издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Лицо банкрота

  • Автор: Ани Думикян

Более 1300 заявлений о банкротстве физического лица поступило в Арбитражный суд Иркутской области с октября 2015 года. Процедуре подвержены врачи и учителя, рядовые пенсионеры и депутаты. Новый виток интереса к делам о банкротстве физических лиц привлекло разбирательство между ООО «КапиталИнвестСтрой» и сыном губернатора Иркутской области Андреем Левченко, совладельцем компании «Стальконструкция». Подробности в материале Ани Думикян.

Испытание реструктуризацией

Арбитражный суд Иркутской области 21 марта признал обоснованным заявление ООО «КапиталИнвестСтрой» в адрес депутата Законодательного Собрания Иркутской области Андрея Левченко. Истец просил признать депутата банкротом. Но суд ограничился реструктуризацией долга.

ООО «КапиталИнвестСтрой» обратилось в арбитраж 2 октября 2017 года. Оно указало на наличие у Левченко перед заявителем неисполненных денежных обязательств в размере 57,5 млн рублей. Депутату пришлось отвечать за нарушения исполнения сроков контракта истца и ЗАО «Стальконструкция», которое Андрей Левченко возглавляет с 2011 года. Доходы Левченко в 2017 году составили, в соответствии с представленными в суде данными, 359,9 тыс. рублей.

Процедура реструктуризации долгов введена до 11 июля 2018 года. После суд рассмотрит отчёт финансового управляющего об утверждении плана реструктуризации. У Андрея Левченко (в случае утверждения плана реструктуризации) есть возможность погасить долг за три года. При этом кредитор может простить часть долга. Если же это не произойдёт, Левченко признают банкротом.

На депутата, одновременно занятого бизнесом, наложили ряд ограничений. Он не вправе вносить своё имущество в качестве вклада или паевого взноса в уставный капитал или паевой фонд юридического лица. Кроме того, он не может приобретать доли (акции, паи) в уставных (складочных) капиталах или паевых фондах юридических лиц, совершать безвозмездные для него сделки.

При этом Левченко может открыть специальный банковский счёт и распоряжаться деньгами, размещёнными на нём, без согласия финансового управляющего. При этом сумма совершённых операций по распоряжению деньгами не может превышать 50 тыс. рублей в месяц.

В период реструктуризации долгов он может совершать сделки или несколько взаимосвязанных сделок, но только с предварительного письменного согласия финансового управляющего. Например, по приобретению, отчуждению имущества, стоимость которого составляет более 50 тыс. рублей, недвижимого имущества, ценных бумаг, долей в уставном капитале и транспортных средств. То же самое касается передачи имущества должника в залог.

Парламентарию есть что терять: кредит он может погасить за счёт продажи имущества. В частности, ему принадлежат земельный участок (589 кв. м) и объект незавершённого строительства (166,1 кв. м) в Ангарске, легковые автомобили Infiniti FX50, Lexus LX570, Nissan Murano, Volkswagen Touareg общей стоимостью 6,2 млн рублей. Также у него есть легковой прицеп стоимостью 100 тыс. рублей. Эта информация содержится в определении суда.

Кроме того, Левченко является учредителем ООО «Купол» (доля участия в уставном капитале 50%), ООО «СибСтальМонтаж» (4,31%), ООО «Ангарскстальконструкция» (4,31%), ООО «Усольский завод металлоконструкций» (4,31%), ООО «Управление механизации «Стальконструкция» (4,31%). У депутата два открытых расчётных счёта в ПАО «АКБ Содействия коммерции и бизнесу» и ПАО «Сбербанк». При этом его имя фигурирует в уголовном деле по невыплате заработной платы сотрудникам «Стальконструкции».

Но сын главы региона не единственный публичный человек, ставший участником процесса о банкротстве. В 2015 году процедуру собственного банкротства инициировал бывший гендиректор Ангарского управления строительства и экс-депутат Законодательного Собрания Виктор Серёдкин.

Закон для богатых

Банкроство физических лиц введено в России в 2015 году. Всего за это время в Арбитражный суд Иркутской области поступило более 1300 заявлений о признании граждан банкротами. Из них 95 заявлений – в 2015 году, 517 – в 2016-м, 702 – в 2017-м, из которых к производству приняли 598. Инициировать процедуру банкротства могут сам должник, конкурсный кредитор (например, кредитная организация) и уполномоченный орган (например, ФНС России).

В прошлом году инициаторами по 485 принятым к производству заявлениям были должники, по 112 – кредиторы и другие заинтересованные лица (69 – банки и иные кредитные организации). И всего лишь в одном случае заявителем стал уполномоченный орган.

Андрей Левченко не единственный должник, в отношении которого действует процедура реструктуризации. Например, в 2017 году она была введена по 254 делам. После её окончания реализацию имущества ввели по 226 делам. Всего количество дел, по которым ввели реализацию имущества, составило 480.

Не каждый должник может получить статус банкрота. Для этого его финансовое бремя должно составлять не менее 500 тыс. рублей, а денежные обязательства должны быть неисполненными в течение трёх месяцев. Это по закону. Например, в практике финансового управляющего Игоря Льгова чаще всего банкротятся люди с долгом от 1 млн рублей.

По его словам, это связано с дороговизной процедуры. В Иркутской области в среднем расходы оцениваются в 120 тыс. рублей. Максимум определяется аппетитами юристов и сложностью дела. Суровая же действительность такова: чем больше долг, тем больше денег надо на банкротство. Поэтому юристы говорят: закон о банкротстве – это закон для богатых. Минимальная сумма долгов, списанная по процедурам, в которых участвовал Льгов, – 600 тыс. рублей, максимальная – 44 млн рублей.

Процедура длится в среднем от 9 до 12 месяцев. «В моей практике процедура длилась минимум шесть с половиной месяцев, максимум – полтора года», – добавил юрист.

Кто есть кто?

Работник театра, полицейские, депутат муниципального уровня, безработные, мамы в декрете, военные пенсионеры. Это все «подопечные» финансового управляющего Игоря Льгова. Они представители совершенно разных социальных слоёв. «Есть бывший вертолётчик, работал в горячих точках, тушил Чернобыль, а сейчас по состоянию здоровья не может пройти медкомиссию, чтобы работать пилотом. Есть завуч школы», – вспоминает он.

Например, депутат, одновременно являясь индивидуальным предпринимателем, инициировал своё банкротство сам. В своё время он не предугадал открытие нового рынка и разорился. «Он взял деньги на развитие бизнеса и «прогорел», – рассказывает Льгов. В настоящее время дело депутата ещё находится в процессе.

Всё же большинство должников – женщины, причём чаще всего разведённые. Они либо изначально были разведены, либо причиной их развода становится финансовое бремя. К помощи финансового управляющего обращается много пенсионеров, которые при выходе на пенсию «падают» в разницу доходов и не могут уже себе позволить некоторые расходы.

Есть ли жизнь после банкротства?

Конечно, есть. Но какая? Игорь Льгов перечисляет «минусы банкротства». «Пять лет должник должен указывать, что он банкрот, когда претендует на кредит. Три года нельзя занимать руководящую должность, заниматься индивидуальным предпринимательством и регистрировать юридические лица, – напомнил он. – Пять лет должник не может делать то же самое в сфере финансов и 10 лет – в сфере кредитов».

– Проще говоря, работать в банке банкрот не сможет, – говорит эксперт. – Но на практике людей, которые имели статус индивидуального предпринимателя или были руководителями юридических лиц, немного. Например, мы за прошлый год завершили 10 производств, из них только три в отношении предпринимателей, в том числе руководителей юрлиц, – говорит специалист.

Многие запреты, как показывает практика, можно обойти. Например, зарегистрировав ИП на близкого родственника. Как оказалось, вполне реально и занимать руководящие должности.

– Это возможно, если должник не числится в налоговой – не является учредителем юридического лица и не руководит им. У нас признали банкротом директора одного из департаментов в сфере образования, но женщина продолжает работать, – рассказывает Игорь Льгов.

При этом сделки, совершённые за три года до банкротства, могут быть обжалованы. «Имущество могут возвратить в конкурсную массу, продать его и за счёт этого погасить долги», – констатирует наш собеседник. В прошлом году в его практике произошёл один такой случай. Но, как правило, у должников «ничего нет». «Либо есть единственное жильё, которое нельзя изъять», – говорит юрист.

Основной плюс банкротства – списание долгов. «Грубо говоря, банкротство – это справка о том, что вы никому не должны», – говорят адвокаты.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector