издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Тэд, подарок судьбы...

Тэд,
подарок судьбы…

Светлана
МАЗУРОВА, "Восточно-Сибирская
правда"

Аттракцион
"Суматранские тигры"
народного артиста России Николая
Павленко — гвоздь новой программы в
Иркутском цирке.

26 лет
дрессировщик работает с полосатыми
хищниками. В 1990 году он получил
звание "Золотой клоун" на
престижном международном
фестивале в Монте-Карло (хотя
клоуном никогда не был). Эта награда
— как "Оскар" в кино — символ
высшей оценки артиста цирка. Такого
признания удостоены всего два
дрессировщика — наш Павленко и
немец Альфред Курт.

У
Николая Карповича 23 тигра. 13
выступают в программе, еще 10
находятся за кулисами. 22 — диких,
один — ручной. После представления
любой желающий может
сфотографироваться с тем ручным,
Тэдом, и удостовериться в том, что
это действительно… большая кошка.


Николай Карпович, разве такое
возможно — ручной тигр?!

— Возможно.
Но это аномалии. И великая редкость.
Для дрессировщика же — подарок
судьбы. Бывает прирученный зверь и
бывает полностью ручное животное —
вот это уже по физиологии аномалия.
Тэд — нормальный, здоровый,
полноценный тигр, ему уже 9 лет.

В нашем,
советском, цирке со дня рождения
дрессуры хищников (примерно с 1936
года) были ручные звери. Но…
временно ручные — до года, до двух.
То были первые эксперименты у
Эдера. Львица Пупа, например. Потом
был знаменитый Пурш — главный герой
фильма "Полосатый рейс",
достижение мужа Маргариты
Назаровой Константиновского. Лучше
тигра у нас не было.

В общении с
хищниками все должно быть очень
профессионально. Затея Берберовых
не могла увенчаться успехом. У них
был хороший только первый лев. А те,
которые натворили чудеса, были уже
"плохими" животными, не
ручными. Не хочу показаться
выскочкой, но через мои руки прошли
сотни животных, и я не мог бы
поступить так опрометчиво, как
Берберовы. Их ошибка в том, что они
думали, что, имея одно животное,
приобрели опыт.

Да, Тэд — это
моя работа, мой труд, но в общем-то
это подарок судьбы, в это животное
что-то было заложено генетически.

Девять лет
назад ко мне в московский цирк
пришла Ирина Николаевна Бугримова,
я показал ей Тэда. Она воскликнула:
"Зачем ты это делаешь?! Будь
осторожен, помни, что у хищников
бывают разные периоды, будут
возрастные изменения…"

Единственное,
что Тэд мог позволить себе, когда
был молодым, это затевал со мной
игры. Ему хотелось порезвиться, он
вовлекал меня в игру, но я запрещал.
Должна быть дрессура, но не игра.
Игра человека и тигра невозможна.
Он мог дернуть меня, и я бы не
удержал его.

Вообще Тэд —
удивительное существо. За девять
лет он столько прошагал, был в таких
элитарных обществах, у таких
знаменитостей — и политических, и
артистических… И нигде он не
позволил себе какую-либо выходку, и
никогда мне не приходилось
краснеть за него.

— Почему
Тэд не выступает, как другие тигры,
в программе?

— Я не стал
его дрессировать, потому что он
совершенно бездарный. Я вообще
хотел его отдать…


Расскажите его историю.

— Тэд родился
у моего коллеги, тот уезжал за
границу и не мог взять с собой
новорожденных тигрят (а они были
искусственники), предложил мне. Как
вспомню то время! Представляете,
еду я из Ленинграда в
Днепропетровск с козой на веревке!
Два тигренка — в коробке. Облезлые,
лысые, с жутким авитаминозом, им
всего по полторы недели…

Честно
говоря, с тигрятами проблем не было.
Разве что постоянно мыл их и менял
пеленки (они все время писали). А вот
с козой в цирке хлопот было много.
Рабочие мои тогда как раз
разбежались, кто-то запил, я остался
один. И эти тигрята — Тэд и Катька.
Вообще-то я никогда человеческими
именами животных не называл, но
тогда сделал исключение: так звали
наших менеджеров в Америке (мы
только отработали там), и им
почему-то хотелось увековечить
себя в тигриных кличках.

Катьку я
впоследствии отдал (она хромала), а
Тэда стал приучать ходить на
поводке. Поначалу он сопротивлялся,
как кошка.

Рос он с
тигрятами, я начал дрессировать
его. Но это было безумно тяжело: он
оказался медлительным. Я затеял
выучить его ездить на лошади. И
что-то у нас получалось, он сидел
послушно. Вижу — ручной он. И на
поводке уже хорошо ходил. Однажды я
бросил его посреди улицы (людей
близко не было), он сделал несколько
прыжков и остановился.

У меня была
тогда группа тигров (18 работающих).
И как раз надо было проводить
"чистку": старые, ненужные,
рабочие или нет. Тэд был кандидатом
"на отдачу". И крови-то он был
не той, что мои тигры (бенгал). Но тут
к нам пришли киношники (я работал
после Монте-Карло в Москве), им для
съемок нужен был тигр.

Один
съемочный день, другой… Прихожу
домой и рассказываю жене: "Света,
я глазам своим не верю, что это за
животное! Он все понимает, ничего не
боится, никак не реагирует на людей,
на обезьян, которые тоже
снимаются… Все, мы его
оставляем".

А потом нас
пригласили на встречу в ЦДРИ
(Центральный дом работников
искусства). Он так великолепно вел
себя! Вот те первые выходы Тэда в
свет — на "Мосфильм" и в ЦДРИ —
и решили его судьбу: быть ему
рекламным зверем.

Вскоре мы
уехали в Германию. Там я его уже
водил на поводке по паркам. Какие
дворцы он посещал! Какие редакции!
Вот что он не любит, так это лифт,
отказывается в нем ездить. В
клеточке — пожалуйста, а так — нет.

— А как,
интересно, реагируют окружающие,
когда видят вас с тигром на поводке?

— За границей
— никак. Однажды в Брюсселе шли мы с
ним по центральной улице, километра
три! Нам надо было на рекламную
съемку. А было это накануне
Рождества, самые последние часы
перед ним. Лавина народа, все
спешат, торопятся сделать покупки.
Люди чуть ли не наступали на тигра.
И вот так он шел, носом распихивая
всех. Это был наш самый тяжелый
поход. Толпа есть толпа. Вдруг он
испугается чего-то, попятится,
прыгнет, и тогда люди передавят в
толкучке друг друга. Ужас! Многие
шли с собаками, я только успевал
закрывать от них Тэда.

— А он в
наморднике?

— Нет, зачем?
У него же когти не хуже зубов.

— Все же
удивительно: неужели никакой
реакции?

— Разве что
глазели. Но такого, как у нас, нет
нигде. Нашим надо обязательно
потрогать, погладить. Недавно мы
работали во Владивостоке. После
представления нам с Тэдом надо было
выйти фотографироваться. Люди нас
ждали. Как пройти? Толпа! Нам
оставляли такой узкий
"коридор", что мы не могли
протиснуться, да еще моментально
смыкали пространство сзади нас.
Прошу: "Ну, пожалуйста,
отойдите…" Нет! Что вы думаете?
Еще пытаются сзади его погладить,
цапнуть за хвост! А ведь это зверь, у
него врожденный рефлекс, и он будет
реагировать на бегущего, на
упавшего. Собака и та реагирует…


Любопытно, где же побывал Тэд?

— О, об этом
можно долго рассказывать!
Фотографировался, например, с
принцессой Филиппин. Генеральный
консул в Бонне был буквально
влюблен в Тэда. Были мы с ним и в
Мюнхене, там есть свой Голливуд. На
тусовке бомонда, где были разные
знаменитости — актеры, режиссеры.
Были в гостях у Максимилиана Шелла
(Он очень хорошо нас принял, показал
фильм "Звезды Голливуда".
Потом они с Наташей Андрейченко
были у нас в гостях).

Были у мэров
разных городов. Не у наших, за
границей. Наши цирком не
интересуются. Хотя, постойте,
вспомнил. Накануне 1998-го года тигра,
мы работали в Кемерове. Директор
цирка там был доверенным лицом
губернатора Тулеева, они дружат.
Вот мы и были в гостях у Тулеева.
Кстати, он оставил очень приятное
впечатление, намного лучше, чем
когда видишь его по телевидению.
Потом Тулеев приехал к нам в цирк,
мы нарядили елочку, и он поздравил
земляков с Новым годом (это
записывало телевидение).

"И мы
вместе с моим другом Тэдом
поздравляем вас!" — говорит
Тулеев и гладит тигра.

И Тэд ему
хорошо подыграл: улыбался!

— Раз Тэд
такой ручной, можно предположить,
что он живет у вас в квартире, как,
скажем, кошка или собака? Или хотя
бы бывает?

— Да, я его
выкормил, вынянчил, и хотя он не
такой, как все, но живет в цирке со
всеми. В квартире никогда не жил.
Правда, любит шляться по комнатам,
все разведывать. Но, вы понимаете,
это кошка, он ставит метки, которые
не выветришь…

В цирке он на
общих основаниях со всеми тиграми:
у него такой же режим, он также ест и
пьет. Разве что мы его водим гулять.

— А
остальных — нет?

— Ни в коем
случае! К тем же подойти нельзя. Я их
погладить не могу.

— Почему
Тэд один?

— Он сидел с
молодыми тиграми. Но когда они
стали взрослеть (после двух лет),
начали его щипать. Тигры так же, как
и люди, определяют внутреннюю силу
или слабость своих собратьев по
внешнему виду: по глазам, по манере
держать себя. А Тэд не умел давать
сдачи. И были случаи, когда его
ранили до крови, и когда у него были
рваные раны. И я его забрал. У всех
тигров на уме одно: добраться,
наконец, до Тэда и сожрать его.
Любой тигр — хоть самый молодой или
самый старый — вцепится в него и
угробит. Мы его бережем и защищаем,
поэтому его клетка и стоит
отдельно. Вы бы знали, что делается,
когда во время переездов тигры
видят Тэда! Они не могут его достать
и начинают драться между собой. Это
стихия. Они меньше на лошадей
реагируют, чем на него. Он для них —
инородное тело, вожделенная добыча.

— Можно
предположить, что будет с Тэдом
дальше?

— Таким, как
остальные тигры, он уже не станет. С
возрастом у него, как у всех, может
портиться характер. Работающие
тигры становятся более сварливыми,
драчливыми. Он может стать
сварливым, но диким — уже никогда. И
я приложу все усилия, чтобы он до
конца своей жизни оставался у меня.
Не буду менять уклад его жизни, не
отдам в зоопарк…

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер