издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Возвращение снегиря

Ранней весной бывает на дачном участке скучновато-тихий период, когда зимние птицы – сойки, снегири, чечётки, даже весёлые поползни и доверчивые черноголовые гаички – исчезают. Будто они вместе со снегом растаяли. А перелётные, привыкшие селиться недалеко от человека, на родину ещё не вернулись. И тогда над городскими парками и скверами, над окружающими города садоводствами и пустырями нависает тишина. Воробьи-то, конечно, продолжают чирикать громче зимнего. И голубые сороки не умолкают: скрипят и скрежещут круглый год. Ещё лет пять-семь назад были они для иркутских дачников редкостью, симпатичной экзотикой. Теперь воспринимаются невоспитанным и вульгарным хулиганьём.

На фоне сорочьего скрипа-скрежета, изрядно сдобренного оглушительным чириканьем дерущихся воробьёв, даже писк и что-то похожее на стрекотание семьи больших синиц, в очередной раз арендовавших на лето мой скворечник, казались мне в тот период пустоты мелодией.

Большая синица – она большая только среди других видов синиц, а на самом деле с воробья примерно. Но в отличие от него – и уж тем более от голубых сорок – аккуратная чистюля. Зерно и семечки из кормушки, даже если они там горкой насыпаны, не разбрасывает, не рассыпает вокруг. Относится к пище бережно, с уважением. Возьмёт одну семечку – и на ближайшую ветку. Шелуху расклёвывает аккуратно, не торопясь, чтобы ни крошки от зёрнышка не потерять.

Однажды зимой, впервые осмелившись, взяла синица подсолнечную семечку с моей ладони, да тут же от волнения её и выронила. А снег внизу пушистый, рыхлый. Только что выпал. Провалилась в него семечка. Так синица вместо того, чтобы тут же взять другую, не раздумывая вслед за семечкой мне под ноги бросилась. Вниз головой в пушистый снег. И нашла ведь. Расклевала на берёзке – и снова на ладонь. Уже уверенно, без страха.

Недавно, наблюдая с фотоаппаратом, как замотанные синицы-родители корм своим писклявкам в гнездо таскают, я ещё больше удивился. Влетает желтогрудая в скворечник быстро, сходу, не притормаживая, а что несёт детям – сфотографировать не успеваю. Но внутри каждый раз прямо взрыв восторженного писка. Через несколько секунд синица возвращается на улицу, а в клюве… червячок. Я растерялся. Ну не может же быть, чтоб заботливая мама только подразнила малышню вкусняшкой и забрала её себе? А другого объяснения не нахожу. И только вечером, рассматривая фотографию на компьютере, увидел я, что в клюве-то у синицы был вовсе и не червяк, а (извините) птичья детская… какашка. Пичуга оказалась настолько чистоплотной, что не просто выбросила «отходы жизнедеятельности» своих детей на улицу, а унесла их куда-то. И справочная литература подтвердила, что синица действительно уносит птенчиковый помёт подальше. Но не ради чистоты вокруг гнезда, а для того, чтобы никто из пернатых или мохнатых хищников не догадался, что здесь живёт синичья семья. В животном мире есть огромное количество очень внимательных и смекалистых разведчиков. А скушать чужие яйца или слопать чужих птенцов в дикой природе грехом, увы, не считается.

Певчих птиц у нас в Сибири, судя по научной литературе, очень много. Правда, не все певчие умеют петь. Некоторые лишь попискивают или поскрипывают, в лучшем случае хотя бы посвистывают. Как и звёзды человеческого шоу-бизнеса. Мне кажется, что по-настоящему хорошо на отдельно взятом моём дачном участке поют только горихвостки. Мне доводится их слушать хоть и не часто, зато с большим удовольствием. Вот и на прошлой неделе ночью довелось послушать. Судя по мастерству – пел самец. Орнитологи полагают, что самцы не только внешне ярче самок, но и поют особенно красиво. Поэтому днём после концерта, заметив боковым зрением что-то красное в мелькнувшей мимо птице, я ни на йоту не усомнился, что это был самец горихвостки. Рассмотреть птицу не успел, но заметил, что скрылась она в густой кроне соседской груши, растущей почти вплотную к моему участку. Сходил за фотоаппаратом и стал внимательно всматриваться в листья. Вдруг – глазам своим не верю: среди листьев и уже осыпающихся цветов сидит… снегирь! Да, самый настоящий и самый что ни на есть зимний снегирь. Летом!

Я вроде хоть и молодой, но уже не очень. Однако до сих пор мне ни разу не доводилось видеть снегирей летом. Снегирь и снег в моём сознании понятия неотделимые. Умом-то понимаю, что на лето эти красивейшие птицы не исчезают со света белого. Просто они становятся крайне осторожными. Людей сторонятся. Гнёзда устраивают в самом густом хвойном, особенно еловом подросте, продраться через который человека может заставить только самая крайняя необходимость. Потому и не видят люди летом снегирей, что те умеют искусно прятаться.

Вот и этот тоже спрятался от меня в густой зелёной листве. Но, когда наши взгляды встретились, мне показалось, что снегирь вроде даже ухмыльнулся. Перестал валять дурака с ненужной маскировкой и по-хозяйски, открыто, уверенно и совсем не прячась перелетел в кормушку. Явно знал, куда лететь. Значит, скорее всего, он из тех птиц, кто столовался у меня зимой, а весной исчез вместе со снегом.

К моей радости и к удовольствию снегиря, кормушка оказалась заправленной. Как раз в то утро внучка просто так, из интереса, насыпала в неё семечек.

Снегирь стал флегматично щёлкать подсолнечник, хитро посматривая на меня и будто спрашивая: «Ну что, узнал, наконец, что ли?» А я, вконец обалдевший от нежданного, но приятного гостя, торопливо давил на спусковую кнопку фотоаппарата, не всегда дожидаясь от волнения, пока автомат наведёт резкость. Снегирь – летом! К счастью, несколько кадров всё-таки получилось.

На следующий день снегирь прилетел снова. Да не один, а с подчёркнуто скромной подругой. Видимо, решил показать ей, где он зиму долгую зимовал и где, если невмоготу вдруг станет, всегда перекусить можно. «За стол» – в кормушку – подруга не пошла. Постеснялась, наверное. Выглядит она аккуратненько, опрятно, хоть и не так ярко, не столь броско, как её щеголеватый друг. Зато умная. Догадалась сесть на стоящую рядом и ещё не успевшую отцвести ранетку, которую мне лет 10–12 назад свиристели у крылечка посеяли. Семечко в желудке принесли с иркутских улиц.

Увидел я пичугу на ветке всю в белых цветах и понял, что она не просто подруга случайная. Она невеста. Повернул объектив в её сторону, невеста не стала делать вид, будто испугалась. Не вспорхнула. Наоборот: даже повернулась, помогая мне кадр выстроить, потому что свет в тот день совсем плохим был из-за низкой и плотной облачности.

Похоже, что снегирь в неурочную пору не просто так прилетел на мой участок. Не на кормушку. Не ради семечек. Просто припоздал он с поиском пары себе, вот и решил устроить смотрины по зелени вместо снега, на границе календарных весны и лета. Пожалуй, соглашусь быть свидетелем у них на свадьбе, если, конечно, у снегирей принято свадьбы устраивать. Парнишка он приятный, покладистый. Для матриархата, который царит у снегирей, это особенно важно. И она вроде не сердитая. Пока он семечки в кормушке перебирал да угощался, она не торопила, ни одного замечания ему не сделала.

Вечером пошёл в Интернет искать дополнительную информацию о снегирях. Всякого начитался. Вычитал, к примеру, что по преданиям эта красивая птица для многих народов является не только символом зимы, но и символом выносливости, надежды и стремления к поставленной цели. Возврат снегиря к людям в тёплое время года сулит им благоприятные новости и радость. Увидеть снегиря в любое время года – примета хорошая. Добрые упоминания о птице находят в старославянских мифах, в религиозных сказаниях буддизма и христианства.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector