издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Заморозили медпункт

Сергей Левченко ушёл, даже не заметив, что в некоторых медучреждениях отопительный сезон так и не начался

Амбулатория в Кыцигировке выглядит так, будто совсем недавно здесь были люди. На диванчиках в коридоре обменивались новостями деревенские тётушки, ожидая свою очередь на процедуры. Мамочки несли младенцев на взвешивание и прививки. В стеклянном шкафу в процедурной хранится запас одноразовых шприцев. В кабинете для приёма аккуратно разложены медицинские карточки деревенских жителей… 1987, 1988, 1989 – документы на полках рассортированы по годам рождения. Заходить во все кабинеты и рассматривать подробно времени нет. В медпункте холодно, как на улице. Осенью его почему-то не подключили к теплу, а сельчан стали отправлять к медикам в соседние деревни.

О том, что в медпункте в Кыцигировке отопительный сезон не начался до сих пор, мы узнали от Лидии Михайловой. Жительница деревни позвонила в редакцию и сообщила, что сельчане вынуждены ездить на приём за 30 километров – в Оёк. При этом в Кыцигировке есть свой фельдшерско-акушерский пункт, который размещается в добротном кирпичном здании. Осенью прошлого года в деревне меняли теплотрассу, и амбулаторию просто-напросто отрезали от сети. Мы сразу поехали в Кыцигировку, чтобы разобраться, почему так произошло.

«На улице теплее, чем в помещении!»

От Иркутска до Кыцигировки ехать около часа, деревня находится чуть в стороне от Качугского тракта. У кочегарки нас встречают сельчане. «Вот, бабушки наши как соберутся, когда почта открыта – в понедельник, среду, пятницу, так мне названивают, – начинает разговор депутат местной Думы Ольга Шабанова. – В прошлый раз звонили мамочки. Пришли, на холоде просидели с детьми 1,5 часа, ждали детские пособия. Я не знаю, что мне сказать людям. Обращалась к главе поселения Игорю Соболеву, мэру района Леониду Фролову. Но фельдшерско-акушерский пункт не находится в ведении муниципалитета. Это областное учреждение. Говорят, все вопросы нужно задавать министерству здравоохранения».

На улице стоять холодно. Но и в помещении, куда нас приводят женщины, не согреешься. Часть просторного здания, в котором размещается ФАП, отведена под почту и библиотеку. Они находятся в той части здания, где раньше был бассейн, а после этого тренажёрный зал.

Заходим в маленькую комнату, в которой сидят тепло одетые женщины и мужчины. Когда они начинают говорить, изо рта идёт пар. За столом приём ведёт почтальон Галина Калинина. «Замёрзла. У меня даже ручка не пишет! На улице теплее, чем в помещении, – откликается на расспросы Галина Константиновна. – Дожились, говорю! Неужели люди не заработали, чтобы получить пенсию, заплатить за свет в тепле?!»

По условиям трудового договора с работодателем Галина Калинина должна принимать односельчан у себя дома. Три раза в неделю – в понедельник, среду и пятницу – в деревню приезжает машина Почты России. Это передвижной пункт, к которому, по задумке организаторов, должны выходить люди. Машина не всегда приезжает в одно время, может задержаться. Чтобы люди не стояли на улице, Галина Константиновна открывает комнату почты.

«Прихожу к 11 часам, включаю обогреватель. Но толку от него мало – напряжение в сети плохое, – рассказывает почтальон. – Сегодня день выдачи пенсии. Два человека получили пенсию, семь человек заплатили за электроэнергию. Ещё сюда привозят газеты, журналы, посылки. Многие на почте берут сигареты – в магазин их не всегда завозят. Неужели я людей на улице держать буду?! А здесь, чувствуете, как холодно?»

За низкой деревянной перегородкой в этой же комнате размещается сельская библиотека. Почтальон говорит, что библиотека работает по будним дням после обеда. Мы заглядываем сверху за заборчик и видим нехитрое хозяйство сельского библиотекаря – несколько полок с книгами и замёрзший фикус посреди отгороженного угла. Вопрос, можно ли хранить книги при таких перепадах температуры, задать некому. Да и совсем не о книгах хочется говорить, глядя на эту картину.

Что случилось с амбулаторией?

Несколько раз в неделю сельчане собираются на почте. Одна из главных тем разговоров в последние месяцы – что происходит за стенкой, в сельской амбулатории. Как только настали холода, медпункт закрыли, теперь на осмотр надо ездить в Никольск (7 километров от Кыцигировки), к специалистам или на анализы – в Оёк (30 километров). Вот жители деревни и звонят своему депутату, чтобы узнать, когда откроется ФАП.

У Марины Шабановой четверо детей, младшему сыну 4,5 года, старшему – уже 12. «Всех своих детей я водила в этот ФАП. Нам было очень удобно. Не надо было никуда ехать – осмотры, прививки делали здесь. Если ребёнок заболеет, тоже можно обратиться, – рассказывает Марина. – А сейчас как? Надо нанимать машину, своей у нас нет. Договариваемся с водителями в деревне – за отдельную плату, конечно, чтобы свозили к врачу. Едем в Никольск, если на осмотр или прививку поставить, направление взять на анализы. Или в Оёк, если надо анализы сдать».

Местные рассказали, что за поездку до Оёка и обратно обычно платят 500 рублей. Автобус туда из Кыцигировки ходит дважды в день – утром туда, вечером обратно. Это не слишком удобное расписание. На анализы надо выезжать очень рано, чтобы успеть встать в очередь. Обычно в оёкской поликлинике много народа, люди по нескольку дней ездят, чтобы попасть на сдачу. Расписание неудобно ещё и тем, что, если человек болен, ему приходится после приёма ждать до вечера, чтобы уехать домой. Обычно сельчане выходят на трассу и ловят попутки, а потом пешком добираются до деревни. Либо просят кого-то встретить на повороте от трассы.

Пустующее сейчас здание медпункта было построено около 40 лет назад. Капитальное кирпичное строение служило профилакторием для работников местного колхоза. «Посмотрите, какой прекрасный у нас ФАП. Есть кабинет для приёма, здесь карточки пациентов, – единственный работник амбулатории санитарка Вера Верхотурова ведёт нас по кабинетам. – Здесь детский врач принимал… Процедурная – здесь ставили прививки, инъекции. Смотровой кабинет тоже есть… В этой комнате была аптека. Раньше работал стоматолог, приезжали специалисты по зубопротезированию, можно было зубы вставить, не надо никуда ездить. И физиопроцедуры мы здесь принимали, оборудование было. И массажист работал. Все кабинеты есть… Вот обогреватели подключили, чтобы не разморозить всё, чтобы плитка на стенах не отлетела».

 

Местные жители благодарят Веру Орестовну. Она единственная, кто следит за порядком в медпункте. Каждый день приходит, прибирается и охраняет помещение. Она же принесла сюда обогреватели из дома. В единственной комнате, где за счёт нескольких электрических приборов держится положительная температура, Вера Орестовна сохраняет цветы. Горшки с растениями она собрала из всех кабинетов. «Если бы не Вера Орестовна, отсюда бы всё очень быстро растащили. Здесь нельзя без присмотра оставлять ничего», – вздыхают женщины.

За примером далеко ходить не надо. С другой стороны здания вход на почту, где мы уже были. Сейчас там веранда, сколоченная из досок. Вместо окон – отверстия. Наши провожающие рассказали, что в советское время на этом месте была добротная веранда с хорошей отделкой и богатыми люстрами. Когда колхоз развалился, веранду разобрали по дощечкам. Люстры унесли первыми. Очевидно, сделали это местные – люди, которые здесь живут.

«Почему минздрав это не сделал, неизвестно»

Лидия Михайлова рассказывает, что в амбулаторию приходило много людей. Мамы с детьми шли на осмотры и прививки, взрослые обращались к медику со своими болезнями. Здесь можно было получить направление на анализы или к специалисту.

До прошлой осени ФАП работал каждую пятницу. Учреждение закрылось в октябре. Связано это с тем, что осенью закончился ремонт теплосети. Меняли систему отопления и теплотрассу, которая относится к школе-саду. Два социальных учреждения – ФАП и школа-сад – находятся в нескольких десятках метров друг от друга. Раньше они были связаны единой системой коммуникаций.

«В оперативном управлении учреждения, которое я возглавляю, находится теплотрасса. В сентябре-октябре мы её ремонтировали, – рассказывает исполняющая обязанности директора начальной школы – детского сада деревни Кыцигировка Валентина Антончик. – Чтобы ФАП мог присоединиться к новой системе, им нужно было провести ремонт сети. Об этом мы предупреждали главу администрации и работников ФАПа. За 30 с лишним лет трубы там сгнили. Если их подключать к новой системе, сеть ФАПа может не выдержать давление, рассчитанное на новые трубы. Ко мне подходили односельчане, просили и сети ФАПа включить в ремонт. Доходило до угроз. Но есть смета. Сети школы мы ремонтировали за счёт муниципального бюджета. ФАП относится к области. Я не могу средства, которые запланированы на ремонт сетей школы-сада, потратить на ремонт ФАПа. Это всё равно что вас сосед попросит заодно с вашей отремонтировать и его квартиру».

Как нам сообщили в администрации Иркутского района, руководство муниципалитета ставило вопрос перед региональным минздравом осенью прошлого года. Тогда же выяснилось, что коммунальные сети, которые ведут к ФАПу, бесхозные. Они нигде не числятся и на балансе не стоят. То есть по закону, чтобы их отремонтировать, нужно сначала оформить документы на объект.

«Проблему рассматривала комиссия. Единственным выходом было поставить в ФАПе электробойлер, – рассказали в пресс-службе администрации Иркутского района. – Почему минздрав это не сделал, неизвестно…»

У Валентины Антончик сохранился протокол заседания комиссии, в котором участвовали представители центральной районной больницы и «Облкоммунэнерго». Значит, те люди, от которых зависела судьба амбулатории, заранее знали, что наступит зима и находиться в здании будет невозможно, но ничего не сделали.

«Когда только начали ремонтировать трассу и мы поняли, что ФАП отрежут, жители стали просить директора школы-сада, чтобы ФАП подключили тоже. Просили Валентину Анатольевну по-человечески – не только как директора, но и как жительницу деревни, которая тоже обращается в медпункт. Когда узнали, что сети ФАПа могут не выдержать, стали просить, чтобы поставили электробойлер. Письма писали. Никто нас не услышал. Сейчас я людям говорю так: будем ждать тепла. Тогда и заработает ФАП», – объясняет Ольга Шабанова.

Если депутат и жители и писали письма, то до адресата они, скорее всего, не доходили. Поскольку у руководства центральной районной больницы несколько иное представление о проблеме. «ФАП Кыцигировки на сегодняшний день действует. Туда медик выезжает по определённым дням, – рассказала нашей газете главный врач ЦРБ Анна Данилова. – Работает медсестра, которая проводит осмотры. Сейчас она находится на больничном». С какого времени нетрудоспособна специалист, главный врач сказать затруднилась.

При этом Анна Данилова подтвердила, что в помещениях ФАПа действительно холодно. Отопление в здание не подаётся. А той энергии, что дают обогреватели, недостаточно, чтобы поддерживать нормальную температуру в здании площадью больше 130 квадратных метров. В чьей собственности находится теплотрасса, главврачу неизвестно. Анна Данилова рассказала, что недавно возглавила Центральную районную больницу, как раз в то время, когда начинался отопительный сезон. Анна Данилова видит выход в том, чтобы установить локальную систему отопления. По её словам, к установке приступят, как только станет тепло. Вопрос, почему это не было сделано раньше, остался без ответа.

«Иначе как вредительством такое не назовёшь!»

Жаль, что сейчас мы не можем спросить об этом людей, которые должны были понести ответственность за бездействие. В то время как бывший губернатор Сергей Левченко и его команда должны были решать проблему с отоплением в ФАПе, эти люди были заняты куда более интересными для них вещами.

Бывший министр здравоохранения Олег Ярошенко изо всех сил доказывал, что с региональным здравоохранением всё в полном порядке. Много времени и сил бывший министр тратил на сочинение пространных опровержений журналистских материалов, рассказывающих о проблемах медицины. Если к этому прибавить необходимость отвлекаться на вновь и вновь всплывающие сообщения о закупках оборудования по непомерно завышенной стоимости, снижении зарплаты врачей, хитрых схемах при выплатах поощрений, становится понятно, что экс-министру было совсем не до медицины.

Сергей Левченко был увлечён созданием абстрактных стратегий развития региона, которых никто не видел, – «пятилетки» и Госплана. Красивые названия должны были отвлечь народ от многочисленных скандалов, в которых был замешан бывший глава региона. Там и уголовное дело по факту незаконной охоты на медведя, и крупные хищения бюджетных денег с участием фирм, аффилированных с семьёй губернатора, и многое-многое другое.

Команда Левченко ушла, оставив после себя тяжёлое наследство. Оказалось, что вместо добротного здания региональные власти планируют поставить в Кыцигировке быстровозводимый модульный ФАП. Ольга Шабанова сообщила нашей газете о том, что этот объект включён в государственную программу на нынешний год. «Иначе как вредительством такое отношение не назовёшь! Зачем нам вагончик, когда есть капитальное кирпичное строение, находящееся в отличном состоянии. Проведите сюда тепло, и наш ФАП будет служить ещё долго!» – волнуется Лидия Михайлова.

А пока Вера Верхотурова плотно закрывает все кабинеты, вешает на дверь амбарный замок. Все расходятся по домам.

Фамилии некоторых героев изменены по их просьбе

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector