издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"Мало кто знает, что такое водка"

Владимир
КОМАРОВ:

"Мало
кто знает, что такое водка"

С этих слов
Генеральный директор ОАО
"Кедр" начал экскурсию по
своему предприятию, на которую были
приглашены уважаемые люди Иркутска
— учителя, врачи, ветераны,
сотрудники мэрии, журналисты.

— Если бы
люди знали, как мы делаем водку, им
бы в голову не пришло доверять
слухам о пресловутой "чеченской
линии", которая якобы существует
на "Кедре" и где, как шепчутся в
городе, изготовляют по ночам
"катанку", — с возмущением
сказал Комаров.

После того
как "экскурсанты" прошли через
проходную, напоминающую по
технической оснащенности пункт
таможенного досмотра в
Шереметьево, сопровождающий нас
начальник службы безопасности
объяснил, что видеокамера
фиксирует абсолютно всех и все, что
движется через проходную. Запись на
всякий случай сохраняется две
недели: это лишь одна из многих
особенностей тройной системы
охраны, действующей на режимном
объекте.

Рассказывая
историю завода, который был
построен в 1904 году по царскому
указу, директор провел нас через
удивительно чистый (ни одного
окурка) двор в святая святых —
спиртохранилище.

— В этих
шести емкостях, установленных еще в
начале века, — Владимир Иванович
подвел нас к огромным, на
лиственничных стволах цистернам, —
хранится спирт, изготовленный из
чистейшей пшеницы, 17 тысяч
декалитров в каждой. Если в емкость
попадет хотя бы соломинка (о
нелегальном спирте говорить
смешно), лабораторный анализ это
немедленно покажет. Спирт можно
будет сливать в канализацию.

Затем мы
прошли в цех водоподготовки, где
ангарская вода проходит пять
ступеней очистки — от механических
частиц, хлора и всех остальных
примесей, на молекулярном уровне.
Стоимость купленной в Англии
установки — 350 тыс. долларов. В
фильтрах самые экзотические
компоненты, включая кожуру кокоса.
Подготовка воды завершается тем,
что в нее добавляют специальные
растворы, необходимые для
приготовления того или иного
напитка.

В
лаборатории водочного
производства мы полюбовались
газохроматографом. Прибор
позволяет, с точностью до молекул,
сравнивать пробы продукции,
которые отбираются на всех этапах
изготовления напитков, с эталонами,
закупленными в московском
институте. Не допускается малейшее
отклонение от нормы.

Затем мы с
Владимиром Ивановичем прошли в цех
розлива "Старки" и
"Перцовой". Директор объяснил,
что работа начинается с того, что
утром приходит налоговый
инспектор. Только при нем с
коммуникаций, опломбированных в
его же присутствии вечером,
снимаются пломбы. На линии стоят
счетчики. Первый контролирует
объем жидкости, поступающей по
трубопроводу, второй считает
бутылки, третий — короба. Показания
счетчиков контролируются
аккредитованным на заводе
налоговым инспектором, который
сравнивает их с данными в
бухгалтерии.

В заключение
Владимир Комаров познакомил нас с
работой отдела сбыта. Отлаженный
механизм работал без осечек. А
когда мы через двор шли в
дегустационный зал, директор
показал тележку с замком и пломбой.
На ней в сопровождении охранника
возят напитки в фирменный магазин,
торгующий с улицы.

Когда
участники "дня открытых
дверей" собрались в
дегустационном зале, где им были
предложены безалкогольные напитки,
директору задали вопрос: "Где же
в таком случае обманывают
потребителя?".

— Вы увидели,
что условие производства нашего
предприятия — качество, — ответил
Комаров, — но наши гарантии
заканчиваются за воротами. Слишком
много прорех в существующем
торговом законодательстве. Мы, к
примеру, знаем водку в кедровском
обличье, которая приходит из
Северной Осетии…

О чем
говорить, если легальность
алкогольного бизнеса в России не
превышает 65%? В Иркутске действует
732 лицензии на право работать с
алкоголем. С "Кедром"
сотрудничает лишь сто держателей
этих лицензий. Чем торгуют
остальные? В каком ларьке вы видели
приборы для считывания цифрового
магнитного кода с бутылок? Или
приборы для идентификации акцизных
наклеек? А куда идет технический
спирт с гидролизных заводов в Зиме,
Тулуне, Бирюсе? Они дают 3,5 млн.
декалитров в год. Только за прошлый
год в Иркутске был закрыт 121
подпольный цех. Вот вам и дешевая
водка, которая не лечит, не веселит,
а убивает и приносит бутлегеру 20
рублей с каждой бутылки. Если
поймать его за руку, обманщик
отделается смехотворным штрафом…
Выход один. Законодательное
собрание области должно
повернуться лицом к проблеме,
защитить людей и навести порядок в
торговле. Другого пути нет.

Владимир
КИНЩАК, "Восточно-Сибирская
правда".

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное