издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Главная задача -- безопасность гоcударства

Главная
задача — безопасность гоcударства

Декабрь для сотрудников
службы государственной
безопасности значителен двумя
событиями. 20 (7) декабря 1917 года
постановлением Совета Народных
Комиссаров была создана
Всероссийская Чрезвычайная
Комиссия — ВЧК. Служба много раз
меняла название: ВЧК — ОГПУ — НКВД —
МГБ — КГБ. Не менялась суть. Чекисты
всегда служили государству —
Советскому Союзу. Какой была
государственная власть, такой была
и служба. Но главной и неизменной
задачей органов всегда была
безопасность государства. Задача
эта сохранилась и после того, как 3
декабря 1991 года Михаил Горбачев
подписал памятный для всех
чекистов Закон о реорганизации
органов государственной
безопасности. О том, какие
последствия это имело для
спецслужбы, в беседе с Владимиром
КИНЩАКОМ рассказывает начальник
регионального управления ФСБ по
Иркутской области генерал Владимир
СУББОТИН.

— Шаг, на
который пошло руководство страны,
был оправдан интересами
обновленной России. В Советском
Союзе КГБ был вооруженным отрядом
партии. А политические реалии 1991
года, реалии нового
геополитического пространства, в
котором не стало СССР и появилось
СНГ, требовали вывести органы
государственной безопасности с
поля политической битвы и
поставить перед ними, уже в новом
правовом пространстве, задачу
защиты личности, общества,
государства.

Правовую
основу под нашу деятельность
подвел Закон "Об органах
Федеральной службы
безопасности". Закон
сформулировал задачи, компетенцию,
меру нашей ответственности.

Другой
вопрос, чего эта ломка стоила нам.
Сокращение численности личного
состава. Почти ежегодные
реорганизации и смены наименования
службы. Все было сделано для того,
чтобы минимизировать наше влияние
на демократические реформы в
стране.

В 1991 г. указом
Б. Ельцина КГБ был преобразован в
Агентство федеральной
безопасности РСФСР. В 1992 г. АФБ
указом Б.Ельцина было превращено в
Министерство безопасности. С
декабря 1993 г. служба стала
называться Федеральной службой
контрразведки, и лишь 3 апреля 1995 г.
она получила сегодняшнее название —
ФСБ.

— Мы потеряли
целую когорту профессионалов,
работников с большим опытом, —
продолжил генерал, — а кадровые
потери, особенно для спецслужбы,
очень тяжелы. Восстанавливаемся до
сих пор. Впрочем, у этой медали есть
и другая сторона. Сегодня в службу
пришли новые люди, выросшие уже в
другой стране, в стране с рыночными
отношениями. При этом удалось
сохранить и профессионализм, и
традиции, и наработанный годами
опыт. Ведь профессиональные
особенности работы всех спецслужб,
их задачи достаточно единообразны
и не политизированы. Это
оперативно-розыскная деятельность,
анализ информации, формирование
оценок, попытка прогнозирования
ситуации, выдача рекомендаций
высшим эшелонам власти —
исполнительным и законодательным.

— И как вы
решаете кадровую проблему?
Насколько мне известно, у ФСБ лишь
одна академия. Вряд ли она может
обеспечить потребности всех
региональных управлений.

— Конечно же,
одна академия не решает кадровую
проблему. У нас есть несколько
базовых учебных заведений, из
выпускников которых мы и подбираем
сотрудников. В этом году, к примеру,
мы взяли на службу 25 выпускников
иркутских вузов. Впоследствии эти
ребята доучиваются в наших
институтах и академии. Кроме того, к
нам приходят бывшие офицеры
Российской армии. С ними проще,
поскольку они знают военную службу.
Должен сказать, что кадровый вопрос
имеет и оборотную сторону. Скромная
заработная плата и безнадежно
длинная многолетняя очередь на
жилье (начальник РУ ФСБ второй год
живет на частной квартире). Эти
условия отталкивают многих.
Остаются лишь те, кто готов служить
Отечеству практически
безвозмездно. И таких, к нашему
счастью, достаточно много.

— Статья 12-я
Закона об органах государственной
безопасности предписывает вам
заниматься не только
контрразведкой, но и
разведывательной деятельностью.
Значит ли это, что сотрудники
Регионального управления работают
за рубежом?

— Термин
"разведдеятельность" вовсе не
означает присутствие наших
сотрудников за рубежами страны. Мы
— территориальный орган и работаем
со своей территории. Новые
демократические устои российского
общества широко открыли двери для
иностранцев. Закрытых районов в
стране осталось очень мало. Акценты
в разведдеятельности сместились в
область легальной разведки.
Естественно, что коллеги из
иностранных спецслужб этим
воспользовались. Вот с этой
категорией нам и приходится в
основном иметь дело. И здесь трудно
отделить разведку от
контрразведки.

В результате
хорошо спланированной и
кропотливой работы РУ ФСБ в
Иркутске был разоблачен кадровый
сотрудник иностранной разведки.
Под видом работника
представительства коммерческой
фирмы он собирал информацию о
местонахождении ракетных
комплексов "Тополь- М" и
"С-400". Разведчик был задержан с
поличным во время получения от
гражданина России секретных
материалов. 16 мая 2001 года Иркутский
областной суд осудил его по ст. 276 УК
РФ "шпионаж" к 10 годам лишения
свободы в колонии строгого режима.

— Теперь по
второй половине вопроса, —
продолжил генерал. — Наше
разведуправление получило
достоверные данные о
местонахождении баз бен Ладена в
Афганистане. Эта работа была
выполнена очень квалифицированно и
получила высокую оценку. Есть и
другие примеры, когда мы
специфическими методами и
средствами смогли обеспечить
стабилизацию политических
движений в сопредельных странах.

— В прессе
достаточно масштабно освещается
работа в Чечне сотрудников УВД
Иркутской области. Командировались
ли на Кавказ военнослужащие
регионального управления? Кто
именно и чем они там занимались?

— В Чечне
работают исключительно
профессионалы — оперативные
работники и спецназ. Именно они
командируются в Чечню и делают там
то, что умеют делать хорошо.
Устанавливают и задерживают
боевиков, выявляют и уничтожают
базы террористов, изымают оружие,
боеприпасы, взрывчатку. К
сожалению, есть потери. В сентябре
при выполнении боевого задания
геройски погиб майор Виталий
Арьков. Он посмертно представлен к
ордену Мужества.

В 2001 году 45
офицеров и прапорщиков
регионального управления приняли
участие в антитеррористической
операции на Северном Кавказе,
многие во второй и третий раз. 14
военнослужащих представлено к
орденам и медалям.

— Это в Чечне,
а в Иркутске? Как у нас обстоят дела
с терроризмом?

— Для начала
давайте уточним, что называть
терроризмом. Уголовное
законодательство определяет
терроризм как
социально-политическое явление,
связывая уголовное преступление с
социальной ролью жертвы. Поэтому
убийство зам. прокурора Братска
Синицына, представителя Ингушетии
Кодзоева, расстрел в
национально-культурном центре
"Бирлик" не могут
квалифицироваться как
террористические акты. Это чисто
уголовные преступления. К такому
выводу пришли наши специалисты
после тщательного расследования.

А вот другой
эпизод. В августе этого года на
основании оперативной информации,
полученной из Москвы, нашими
сотрудниками был обнаружен тайник.
В нем находились огнестрельное
оружие, взрывчатка и план города.
Этот арсенал вполне мог быть
использован для организации
терактов в местах скопления народа.

РУ ФСБ
проводило поиск признаков
терроризма и в каждом случае
крупных транспортных аварий:
крушение Ту-154, поезда "Хабаровск-
Харьков". В последнем случае была
задержана группа лиц, совершивших
преступление. Однако выяснилось,
что мотивом их действий была
корысть.

Нас
буквально донимают "телефонные
террористы". Только в этом году
было зарегистрировано более 200
телефонных звонков и писем с
угрозами "взорвать" или
"убить". Каждая такая угроза
требует немедленных действий и
отнимает много времени. Но 18
анонимов нами совместно с
работниками УВД обнаружены и
понесут ответственность.

— Пресса
сообщает о том, что в своем
стремлении "наказать" мировой
терроризм спецслужбы США стремятся
перекрыть финансовые каналы, по
которым к талибам поступали
средства из американских и
европейских банков. Не секрет, что
чеченские бандиты во время первой и
второй чеченской войны получали
деньги через российские банки
посредством фальшивых авизо и
других финансовых махинаций.
Работают ли ваши сотрудники в этом
направлении?

— Не так
давно нами был выявлен и
расследован факт хищения большой
суммы денег в Байкальском банке.
Около 5 миллионов рублей были
украдены с использованием
компьютерных технологий. Это новый
для нас вид преступной
деятельности. Опыта пока мало.

— Последние
события с заказными убийствами
показывают, что терроризм часто
маскируется под уголовщину и
наоборот. Какие меры принимает РУ
ФСБ против организованной
преступности?

— Это
"поле" разрабатывается
органами внутренних дел. Мы
участвуем лишь тогда, когда
совершаются преступления,
относящиеся к нашей компетенции,
или в тех случаях, когда
оргпреступность проникает в органы
государственной власти, наносит
большой ущерб обществу и
государству. К примеру, есть
заслуга сотрудников РУ ФСБ в
разоблачении крупного наркодельца
Э.Г. Рудых. Его уголовное дело
сегодня расследуется судом. А вот
еще один случай. В начале года в
Усолье-Сибирском сотрудники ФСБ
задержали при попытке совершения
преступления группу из шести
человек, занимавшуюся разбоями и
убийствами. Изъято оружие, заведены
уголовные дела.

— Закон
предписывает ФСБ заниматься
вопросами экономической
безопасности страны. В данном
случае, как я понимаю, идет речь об
экономической безопасности
Иркутской области. Как вы ее
обеспечиваете?

— Это
приоритетное направление нашей
работы, и у него много аспектов.
Начнем с того, что сегодня крупные
зарубежные компании и
межнациональные корпорации
стремятся закрепиться в регионе и
укрепить свое влияние. Естественно,
что национальные спецслужбы
принимают в этом участие. Они
помогают проникновению в регион
своего бизнеса. Способствуют
достижению односторонних выгод,
превращению нашей страны в
сырьевой придаток. Работа
контрразведки состоит в том, чтобы,
с одной стороны, своевременно
выявлять угрозы нанесения ущерба
экономике области, а с другой —
изучать и анализировать причины
инвестиционной
непривлекательности региона. Ведь
государственная политика
направлена на привлечение
иностранного капитала в страну.
Только за последние полгода нами
было подготовлено и направлено в
адрес администрации президента РФ
и в правительство России около 20
аналитических материалов.

Хочу к этому
добавить, что благодаря работе
наших сотрудников была
приостановлена деятельность
недобросовестного иностранного
инвестора Сухоложского
месторождения. Мы также
способствовали заключению
выгодных контрактов по продаже за
границу российского вооружения.
Еще один конкретный результат
связан с попыткой иностранных
партнеров стимулировать
конкуренцию между крупными
российскими промышленными
компаниями, работающими на мировом
рынке, и на этом заработать самим.

— Сегодня в
области вольготно себя чувствуют
разнообразные экологические,
образовательные и гуманитарные
фонды. За ними нередко скрываются
иностранные спецслужбы. Используя
систему грантов, они финансируют
интересующие эти спецслужбы
проекты. В результате ваши коллеги,
используя руки и мозги российских
граждан, собирают полезную для себя
информацию. В какой степени вы
контролируете эту деятельность?


Деятельность этих фондов
регулируется правительственными
решениями, и мы не можем запретить
научно-технические контакты.
Благодаря им решаются вопросы в
интересах территорий и населения.
Но, конечно, мы контролируем эту
деятельность. А в тех случаях, когда
она выходит за правовые рамки и
интересы России ставятся под
угрозу, принимаем меры. При
необходимости мы выдворяем
нежелательных иностранцев,
запрещаем им въезд.

Что касается
экологических фондов, то вы правы,
ими руководит экологическая
разведка США. С одной стороны, она
ставит задачу мониторинга
экологической обстановки на наших
территориях, а с другой —
параллельно нарабатывает материал
для нанесения нам ущерба. Есть
примеры. Дело Пасько во
Владивостоке… Экологическая
разведка США основательно залезла
на территорию Южного Урала. Через
различные фонды они пытаются
дирижировать нашей работой по
совершенствованию ядерного оружия,
проводят акции по запрещению
строительства атомных
электростанций.

— Владимир
Евгеньевич, наша беседа приурочена
к дате. 20 декабря вы и ваши коллеги
отметите день рождения службы в 84-й
раз. Скажите, если можно, что-нибудь
оптимистичное, отвечающее
моменту…

— Думаю, что
для профессионального оптимизма
основания появились. Государство
стало больше уделять внимания и
самой спецслужбе в целом, и, что
очень важно, ее технической
оснащенности. В городе при
поддержке ФСБ Москвы нам удалось
создать антитеррористический
центр. Он обеспечивает
безопасность в Иркутской и
Читинской областях, на территории
Бурятии.

Улучшаем
условия работы в региональном
управлении. Сделали посильный
ремонт в нашем очень старом здании.
Переоснастили медицинскую службу.
Удалось, хотя и с трудом, сдать
четвертую очередь жилья. Часть
сотрудников получила квартиры.
Проблема жилья очень болезненна и
очень важна для управления.
Очередников более 200 человек. Есть
офицеры, которые вообще никакого
жилья не имеют. Но если будет так,
как мы планируем, то на следующий
год удастся получить порядка 20
новых квартир. Директор ФСБ и его
заместитель, которые у нас были
летом, дали определенные гарантии.

Редакция
"Восточно-Сибирской правды",
творческий коллектив газеты
поздравляют сотрудников РУ ФСБ по
Иркутской области с
профессиональным праздником.

Желаем всем
чекистам здоровья, успехов в их
трудном, но необходимом для России
деле.

Генерала
Владимира Субботина редакция
"Восточки" поздравляет с
присвоением высокого воинского
звания.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер