и в момент богослужения заиграл на органе «Камаринскую».

Другие эскадроны воевали, дошли до Гамбурга во время заграничных походов. Одному из запасных эскадронов выпала потрясающая судьба: по рассказам майора Меретеева, именно этот эскадрон сопровождал Александра Первого в момент его восшествия в покорённый Париж. После этого полк участвовал в русско-турецкой войне 1828 года, в подавлении польского мятежа. В 1830-х годах он был расформирован, чтобы в 1895 году возродиться на территории Беларуси в местечке Борисов. В 1908 году полк снова был переименован в гусарский. Это единственный полк в истории России, который дважды начинал как драгунский и дважды становился гусарским полком. Участвовал – и успешно – в первой мировой войне. Последний бой офицеры этого полка приняли в ноябре 1920 года, прикрывая отступление армии Врангеля от конной армии Будённого. Под селением Джанкой полк почти полностью погиб.

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер