издательская группа
Восточно-Сибирская правда

На пределе возможного

Владимир Капустин играл Варлама Шаламова в фильме «Завещание Ленина», не щадя себя

На канале «Россия» с большим успехом прошёл многосерийный фильм «Завещание Ленина» по произведениям Варлама Шаламова. Режиссёр картины Николай Досталь («Штрафбат», «Полицейские и воры», «Коля - перекати-поле») решил рассказать людям о трагической судьбе писателя к 100-летнему юбилею Варлама Шаламова. Этот человек из-за своих политических убеждений ещё в юности был объявлен врагом общественного строя, прошёл тюрьмы и лагеря, но не сломался. Нам удалось встретиться с актёром Владимиром Капустиным, сыгравшим главную роль в фильме – Варлама Шаламова.

— Владимир, «Завещание Ленина» — это третья по счёту картина, где вы снимаетесь у одного и того же режиссёра – Николая Досталя. Наверное, на главную роль вас утвердили уже без кастинга?

— Наше знакомство с Николаем Досталем началось с того, что один мой друг, с которым мы вместе служим в театре Армена Джигарханяна, показал ему мою фотографию. Николай тогда набирал актёров в фильм «Штрафбат». Там было много хороших актёров, мне досталась далеко не главная роль. Поэтому я очень удивился, когда режиссёр вдруг позвонил и пригласил меня на съёмки фильма «Коля — перекати-поле», это продолжение фильма «Облако-рай». Я обрадовался, потому что «Облако-рай» был одним из самых любимых моих фильмов. Я согласился сразу же, не раздумывая. А потом, когда мы закончили работу, режиссёр мне сказал, что у него намечается новый большой проект, и попросил, чтобы я почитал «Колымские рассказы» Варлама Шаламова. Я тогда и предположить не мог, что Николай Николаевич возьмёт меня на главную роль! К тому же без кастинга, с одними только фотопробами. И я очень был горд, что он доверил мне такую замечательную роль!

— А до этого вы были знакомы с творчеством Варлама Шаламова?

— Нет, но когда я уже вплотную готовился к роли — перечитал и все его ранние рассказы, и стихи, и переписку с друзьями, и статьи в журналах. Это великий писатель и человек! Он всё очень тонко чувствует, а потому так точно пишет… Этот человек провёл в лагерях много лет, но он очень критически относился к блатному миру, ненавидел его и мстил ему. Помните, был момент в фильме, когда он после первой отсидки расстаётся со своей женой и говорит: «Я буду им мстить!»

От комедии до трагедии

— Это ваша первая масштабная роль в кино. Что сказал руководитель театра Армен Джигарханян, когда узнал, в какой роли вы будете сниматься?

— До того, как я ему сказал, он звонил продюсеру фильма Владимиру Досталю — они друзья, как я понял. И когда я принёс из кинокомпании документ ему на подпись, оказалось, что Армен Борисович уже обо всём знает. Сказал, что рад за меня, что отпускает на съёмки и благословляет.

— А правда, что в театре у вас в основном комедийные роли?

— Я не разделяю роли на комедийные и не комедийные — мне нравится, когда в герое сочетается всё: и смешное, и несмешное.

— Как друзья и коллеги отозвались о вашей новой работе?

— Звонят до сих пор, пишут эсэмэски, поздравляют. Фильм понравился практически всем. Мама похвалила, сказала: «Ты молодец, хорошо сыграл». А мамино мнение для меня дорогого стоит. Я помню, однажды она пришла ко мне в училище во время зимней сессии, когда я сдавал экзамен. Мне поставили нормальную оценку, едем с ней домой, каникулы впереди… А она вдруг говорит: «Вова, не надо тебе заниматься этой профессией!» Но потом её мнение, слава богу, изменилось…

— Не было сомнений, что не справитесь с ролью?

— С Досталем сомнений не было. С ним мне всегда было легко работать. Этот человек мне очень близок и как личность, и как режиссёр.

— Сколько времени шли съёмки фильма?

— Я работал с конца марта прошлого года до ноября. Я как раз только прилетел из Марселя, с театрального фестиваля, где мы после работы ещё умудрялись купаться и даже загорать. И тут же отправился на съёмки «Завещания Ленина» в Мурманскую область — в зиму, в снег, в полярную ночь…

— Мёрзли с непривычки?

— Бытовые условия были в норме. Мы жили в хорошей гостинице, у меня был свой номер. Каждое утро выезжали на площадку, снимали кино, а вечером возвращались обратно. Скажу по секрету: бараки, в которых проходили съёмки, были тёплые. А в «столовой» даже поставили настоящую русскую печку! Для актёров были созданы все условия для нормальной работы. А то, что пишут в Интернете, будто я во время съёмок ноги отморозил, – это всё выдумки.

— Как далось вам вхождение в эту сложную роль? Какие были трудности?

— Просто было тяжело. Даже сама атмосфера вокруг создавала дополнительное напряжение. Но Николай Николаевич сумел задать правильный рабочий тон — спасибо ему большое за это. Да, трудно вынести такое напряжение — и физическое, и душевное… Честно скажу, когда съёмки закончились, я почувствовал сильнейшую усталость. Я даже думаю, что это как-то повлияло на моё здоровье…

— В фильме есть большой временной разрыв, когда вы из молодого мужчины превращаетесь в измученного старика. Не испугались, когда в первый раз увидели себя в этом гриме?

— Я боялся только одного: что грим будет выглядеть ненатурально. Но всё получилось хорошо. Ко мне на улице подходили люди, чтобы поблагодарить за роль, и говорили: «Ой, а вы такой, оказывается, молодой! А мы думали – вы и правда старый…».

— Вы и в первой серии не похожи на себя настоящего: у вашего героя были такие грустные и задумчивые глаза…

— Когда мы с режиссёром работали над сценарием, мы решили, что мой герой должен быть достаточно скупым на эмоции человеком. Такие люди держат всё внутри. Я создавал именно такой образ.

— Удавалось из Мурманска вырываться домой, в Москву?

— Иногда такое случалось, но очень редко, да и то на два-три дня. И эти переезды очень сильно мешали работе. Да, была необходимость вернуться домой, родных своих увидеть. Но плохо было то, что я «вылетал» из работы, из того состояния, в котором пребывал. А я привык: если уж взялся за что-то, то работать, работать и работать… Иначе охватывает тревога, что могу что-то важное упустить.

— Расскажите немного о своей семье. Кто вас ждёт дома?

— Жена Катя, с которой мы вместе уже пять лет, и сын Тимофей, которому в августе исполнится четыре года. Жена работает кастинг-директором в одной московской кинокомпании, а с сыном пока сидит нянечка. На лето к нам приезжает моя мама. Тимофей у меня молодец! Он знает почти все цифры, может до ста сосчитать, буквы складывает в слова. А ещё в компьютере разбирается, любит в Интернете сидеть! У него есть свои, детские сайты, на которых много специальных детских игр, которые учат читать, считать, развивать память, внимательность…

Сибирский характер

— Повлияло ли на образ вашего героя то, что вы и сами не москвич?

— Приезжие люди всегда очень сильно отличались и отличаются от коренных москвичей. В этом тоже есть моё с Шаламовым сходство. Я сибиряк — родился в городе Ангарске, это час езды на электричке от Иркутска. Жил там с мамой и старшим братом. Отец наш умер рано, я его и не помню практически… Вот мы и жили втроём, все остальные родственники жили во Владивостоке. Каждое лето дедушка забирал меня во Владивосток, и ехать в поезде было для меня таким счастьем! Я даже в детстве мечтал машинистом стать! Когда учился в девятом классе, мы с друзьями случайно попали в местный Дом культуры… И остались там. Ставили сказки для детей. До сих пор помню, как я играл кота Базилио, после чего взрослые люди из театра сказали мне: «Володь, тебе надо поступать в театральный». Я не думал о том, что буду актёром, но эти зимние сказки по-человечески меня очень затронули. Мне так нравилась театральная атмосфера, когда я выходил на сцену, видел счастливые глаза детишек… Тогда я подумал: «А дай-ка попробую!»

В театре у меня была хорошая подруга, которая готовила меня к вступительным экзаменам в Иркутское театральное училище. С ней я учил стихи, прозу. И когда подошли выпускные экзамены в школе, я готовился по большей части не к ним, а учил стихи, стоя перед зеркалом. Когда я в первый раз попал в театральное училище, мне запомнился один актёр. Он вёл себя настолько классно, свободно, легко, что именно в тот момент я подумал: «Всё, это моё!» Поступил я без каких-либо проблем. А после окончания училища мой руководитель Валентина Александровна Белова сказала: «Поезжай-ка ты в Москву!» Но во ВГИК я поступил только со второго раза.

— Удаётся на родине побывать хоть изредка?

— Очень редко… Я всегда воспринимал Ангарск как город своего детства – солнечный, уютный… Но как-то приехал туда, шесть вечера – а на улице никого! Пустые дворы, без весёлого детского крика… Даже разочаровался немного…

— Трудно было студенту привыкать к столичной жизни?

— Первый год очень тяжело было. Там, где я родился, – тишина и простор, Москва меня просто ошеломила своим ритмом. Но я погружался в работу и обо всём забывал. В 1998 году — так же, как и все выпускники — я показывался во всех театрах, и меня взял к себе Армен Борисович Джигарханян.

— А что вам ближе — кино ли театр?

— Театр! Вот только недавно я стал получать удовольствие от кино. А раньше, когда были маленькие роли, было тяжело. Как и любому актёру, мне хотелось в этой роли показать всего себя, но не получалось…

— В Москве уже освоились?

— В 2003-м мне посчастливилось купить квартиру. Зная, какие трудности люди испытывают с жильём здесь, в Москве, считаю, что мне очень повезло. Вот недавно ещё и машину купил, о которой давно мечтал, — джип.

— На отдых время остаётся?

— В конце июня у меня закончились все проекты. Сначала отдохнём где-нибудь с ребёнком, а потом оставим Тимофея с бабушкой и махнём куда-нибудь с Катей вдвоём. Нам до сих пор не хватает друг друга!..

Беседовала Елена СОКОЛОВА

Фото из архива Владимира КАПУСТИНА

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное