издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Опера под открытым небом

  • Автор: Ирина Михед

В архитектурно-этнографическом музее «Тальцы» состоялась премьера оперы Римского-Корсакова «Царская невеста». Руководителю проекта главному дирижёру Губернаторского симфонического оркестра Илмару Лапиньшу за короткий репетиционный период удалось создать слаженный коллектив из местных и приехавших из разных уголков страны и мира музыкантов и блестяще сыграть оперу.

Литературная основа оперы – одноимённая драма Мея, в которой описывается малоизвестный исторический эпизод третьей женитьбы царя Ивана Грозного. Идея создать оперу по сюжету этого произведения возникла у композитора Римского-Корсакова ещё в конце 60-х годов XIX столетия. Но к её написанию он приступил только спустя тридцать лет. Премьера прошла с грандиозным успехом в 1899 году. С тех пор «Царская невеста» не сходит со сцен ведущих мировых оперных театров.

Опера open-air (на открытом воздухе) – формат для России не новый. Русская опера в естественных декорациях звучит в Москве, Санкт-Петербурге, Казани, Астрахани и других городах, где есть оперные труппы и накоплен такой опыт. В Иркутске такого ещё не было. Поэтому перед просмотром постановки было много опасений.

В Тальцах сцену установили перед Спасской башней Илимского острога, увенчанной двуглавым орлом. Она была вписана в ряд исторических зданий, выполненных в традициях русского деревянного зодчества. Бревенчатые стены теремов как нельзя точно передавали дух того времени. Сюжет оперы был органичен в этой архитектуре. Артисты перемещались не только по сцене. Они выходили за её рамки – в терема и деревянные усадьбы рядом со сценой. Всё это, безусловно, добавляло реалистичности сюжету. Над сценой венец с прозрачной, колышущейся от дуновений ветра фатой, а на сцене стилизация огромной медвежьей шкуры. Небольшой размер площадки и минимум декораций лишь усилили мои опасения. Как здесь смогут разместиться солисты и хор? Будет ли спектакль исполнен полностью (в оригинале он идёт 3,5 часа), будут ли купюры и перестановки? Но в процессе просмотра оперы все сомнения были развеяны.

Маэстро Илмар Лапиньш взмахнул палочкой, зазвучала увертюра, повествующая о предстоящих трагических событиях оперы.  Оркестр играл слаженно и выразительно, тонко и деликатно аккомпанируя солистам и хору и ярко обозначая, где нужно, музыкальные кульминации и основные темы. Артистов очень хорошо было слышно и видно с любого места, даже с самого последнего ряда. Музыкальная аппаратура в меру усиливала звук и не оглушала зрителей.

Режиссёр Наталья Печерская, учитывая формат камерной сцены, смогла преoбразoвать в оригинале довольно грoмoздкoе зрелище в глубoкo психoлoгичный спектакль, выстроенный на крупных планах исполнителей. Лаконичные костюмы артистов были уместны в окружении простой, аутентичной деревянной архитектуры. Мизансцены выстроены продуманно и органично, не было скученности и хаотичности, даже когда на сцене присутствовали все персонажи и хор.

Очень впечатлил высокопрофессиональный состав солистов, приглашённых на главные партии. Великолепные голоса, полное возрастное, фактурное и эмоциональное попадание в персонажей оперы, отличная актёрская игра – эмоциональная, яркая, выразительная.

Роль опричника Грязного блестяще исполнил солист Сербской национальной оперы Желько Андрич. Густой бархатный баритон, мятущийся, страдающий, выплёскивающий наружу и благoрoдные свoйства души, и тёмные стoрoны натуры.

В роли сильной и чувственной Любаши солистка Большого театра Виктория Каркачева. Роскошный голос – глубокий, ровный, страстный, но без надрыва. Арию «Снаряжай скорее, матушка родимая» в её исполнении без сопровождения оркестра зрители слушали, затаив дыхание.

Сильный, свежий, подвижный голос солистки Государственной капеллы Анастасии Привозновой – стопроцентное попадание в образ царской невесты Марфы.

А сколько отеческой любви и теплоты вложил в образ Собакина шикарный русский бас – солист «Геликон-оперы» Алексей Тихомиров.

Роль Бомелия, приезжего немца-врача, исполнил солист Германской государственной оперы Джимми Магсеви (сценический псевдоним нашего земляка – уроженца Ангарска Дмитрия Плотникова). Он создал образ расчётливого и хладнокровного злодея, способного ради собственной выгоды пойти на любые подлости.

Уроженец Бурятии, ныне солист Мариинского театра Савва Хастаев – мягкий, светлый молодой тенор. Он как нельзя лучше создал образ влюблённого, романтичного молодого человека Ивана Лыкова.

Солистка Красноярской оперы Екатерина Кочетова создала интересный – молодящийся – образ Домны Сабуровой, который соответствовал её вокальному образу и замыслу автора в музыке.

Наши землячки – солистки Иркутской областной филармонии Мария Тощева (Дуняша) и Екатерина Переверзева (Петровна) – нисколько не уступали в вокальном мастерстве и артистизме столичным звёздам.

Все как один певцы порадовали отменной дикцией: каждое слово было понятно, что в русских операх и на сценах театров бывает далеко не всегда, а здесь, на открытой площадке, всё прослушивалось отлично.

Это дало доскональное понимание сюжета, отклик на каждую эмоцию, выраженную артистами, что ещё больше усилило впечатления зрителей.

Слаженностью, проученностью и впетостью музыкального материала в исполнени хоровых сцен порадовал иркутский камерный хор под управлением Елены Бояркиной. Несмотря на сложность перемещения по сцене в виду ограниченности пространства, певцы хора звучали, играли и жили на сцене так, как и должно быть в спектаклях такого масштаба и напряжения.

Интересным режиссёрским решением в развитии драматургии оперы был расчёт времени начала спектакля и его окончания. Спускающиеся сумерки мощно усилили драматизм сюжета. В начале оперы действие происходило при мягком, тёплом вечернем солнце. По мере развития сюжета солнце садилось, вокруг становилось темнее, что ещё больше подчёркивало драматизм событий, отражённых в опере. После антракта включили искусственное освещение, которое всё сильнее нагнетало напряжение и словно способствовало трагической развязке. В пространстве музыкального театра добиться таких эффектов было бы практически невозможно.

Трагическая развязка на фоне сгустившихся сумерек пробирала до мурашек. Софиты создавали кровавые всполохи на фате девичьего венца, который ниспадал в момент гибели Марфы и убийства Любаши. Это и стало мощным и мрачным апофеозом кровавой драмы.

Организаторам проекта удалось создать очень стильный и эмоционально насыщенный спектакль. Опера прозвучала в полной версии, три с лишним часа пролетели на одном дыхании. Эпоха Ивана Грозного, когда и происходит действие, отлично вписалась в архитектурный ландшафт этнографического музея «Тальцы». Командой артистов и музыкантов было создано великолепное, незаурядное действо! И зритель с благодарностью принял этот удивительный спектакль.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер