издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Не помним самого главного

Не
помним самого главного

Леонид МУХИН,
журналист

Куда бы ни
поехал путешественник по просторам
Иркутской области, везде он
натолкнется на останки ГУЛАГа.
Только вокруг областного центра
расположены Александровский
централ и Ангарск, построенный на
костях зэков, Слюдянка, Усолье,
Черемхово, Свирск, где японцы
положили свой кирпичик в
построение социализма. А чуть
подальше, в Жигалово, Бодайбо,
Балаганске, Киренске тоже
находились отдельные лагпункты.
Зэки трудились на острове Ольхон,
строили ГЭС, заводы, железные
дороги, комбинаты. Одним словом, вся
промышленность послевоенных лет
поднималась горбом тысяч рабов.

И что же,
как-то отражено это в истории
развития нашего региона? Никак.
Высшие партийные, военные и
комсомольские чины за свой
"подвиг" получили награды, их
имена вписаны в летописи ударных
строек, а тысячам узников достались
кресты — деревянные, это в лучшем
случае. В худшем — колышки над
могилой или палки с жестяной
табличкой.

Очень
хороший праздник существует для
ветеранов войны — День Победы. Мы
вспоминаем всех бойцов, от
генералов до рядовых, и воздаем им
должное из года в год. Правильно
говорят: "Никто не забыт, ничто не
забыто".

Иное дело с
ГУЛАГом. У нас нет ни святого дня, ни
воспоминаний о миллионах
тружеников, ни памятников, ни
ухоженных могил. Ничего.

Вы думаете,
Тайшет славен директором ЦАРМЗа
Ивановым, мэром Петровым или
начальником лаготделения
Сидоровым? Нет. Зато все знают, что
здесь сидела певица Лидия
Русланова, ее муж герой Советского
Союза генерал В.В. Крюков, писатели,
военные, дипломаты, иностранцы,
артисты, композиторы, конструкторы,
врачи. В Тайшете нет ни одного
места, увековечивающего память о
тех временах. Нет даже захудалой
мемориальной доски, где бы речь
зашла об истинных строителях
трассы Тайшет — Лена. Такое же
положение в любом поселке, городке
по железнодорожной магистрали на
протяжении 720 км.

В Вихоревке
на вокзале поставлен монумент в
виде паровоза, символизирующего
путь в коммунизм. Чем известна
Вихоревка сегодня? Тем, что там
лечили пьяниц на ЛТП со всей
области. А впишите на паровозе
золотыми буквами имена писателя
П.Набокова, Д.Чикоша(Венгрия),
лауреата Сталинской премии
П.Гельвиха и других, отношение к
Вихоревке будет другим.

В Торее на
взгорке стоит единственный во всей
области символ ГУЛАГа. Местный
житель своими силами воздвиг на
месте лагеря огромный крест, и
когда пассажиры проезжают мимо
знаменитой сопки, всегда задают
вопрос, кому установлен этот
памятник. И обязательно найдется
человек в поезде , кто расскажет о
лагерном прошлом этой местности.

Богом
забытая станция Чукша раньше была
оживленным и густонаселенным
пунктом, здесь располагались
лаготделение, отличный госпиталь,
склады для всего Озерлага. Жители
окрестных деревень везли лечить
своих детей и жен у искусных зэков —
врачей. Самым заметным местом
нынешних дней осталось кладбище,
затерянное в тайге. 4-5 лет назад
вместе с бывшими узниками Озерлага,
съехавшимися с разных мест, мы
сделали вылазку в Чукшу. Долго в
тайге искали могилы, уже отчаялись,
и все же среди густых дебрей, травы,
сучьев, пеньков распознали
лагерные холмики. Единственным
напоминанием о вечном городе была
мемориальная табличка о дворянине
Ю.М.Янковском. Так со своим дядей
через 40 лет встретилась Татьяна
Павловна Бордовская (дев.
Янковская). Этот трогательный
момент я запомнил на всю жизнь и
сделал снимок. Непередаваемое
счастье жительницы Петербурга,
бывшей узницы Тайшета. Я дважды был
у Т.П.Бордовской в Питере, и мы
каждый раз вспоминали размытую
дождем дорогу, поиски, отчаяние и
удачу, посланную богом.Так и висит
на березе в непроходимой чаще
знаменательная табличка, знак из
прошлого, если только ее не утащили
любители цветных металлов.

Постепенно
забирают прах своих потомков
прибалты, японцы за 10 лет нового
тысячелетия увезут с безымянных
могил своих сгинувших в аду ГУЛАГа
соотечественников.

Видя такое
наследие коммунизма, двойные
стандарты большевиков, трудно
войти в 21-ый век с очищенной душой.
Воркуте помогли поставить памятник
погибшим в ГУЛАГе поляки,
свердловчанам и магаданцам — Эрнст
Неизвестный. Нет мемориала только у
нас, и это кощунство. Коммунисты
разрушили храм, чтобы воздвигнуть
Дом Советов, памятник Ленину в
Иркутске стоит на месте
разрушенного лютеранского храма ,
но нет места , куда бы можно было
возложить цветы родственникам
репрессированных. Да простят меня
старики, Пивовариха является
слишком конкретным местом и не
отражает (или частично) всей
трагедии эпохи. К тому же она лежит
в стороне от Иркутска.

Решение об
открытии мемориала, как ни крути,
упирается в инициативу власти.
Возможно, здесь не обязателен
огромный, помпезный памятник, ведь
в Москве на площади напротив
Лубянки лежит небольшой соловецкий
камень.

Я много думал
о том, каким должен быть памятник в
Иркутске или Тайшете, а решение
нашел в Германии. Огромнейшим
потрясением для меня стало
знакомство с госпожой Рудин и с
творчеством ее отца, знаменитого
немецкого скульптора Фрица
Тайльмана. Никак не мог подумать,
что автор самых веселых и задорных
фигур в городе Пфорцхайме (побратим
Иркутска) сидел в сибирском ГУЛАГе.
Мастерская Ф.Тайльмана полна
огромного количества
неосуществленных проектов, и в ней
есть самые простейшие идеи
памятников павшим. Через Тайльмана
я увидел, сколь много общего в
истории России и Германии! Самое
интересное, что госпожа Рудин
готова безвозмездно поделиться
творческими находками отца, а он в
Германии такая величина, как,
скажем, у нас Коненков или Вучетич.

Я отснял
целую кассету на видео в мастерской
Тайльмана, попросил снять с полки
старую книгу на немецком, где речь
идет о лагерях в Иркутске , где
сидел ее гениальный папа. И потом
долго не выходило из головы желание
перенести мысли немецкого
скульптора на берега Ангары.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер