издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"Закон должен быть понятен"

Валерий
Соколов:

"Закон
должен быть понятен"

Эту сессию будут обсуждать
вплоть до марта текущего года,
когда пройдет очередное заседание
областного парламента, на котором
одни попытаются отстоять свою
позицию, другие — позицию других.

Мы попросили
председателя комитета по
социально-культурному
законодательству Валерия Соколова
прокомментировать некоторые
вопросы, рассмотренные на
прошедшей сессии.

КОРР.:
Как вы оцениваете подготовку и
обсуждение бюджета-2000 в целом?

В.С.:
Сам процесс подготовки бюджета шел
относительно спокойно, потому что
депутаты за четыре года достаточно
хорошо изучили бюджетный процесс.
Многие уже не воспринимают так
обостренно некоторые особенности
формирования бюджета. Однако не все
депутаты смогли активно
участвовать в работе, которая
совпала с выборами в
Государственную Думу. Кроме этого,
бюджет вносился позднее и в более
сжатые сроки, чем предусмотрено
законом области. Это, видимо, также
сыграло свою роль, и не все депутаты
успели глубоко вникнуть в бюджет.
Поэтому появились некоторые
противоречия и отдельные вопросы
стали предметом острых дискуссий.
Правда, разногласий не так уж и
много. Есть некоторое
неудовлетворение депутатов с
территорий, но это всегда было.
Потребности всех территорий
максимально не удовлетворишь. Надо
помнить, что бюджет даже социальные
нормы и нормативы, в лучшем случае,
покрывает на 60%. Так что
неудовлетворенные все равно будут.
Мне кажется, что план регулировок в
этот раз составлен достаточно
корректно, и здесь я разделяю
достаточно жесткую политику
губернатора и администрации.
Нельзя допускать хронического
иждивенчества руководителей
местного самоуправления. Правда,
Братск, стоит вывести за скобки. Его
это не касается.

Надо,
все-таки, стремиться к
самостоятельности, умению
зарабатывать деньги. Проще
простого взять из областного
бюджета, но тогда мы формируем
иждивенчество, с которым постоянно
сталкиваемся. Необходимо все же
больше стимулировать энергию
некоторых дотационных территорий.
Однако у нас много территорий, где
социальные вопросы не закрываются.
С некоторыми руководителями
муниципальных образований, в
частности, Иркутского и Ангарского,
удалось договориться. Они не будут
настаивать на том, чтобы в текущем
году за ними законодательно были
закреплены доходы, заработанные
городом за счет увеличения
собственной доходной базы.

Основная
дискуссия развернулась вокруг
предложения депутата Гайдарова. Я,
конечно, согласен, что
дополнительно деньги на
здравоохранение, особенно с учетом
проблем по ВИЧ- инфицированным и
сахарному диабету, надо выделять,
но нельзя все взваливать на
областной бюджет. Проблему нужно
решать совместно с помощью
областного и муниципального
бюджетов.

КОРР.:
Договорные отношения с органами
местного самоуправления можно
выстроить, но странные вещи
выясняются. Сначала губернатор
снимает бюджет с ноябрьской сессии,
потому что он не прошел
согласования с территориями, а
потом из выступлений мэров и
депутатов вдруг выясняется, что
согласованные позиции главное
финансовое управление просто
игнорирует. Не кажется ли вам, что
это должно быть трехстороннее
согласование: муниципальное
образование, областная
администрация и Законодательное
собрание, то есть все субъекты
межбюджетных отношений? Тогда
многие вопросы на сессию бы просто
не выносились. Необходимо
выстроить схему между
"хотим", "можем" и "утверждаем".
Ведь по Братску на заседании
комитета было найдено
компромиссное решение. То есть
решить проблему можно. Надо просто
договариваться, особенно учитывая
то, что у нас нет вертикали власти.
Конечно, это будет нелегко, но зачем
обострять отношения? Нам, что,
больше нечем заниматься?

В.С.:
Согласен и я уже об этом говорил.
Обязательно нужны договорные
отношения между областным уровнем
и территориями. Даже если мы им
что-то поручаем, например, передаем
часть государственных полномочий,
то обязаны обеспечить эти
полномочия финансовыми ресурсами.
Наше законодательство позволяет
это делать. Эти отношения должны
выстраиваться в период отработки
минимального бюджета, а далее по
каким-то функциям — договорная
система. Для этого необходимо
договориться, какую долю расходов
берет на себя та или другая сторона.
Областной бюджет может полностью
взять на себя финансирование, а
потом произвести
перераспределение. Но на начальном
этапе все же надо договориться с
тем же Братском, Усть-Илимском
Тайшетом, Чунским районом. Пока
такой практики, к сожалению, нет.
Наверное, депутаты этого созыва не
смогли отработать некоторые
моменты, в том числе социальной
политики, взаимодействия
областного уровня и муниципальных
образований. В частности, яркий
пример этому разногласия по
программам
"Сахарный
диабет"

и
"Анти-СПИД". Желание решать
проблему есть, но решать ее все же
надо по-другому. Так что в наших
законах это уже продекларировано,
просто на практике осуществляется
слабо. Отсюда недовольство,
подозрения… Поэтому путь только
один: четкие критерии и договорные
отношения.

КОРР.:
То есть условия должны быть ясные и
понятные всем.

В.С.:
Я думаю, что мы к этой политике
подходим, потому что другого пути
не дано, иначе мы действительно
рождаем некую напряженность.

КОРР.:
Насколько, по-вашему, было
оправдано внесение изменений в
закон о выборах депутатов
Законодательного собрания.

В.С.:
С тех пор, как в 1995 году был принят
этот закон, федеральное
законодательство существенно
изменилось. Обогатилась
избирательная практика, которая
подсказала, что в некоторых
сторонах выборного процесса нужно
четче определить норму. Самый
спорный момент был по планке в 25%
участия избирателей. Разработчики,
в том числе избирательная комиссия,
предлагали ее убрать. Я же был
сторонником того, чтобы оставить
ее. Хотя идея вроде бы очень
симпатичная — зачем людям
навязывать выборы. Тем не менее, я
считаю, что на этом историческом
моменте планка 25% должна остаться.
Есть некое понимание признания
власти в том, чтобы она получила как
можно большую поддержку населения.
Есть опасность того, что, снижая
планку, мы можем сформировать
пренебрежение к выборам. Отношение
к выборам у нас и так невысокое. А
здесь мы, как бы даже установку на
пренебрежительное отношение к
выборам даем. К тому же, мы тем самым
государственную власть, избирком и
население расслабляем. Да и повод
даем каждому человеку говорить, что
мы создали облегченные условия
выборов для ряда депутатов
нынешнего Законодательного
собрания. С точки зрения
политологической, я вижу выборы как
некое политическое мероприятие,
формирующее элементы гражданского
общества, чего в России, к
сожалению, не хватает. Хотя
разделяю опасения, что выборы в
отдельных округах могут не
состояться, потому что это летний
период, после выборов в Госдуму,
президентских выборов. Возможна
некая апатия, усталость населения
от выборов. Надо бы по этому поводу
еще подискутировать.

КОРР.:
Многих сегодня интересует закон о
государственной молодежной
политике, который был принят во
втором чтении. Раньше у нас была
единая государственная политика по
воспитанию молодежи, а теперь у
каждого региона своя. Что нам даст
этот закон и на каком этапе он
находится?

В.С.:
Сегодня государственной
молодежной политики, такой, какая
она должна быть в современных
исторических реалиях, нет. Есть
некий набор деклараций и действий.
Можно согласиться с тем, что
работают какие-то структуры,
средства печати, объединения, но
настоящей молодежной политики нет.
Поэтому регионы решили
самостоятельно формировать
молодежную политику и пытаются
найти подходы к такой важной
социальной группе, как молодежь.
Сегодня очень важно определить
некие приоритеты и вокруг них
сосредоточить усилия структур, в
том числе государственных и
местного самоуправления. Наш закон
разрабатывался чуть ли не более
года, и работа была разносторонней.
Тут и молодежные организации
участвовали, и в СМИ публиковались
материалы, собирали предложения. В
орбиту подготовки было включено
много людей. В конечном итоге, закон
получился, на мой взгляд, неплохим.
Он позволяет требовать с власти
всех уровней более
сосредоточенного внимания к
проблемам молодых. Это и создание
соответствующих программ,
структур, финансирование
мероприятий, учет интересов
молодежи при рассмотрении тех или
иных проблем. Здесь определяется
роль учреждений образования,
культуры, спорта и т.д.

Мы не смогли
охватить всего комплекса задач
из-за нехватки финансовых ресурсов.
В идеале хотелось бы этим законом
обязательно решить две-три
проблемы: стартовые возможности
для получения образования, молодой
специалист и его трудоустройство и
молодая семья, то есть квартира,
мебель и т.д. Обязательность пока
отсутствует, но первый шаг сделан.
Власть взяла перед молодежью
обязательство по ее социализации,
удовлетворению интересов,
потребностей, становлению
полноценных граждан.

Вы обратили
внимание, что мы внесли поправку о
патриотическом воспитании? Идеи
патриотизма должны быть
обязательно.

Но закон
предполагает и дальнейшую работу в
этом направлении. Сейчас рабочая
группа приступила к разработке
закона о детских и молодежных
объединениях. Нужно создать
правовую и
организационно-финансовую основу,
для того, чтобы молодежь могла себя
реализовать через какие-то
объединения, которые будут
отстаивать интересы молодежи,
получать гранты, поддерживать и
другие возможности. Будут
разработаны закон о грантах на
молодежные инициативы и молодежная
программа области, которая
включает в себя комплекс
мероприятий. Под это мы будем
планировать в бюджете
соответствующие деньги.

КОРР.:
На этой сессии администрация
области отвечала на депутатский
запрос по погашению задолженности
по детским пособиям. Есть какой-то
положительный эффект от этого
запроса?

В.С.:
Не буду приуменьшать роли
депутатского запроса. Он
подталкивал чиновников к
действиям. Но объективно он совпал
с той линией, которую проводят
администрация и губернатор и
которая связана с этой острой
социальной проблемой. Да, сделано
много. В органах местного
самоуправления долг по выплате
детских пособий сократился на 40%.
Долг по областному бюджету растет,
но заметно замедлился. Затем
появились новые компенсационные
нормы. Сейчас население с
удовольствием пользуется
безденежными формами расчетов по
детским пособиям. В итоге общая
сумма задолженности сократилась.
Мы заложили в бюджет один миллиард.
Если ничего не изменится, то в
течение двух лет вместе с текущей
выплатой будет погашен этот долг.
Но, учитывая остроту вопроса, мы
решили в мае еще раз вернуться к
нему.

КОРР.:
С первого февраля на 20%
увеличивается пенсия, а всего с
ноября на 35%. С первого апреля
увеличивается зарплата и
работников бюджетной сферы. Между
тем война на Северном Кавказе
забирает колоссальные деньги.
Никакого роста экономики нет и не
предвидится. То есть мы знаем, что
денег нет, но повышение пенсий и
зарплаты будет. Я понимаю, что
инфляция увеличит рублевую массу,
но ее не хватит, потому что денег
нужно очень много. Как вы думаете,
за счет чего будут индексироваться
пенсия и зарплата? Или начал
работать печатный станок?

В.С.:
Действительно, объем денежной
массы требуется большой.
Пенсионерам от повышения пенсий
легче не станет, потому что
инфляция тут же съедает вс„, и они
продолжают оставаться за чертой
бедности. Обидно за стариков. Они
так много сделали для нашего
государства, а оно обрекло их на
вымирание. Откуда будут взяты
деньги, пока не ясно. Исполняющий
обязанности президента об этом не
говорит. Не исключено, что за счет
разницы мировых цен на нефть. Зная
состояние нашей экономики, другие
источники назвать трудно, но не
исключено, что и станок включили.
Потому что и на Чечню, и на
президентские выборы деньги нужны
немалые. Поэтому можно ожидать, и
уже есть прогнозы, что в мае-июне
начнутся сложности в финансовой
системе. Правда, хотелось бы
надеяться, что этого не произойдет.
Хорошую надежду дает пример ряда
регионов, в том числе нашей области,
где объем выпускаемой продукции
вырос в прошлом году почти на 11%.
Следовательно, появилась
возможность чуть больше средств
направить в бюджетную сферу, на
социальную политику.

Артур
Дан.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер