издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Сладкая жизнь взаймы»

Доходы бюджета растут, но жители Иркутской области этого не ощущают

Бюджет Иркутской области по большей части тратится на социальные нужды, на развитие региона остаётся не так много. Рост доходов, которые, как ожидается, к 2022 году превысят расходы, на жителях региона практически не отражается. А глубоко дотационных территорий и поселений в ближайшее время станет больше в пять раз. Такие выводы прозвучали на сессии Законодательного Собрания Иркутской области, которое в первом чтении приняло законопроект о бюджете на 2020 год и плановые 2021 и 2022 годы.

Доходы и расходы областной казны в ближайшие три года будут только расти. По крайней мере, это заложено в проект закона о бюджете, который Законодательное Собрание Иркутской области приняло в первом чтении 20 ноября. Согласно ему, прогнозируемые доходы регионального бюджета в 2020 году составляют 176,1 млрд рублей, а расходы – чуть менее 184,6 млрд рублей. Иными словами, он остаётся дефицитным. С одной оговоркой: «Без учёта утверждённого объёма безвозмездных поступлений». Однако в правительстве Иркутской области, подготовившем законопроект, ожидают, что к 2022 году будет достигнут профицит: доходы составят 189,3 млрд рублей, расходы – 187,9 млрд рублей.

Но вернёмся к настоящему. Разработчики законопроекта о бюджете исходят из того, что почти 148,2 млрд рублей, то есть 84% доходной части на 2020 год, составят собственные налоговые и неналоговые доходы. Соответственно, на долю трансфертов из федерального бюджета остаётся чуть менее 28 млрд рублей. Это почти в два раза меньше, чем в нынешнем году, в котором Иркутская область получила немалые деньги на ликвидацию последствий летних наводнений. Повышение собственных доходов, с одной стороны, является положительной новостью, с другой – в следующем году регион получит дотацию на выравнивание бюджетной обеспеченности втрое меньше и вовсе останется без дотации на частичную компенсацию дополнительных расходов на повышение зарплаты бюджетников. При этом львиная доля расходов – 70,5% – по-прежнему приходится на финансирование социальной сферы.

Стратегии нет, но есть бюджет

Чем внимательнее читаешь законопроект о бюджете, тем больше появляется вопросов и поводов для пессимизма. «В своём заключении мы отметили, что он основан на прогнозе социально-экономического развития [региона], – сообщила председатель Контрольно-счётной палаты Иркутской области Ирина Морохоева, выступая на сессии ЗС. – А прогноз, по нормам действующего законодательства, должен быть основан на Стратегии социально-экономического развития. К сожалению, этого основного документа у нас нет. И мы со стороны Контрольно-счётной палаты рекомендуем депутатскому корпусу и правительству, чтобы он был в окончательном виде разработан и принят». Если точнее, Стратегия социально-экономического развития Иркутской области была подготовлена ещё в 2016 году, однако её реалистичность вызвала серьёзные сомнения у депутатов Законодательного Собрания, так что она так и не была принята. При этом прогноз, на основании которого свёрстан бюджет, внесли в региональный парламент одновременно с самим бюджетом. «Должна быть определённая последовательность в представлении документов», – подчеркнула Морохоева.

Схожие проблемы с организацией рабочего времени наблюдаются и в выполнении национальных проектов на территории области. В 2019 году затраты на них оцениваются в 28 млрд рублей, однако к 1 ноября израсходовано немногим более 14 миллиардов. То есть существенную часть работы предстоит выполнить за два месяца, оставшихся до наступления 2020 года. «Большая часть этих средств направляется в муниципалитеты, – пояснила председатель Контрольно-счётной палаты. – Хотелось бы, чтобы деньги поступали вовремя, контракты разыгрывались вовремя и целевые показатели достигались вовремя». Но в целом, настаивают в ведомстве, препятствий к рассмотрению и принятию бюджета нет.

«Экономику нельзя уговорить из телевизора»

Вопросы, впрочем, возникли у парламентариев. «За счёт чего растёт бюджет, из каких источников мы получаем прирост? – поинтересовался депутат ЗС Антон Романов. – Насколько устойчивы эти источники? Например, мы можем получить рост за счёт конъюнктуры на нефть или другое сырьё, но это означает, что мы подсели на нефтяную иглу». Фактически это подтверждает Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области в отзыве на законопроект. Его специалисты констатируют, что примерно 36% платежей по налогу на прибыль перечисляют организации нефтяной и газовой отрасли. А более 75% поступлений обеспечивают крупнейшие предприятия региона, большинство из которых входят в состав вертикально интегрированных структур. «На динамику поступлений налога на имущество организаций оказывают влияние темп роста инвестиций в основной капитал, а также развитие нефтяной, газовой, золотодобывающей отраслей, ввод в эксплуатацию объектов инвестиционного строительства ПАО «Верхнечонскнефтегаз», ООО «Иркутская нефтяная компания», АО «Полюс Вернинское», ПАО «Высочайший» и других компаний», – добавляют в региональном Управлении Федеральной налоговой службы.

Сырьевой характер экономики подтверждают и официальные данные Иркутскстата, согласно которым в 2017 году добыча полезных ископаемых дала 27,2% валового регионального продукта. Это существенно больше вклада обрабатывающих производств (11,9%) и транспортной отрасли (11,1%). При этом сырьевая зависимость только растёт. Так, в 2004 году на долю добычи полезных ископаемых приходилось 3,1% ВРП против 22,9% у обрабатывающих производств, а в 2009-м – 5,3% против 15,7%. В 2016 году соотношение составляло 26,2% и 12,7% соответственно. Динамика говорит сама за себя.

«Мы часто слышим бодрые отчёты о том, что у нас всё хорошо, экономика развивается, социальная сфера благополучна и так далее, – продолжил Романов. – Мы это слышим и по телевизору, и в этом зале. Но экономику нельзя уговорить из телевизора, она развивается по своим законам. На самом деле ситуация продолжает ухудшаться в Иркутской области так же, как и в целом по стране. Единственное, в чём я могу согласиться с коллегами из правительства, это в том, что мы тонем немножко медленнее, чем все остальные в Сибирском федеральном округе». В то же время Иркутская область занимает четвёртое место в стране по уровню закредитованности населения. По расчётам Общероссийского народного фронта, в первом квартале 2019 года этот показатель, то есть отношение среднего объёма задолженности по кредитам к среднему годовому доходу домохозяйства, составил 43%. Если брать регионы Сибири, то выше он только в Тыве – 57%. Уровень закредитованности жителей всей страны в среднем составляет 28%.

В Счётной палате РФ констатируют: на динамику реальных располагаемых доходов населения в первом полугодии значительно повлияет рост обязательных платежей и разнообразных взносов, в том числе затрат на обслуживание кредитов. В силу этого реальные доходы россиян за январь–июнь 2019 года сократились на 1,3%. «В первом квартале домохозяйства взяли на 20% больше кредитов, чем год назад, – говорит Антон Романов. – Вы понимаете, что это нагрузка от безысходности, потому что они берут их для того, чтобы погасить другие кредиты. Инвестиционные кредиты сегодня взять нельзя, потому что нет такой рентабельности бизнеса, чтобы их закрыть. То есть продолжается сладкая жизнь взаймы. Но рано или поздно это закончится».

Категорическое безденежье

Отдельные территории Иркутской области уже ощутили это на себе. В 2020 году в четвёртую категорию дотационности вместо четырёх десятков муниципальных образований войдут две сотни. В основном это поселения, однако в перечне есть один район. «Это самая печальная категория, они не могут ничего, – объяснила председатель комитета по бюджету, ценообразованию, финансово-экономическому и налоговому законодательству ЗС Наталья Дикусарова. – Они не могут сами решать вопросы со своими бюджетами, у них не может быть своих собственных финансовых специалистов, они обременены соглашением с Иркутской областью».

Подобных вопросов, вызванных экономическим положением региона и действующим законодательством, у парламентариев осталось немало. Депутат Государственной Думы Николай Николаев в письмах к председателю Законодательного Собрания Иркутской области Сергею Соколу среди прочего отмечает, что проект бюджета предусматривает резкое сокращение расходов на рекультивацию накопленных отходов Байкальского целлюлозно-бумажного комбината, которая и без того даже не была начата. «Это фактически означает, что правительство Иркутской области, обладая всеми полномочиями, финансовыми средствами, статусом заказчика, к 2020 году вновь не приступит к проекту рекультивации, несмотря на сохраняющиеся риски возникновения экологической катастрофы на Байкале, наблюдаемую социальную напряжённость и внимание к этому вопросу со стороны населения, федеральных органов власти и президента РФ», – отмечает он. Депутат также ссылается на сообщение, разосланное пресс-службой губернатора, о том, что региональное правительство рассматривает возможность покрытия бюджетного дефицита за счёт банковских кредитов. По его мнению, это даст дополнительную нагрузку на областную казну. Тем не менее бюджет Иркутской области был принят в первом чтении.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector