издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Город без «зелёного щита»

Активисты Иркутского регионального отделения Общероссийского народного фронта обратились в прокуратуру Иркутской области для правовой оценки ситуации, сложившейся вокруг создания «зелёного щита» – лесопаркового зелёного пояса Иркутска.

К началу нынешнего мая, по данным федерального Центра общественного мониторинга ОНФ по проблемам экологии и защиты леса, в 24 регионах России Заксобрания по ходатайствам региональных отделений ОНФ, поддержанным на публичных слушаниях в Общественных палатах, уже приняли решения о создании лесопарковых защитных поясов вокруг своих наиболее крупных городов. Ещё в 24 субъектах решения о создании «зелёных щитов» одобрены Общественными палатами и находятся на рассмотрении региональных парламентов.

Иркутская область ни в одном из списков теперь не значится. Хотя ещё с сентября прошлого года она находилась в числе регионов, где ещё хоть не началось практическое создание «зелёных щитов», но инициатива уже была официально поддержана на общественных слушаниях. Окончательное решение по созданию (или отказу от создания) лесопаркового пояса вокруг Иркутска, в соответствии с законодательно установленными сроками рассмотрения инициативы, Законодательное Собрание региона должно было принять 18-19 апреля нынешнего года на сессии. Но буквально за сутки до открытия сессии председатель Общественной палаты Иркутской области, сославшись на письменное обращение в Палату регионального правительства, отозвал из Заксобрания направленный туда ещё полгода назад протокол общественных слушаний. «Для уточнения площади создаваемого лесопаркового зелёного пояса», – объяснил он собственное беспрецедентное решение. Единоличный отзыв протокола общественных слушаний, в которых председатель палаты даже не участвовал, вызвал у активистов ОНФ сомнения в его правомерности, что и стало поводом для обращения в прокуратуру. Но, как бы то ни было, рассматривать депутатам на сессии стало нечего. Три строчки неказистого канцелярского текста, написанные официальным лицом в официальном письме по просьбе региональной исполнительной власти, отбросили создание инструмента защиты пригородных земель от расхищения на неопределённо долгое время.

А начиналась подготовка вопроса к слушаниям на сессии Заксобрания довольно рутинно. За пару недель до сессии Кузьма Алдаров, председатель комитета по законодательству о природопользовании, экологии и сельском хозяйстве ЗС, собрал рабочее совещание, чтобы выслушать точки зрения всех заинтересованных сторон, утрясти возможные противоречия, согласовать интересы разных групп и ведомств. Чтобы на основании сказанного, услышанного и согласованного подготовить качественный, не вызывающий споров и кривотолков проект постановления сессии.

Сергей Апанович, координатор региональной группы общественного мониторинга ОНФ по проблемам экологии и защиты леса, напомнил собравшимся, что закон о «зелёных щитах», препятствующий разбазариванию природных пригородных территорий, уже почти полтора года действует на территории России и многими субъектами федерации активно реализуется. Лесов вокруг Иркутска, по словам Сергея Апановича, с каждым годом остаётся всё меньше, и оперативное создание «зелёного щита» поможет нам сохранить хотя бы то, что осталось. А где-то, возможно, позволит и восстановить уже нарушенные природные участки.

– В лесопарковых зелёных поясах хозяйственная деятельность ограничена, но не исключена, – отметил Апанович. – Здесь можно строить гидротехнические сооружения, линии связи, ЛЭП, трубопроводы, автодороги, железнодорожные пути. В списке разрешённых законом – объекты здравоохранения, образования, рекреационные, туристические объекты, спортивные площадки и стадионы. В законе также установлен перечень земельных участков, которые не могут быть включены в зелёный пояс как раз потому, что на них нельзя ограничивать хозяйственную деятельность. Прежде всего это земли, уже находящиеся законно в чьей-то частной, корпоративной или иной собственности. Это наиболее загрязнённые территории. Это земельные участки с законно возведёнными объектами капитального строительства, а также официально зарезервированные для государственных нужд или для недропользования.

Включение земель в лесопарковые зелёные пояса, по словам Апановича, ни в коем случае не повлечёт за собой прекращение прав собственников земельных участков и законных землепользователей. Создание «зелёного щита» не ущемит ничьи экономические интересы, но создаст дополнительные гарантии сохранения качества среды обитания людей, поможет достичь главной цели принятого закона. Кроме лесов в защитный пояс могут и должны включаться ближайшие к городу и внутригородские ООПТ – особо охраняемые природные территории со своими режимами. А также ландшафты, водные объекты, любые уголки природы, пока ещё не застроенные, никому не проданные и никем не присвоенные. Те, к которым все горожане и гости Иркутска будут иметь беспрепятственный доступ.

По плану, лесопарковый зелёный пояс областного центра должен иметь суммарную площадь 320 тысяч гектаров и охватывать город примерно 30-километровой полосой. Он не будет сплошным. Это потом в лесопарковом зелёном поясе нельзя будет возводить новые капитальные строения, а всё, что уже законно построено в этой полосе, останется за границами «зелёного щита», которые правительству Иркутской области ещё только предстоит определить. Если Законодательное Собрание примет соответствующее решение.

Замечу, что изначально инициативная группа активистов ОНФ, осмотрев окрестности Иркутска с высоты птичьего полёта, предлагала создать лесопарковый пояс шириной 50 километров. Но в процессе подготовки ходатайства после консультаций со специалистами минприроды, минлеса и других структур исполнительной власти региона инициаторы согласились с доводами профессионалов и «ужали» среднюю ширину зоны ограничения хозяйственной деятельности до 30 километров.

– Наука готова помочь в лесовосстановлении, – сказал Виктор Воронин, директор Сибирского института физиологии и биохимии растений (СИФИБР) СО РАН, – в создании плантаций для ускоренного выращивания деревьев. Надо быстро организовать защитный пояс для Иркутска и обкатывать опыт, чтобы потом распространить его на другие муниципальные образования.

Наконец, Кузьма Алдаров попросил зампреда правительства Виктора Кондрашова рассказать о позиции исполнительной власти.

– Здесь я услышал о том, что идёт не всегда законная вырубка пригородных лесов, – сказал зампред правительства. – И у меня сразу возникает встречный вопрос. Мы сейчас примем границы зелёного пояса. Наложим определённые ограничения на использование земель, основное из которых – запрет на развитие населённых пунктов. Или запрет на развитие районов жилищного строительства. Никаких других запретов в законе нет. Понимаете меня?

Я понял. Виктор Иванович не исключение. Многие чиновники убеждены, что «развитие» – это когда уничтожается что-то естественное, пусть даже очень полезное, но не приносящее финансовой прибыли, а на его месте создаётся нечто искусственное, приносящее «живые» деньги. Вырубить лес, чтобы продать древесину или освободить место под супермаркет – это развитие. Но вот приложить усилия для сохранения леса живым, формирования благоприятной среды для горожан, в том числе и в виде лесопарка, – это «запрет на развитие». И ещё понял, что сама идея формирования «зелёного щита», способного хотя бы отчасти укротить, притормозить размах самостийного строительства «где хочу», региональной власти пришлась немножечко не по душе. Закон действительно накладывает некоторые ограничения на хозяйственную деятельность на территориях, включённых в защитный пояс, только к развитию населённых пунктов и районов жилищного строительства, если они, конечно, законно включены в генпланы, а не нагло захвачены строительными фирмами, это никакого отношения не имеет.

– Мы тормозим агломерацию, – продолжил Виктор Кондрашов, ярко выделяя интонацией слово «тормозим». – Меня интересует вопрос обратной силы. Если это будет приниматься постановлением Заксобрания, возможно ли потом в случае необходимости выводить часть этих зон обратно из режима? В соответствии со 131-м законом, муниципалитет должен сам принимать решение, как ему развиваться. Если появится талантливый глава муниципалитета, разовьёт бизнес, он будет экономически поддерживать весь регион. Может такое быть? Может. Мы его ограничиваем со стороны Заксобрания. Этого делать нельзя.

Если откровенно, то лично мне в такого высокоталантливого главу муниципалитета, который станет «экономически поддерживать весь регион», как-то не очень верится. Наверное, потому что ещё ни разу не встречал таких. Зато в других, тех, кто, едва вступив в должность главы муниципального образования, начинает торопливо (вдруг на второй срок не выберут) вырубать ближайшие леса и «по-серому» или даже «по-чёрному» продавать дорогущие пригородные земли под застройку их коттеджами, верится легче, потому что таких случаев по Руси-матушке, включая нашу область, немало. Именно их и попытается ограничить этот закон, направленный как раз на развитие территорий. На экологическое развитие, а не на строительство загородных мотелей и супермаркетов.

– Есть ещё вопрос – неблаговидный, – отчасти соглашается с моими размышлениями Кондрашов. – Прецеденты были, когда в угоду каким-то бизнес-структурам проталкивается через Думу решение, меняется генпланирование, и зелёный массив уходит под застройку. Примеры тому – что Хомутовское муниципальное образование, что Марковское. Все видят, что под вырубку в Плишкинских лесах попадают рощи, которые можно было сохранить. Можно было сохранить все эти сосны и рядом при необходимости расположить жилые массивы. Там достаточно полей.

– Если мы сейчас не примем решение о создании «зелёного щита», такое строительство будет продолжаться, – поддержал зампреда правительства Сергей Апанович. – Будут захватываться новые территории. Будет уничтожаться лесной массив. Лесопарковый зелёный пояс создаст дополнительные ограничения для незаконного строительства. Вы правильно сказали, что вперёд надо смотреть и в генеральных планах развития населённых пунктов эти потребности учитывать. Создание лесопарковых зелёных поясов вокруг крупных городов – это не дань моде. Сегодня это веление времени.

Сергей Апанович не случайно упомянул про «дань моде». Из общего контекста высказываний и вопросов зампреда правительства мне тоже показалось, что Виктор Кондрашов не то чтобы категорически против создания лесопаркового защитного пояса вокруг Иркутска. Он просто не считает эту работу приоритетной. И ещё ему кажется предельно завышенной заявленная площадь лесопаркового пояса – 320 тысяч гектаров.

– Если мы сейчас столбим эту площадь лесопаркового зелёного пояса, я хочу, чтобы все понимали, что потом по закону мы её менять в сторону уменьшения не сможем, – предупредил участников совещания Михаил Басов, начальник правового управления Законодательного Собрания.

– Уменьшите в три раза, – предложил Виктор Кондрашов инициаторам создания «зелёного щита». – Пусть будет 100 тысяч гектаров. А потом посмотрим территории и начнём прибавлять.

Это «потом» очень часто означает «никогда». А если звучит из уст чиновника – тогда тем более это не что иное, как вежливая форма отказа. Опытные люди это понимают.

Через некоторое время, так и не получив поддержку своего предложения о трёхкратном сокращении площади «зелёного щита», зампред приподнял ставку. Стал говорить о возможных 150 тысячах гектаров. В народе подобное называется торгом, но политики предпочитают называть такие уступки оппонентам красивее и, главное, солиднее – поиском компромисса. Меня же крайне удивило, что Виктор Иванович вообще этот торг начал. Нет, если бы о площади лесопаркового пояса в 320 тысяч гектаров он услышал впервые, тогда было бы понятно. Но в том-то и дело, что давным-давно, ещё в сентябре прошлого года, именно он представлял правительство Иркутской области на тех самых слушаниях в Общественной палате Иркутской области, протоколом которой и был дан ход инициативе регионального отделения ОНФ. Причём тогда, напомню, речь шла о ширине защитного пояса не 30, как теперь, а 50 километров. Более того, в ноябре того же прошлого года, отвечая на конкретный запрос Алексея Анисимова, руководителя федерального исполкома ОНФ, о ситуации с формированием «зелёного щита» вокруг Иркутска, не кто-нибудь, а опять же именно Кондрашов письменно сообщал в Москву:

«21 сентября 2017 года в Общественной палате Иркутской области состоялись общественные слушания по созданию лесопаркового зелёного пояса города Иркутска, по результатам которых принято решение о направлении предложений о создании лесопаркового пояса вокруг города Иркутска, включая городские леса города Иркутска, в Законодательное Собрание Иркутской области.

В связи с тем, что создание лесопарковых поясов направлено на улучшение экологической обстановки, Правительство Иркутской области поддерживает инициативу по созданию лесопаркового пояса вокруг города Иркутска».

Подпись: «Заместитель Председателя Правительства Иркутской области В.И. Кондрашов».

– Вы же сами писали Анисимову о поддержке нашего ходатайства, – Сергей Апанович посмотрел на зампреда правительства, как мне показалось, даже не с удивлением, а с изумлением. – И не указали в письме ни одного момента, в котором вы были бы не согласны с нами по созданию зелёного пояса.

– Я сказал, что мы движемся в федеральном тренде, – не очень конкретно ответил Кондрашов. – Глупо было бы исполнительной власти сказать: «Нет». Тем более со стороны органа ОНФ.

Даже не вполне поняв смысл разъяснения зампреда регионального правительства про «федеральный тренд» и «орган ОНФ», я начал понимать, куда клонит Кондрашов. Дай-то бог ошибиться, но очень похоже, что представленная позиция правительства – это не более чем попытка исполнительной власти в очередной раз вместо реального решения проблемы создать видимость кипучей работы по её решению. Для этого нужно вначале проблему заболтать, утопить её в словах, а потом чуть-чуть чего-то сделать. Не для того, чтобы приблизить решение, а чтобы создать возможность отчитаться перед «верхами». Это у регионального правительства получается неплохо. Не только у нашего. Во многих субъектах федерации.

– Мы не получили ни одного реального аргумента от региональных Общественных палат и Заксобраний о том, что создание «зелёного щита» нецелесообразно, – приводит слова координатора федерального Центра общественного мониторинга ОНФ по проблемам экологии и защиты леса Дмитрия Миронова официальный сайт движения onf.ru. – Только лоббисты, выступающие против нашей экологической инициативы, стараются всячески затянуть этот процесс.

Забегая вперёд, скажу, что у иркутян это получилось. Долгое рабочее совещание завершилось ничем. Через неделю Кузьма Алдаров планировал провести заседание возглавляемого им комитета, чтобы сформулировать проект постановления сессии ЗС по этому вопросу, но был вынужден собрать второе рабочее совещание. Оно, увы, тоже прошло вхолостую. А до сессии, которая бы наверняка поддержала общественную инициативу и обязала правительство Иркутской области создать вокруг Иркутска «зелёный щит», оставались считанные дни, два из которых – выходные. Единственный ответ, который удалось получить с помощью юристов на втором рабочем совещании, Виктора Кондрашова категорически не устроил. Оказалось, что перенести вопрос на осеннюю сессию, как хотелось заместителю председателя правительства, «чтобы подготовиться, определиться с ценой вопроса и площадью», не нарушив при этом установленные законом сроки рассмотрения документально подтверждённой общественной инициативы, невозможно, если только сами инициаторы не откажутся от собственной инициативы и официально не отзовут свои документы, полгода находившиеся в Законодательном Собрании и региональном правительстве.

Зря изумлялся Сергей Апанович тому, как зампред правительства объяснял «федеральным трендом» собственную якобы поддержку «зелёного щита» в письме председателю исполкома ОНФ. Реальное изумление накрыло его волной менее чем за сутки до начала работы 61-й сессии.

Открывая заседание профильного комитета, Кузьма Алдаров по сложившейся на рабочих совещаниях традиции сначала произнёс обязательные слова о том, что «объективно все за то, чтобы лесопарковая зона города Иркутска была создана». А потом рассказал о внезапно поступивших на имя председателя Заксобрания Сергея Брилки письмах, в которых мэр Шелеховского района Максим Модин и мэр Усольского района Виталий Матюха, поддерживавшие идею создания «зелёного щита» на рабочих совещаниях, срочно поменяли точку зрения и теперь считают реализацию этой инициативы, частично затрагивающей территории данных районов, нецелесообразной. С юридической точки зрения, как сказал кто-то из присутствовавших юристов, при рассмотрении вопроса на сессии это могло эмоционально повлиять на кого-то из депутатов, но не на общий ход событий. Другое дело – третье письмо, столь же внезапно поступившее от председателя Общественной палаты, которым он отозвал из Заксобрания прошлогодний протокол общественных (публичных) слушаний по вопросу о создании лесопаркового зелёного пояса («зелёного щита») вокруг Иркутска. Нет документа – нет и проблемы. На сессии, к удовольствию членов регионального правительства, рассматривать стало нечего. Проблема ушла как минимум до осени. А к тому времени дорогих пригородных, ещё не распроданных, не растащенных, не обращённых в чью-то частную или корпоративную собственность и чем-нибудь не застроенных земель вокруг Иркутска останется меньше.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер