издательская группа
Восточно-Сибирская правда

По горячим следам

Истории о поджогах жилых «деревяшек» в Иркутске, уже три месяца остающихся безнаказанными, получили неожиданное продолжение. Виновным, по крайней мере в части пожаров, следователи считают 14-летнего подростка, проживавшего в одном из сожжённых домов. Однако возгорания после его поимки не прекратились.

География возгораний

14-летний мальчик Костя с мамой приехал в Иркутск из Братска. Семья сняла в деревянном доме № 22а, стоящем по улице 3-го Июля, квартиру. 8 февраля в результате поджога этот дом сгорел. 

Это был не первый пожар в 130-м квартале – поджоги там начались 19 декабря с дома № 14 по улице 3-го Июля. В тот же день наполовину сгорел дом № 22. На следующие сутки  произошёл пожар в здании № 18, причём попытка поджечь его предпринималась дважды: сначала днём – огонь тогда быстро заметили и потушили, а потом в четыре утра. Этот же дом был подожжён ещё раз, уже 30 января 2010-го. В тот же вечер наполовину сгорел дом № 4а. А во время пожара 8 февраля появилась первая серьёзная жертва: женщина, проживающая в горящем здании, спасаясь от огня, выпрыгнула из окна и сломала ногу.

Приезжавшие на место пожарные неизменно констатировали: поджог. Информация передавалась в правоохранительные органы. Виновники возгораний найдены не были.

В результате следующего пожара погиб человек. Бывший жилец дома № 4 по улице Седова, пересекающей 3-го Июля, мужчина 1959 года рождения, задохнулся угарным газом во сне. Пожар в этом доме произошёл 23 февраля. Как рассказали «ИР» очевидцы, позвонившие в редакцию, огонь жильцы заметили, когда вышли на улицу провожать гостей.  Возгорание началось с лестницы, ведущей на второй этаж, традиционно заваленной легкогорючим мусором. Огонь уничтожил кровлю дома на площади 180 кв. м, повредил 100 кв. м площади второго этажа.

В этот же день был предотвращён пожар в доме № 2 на улице Седова. Ставшие бдительными жильцы «горящего квартала» вовремя заметили бумагу под лестничной площадкой, которую, вероятно, собирались поджечь. 

Простые способы поджогов – один из признаков всех недавних возгораний, констатировали эксперты. «Неизвестный заталкивал кучу бумаги под лестничные клетки домов и поджигал с помощью спичек или зажигалки, – сообщил начальник отдела государственного пожарного надзора Иркутска Владимир Гордиёнок. – У всех произошедших пожаров были типичные черты: горели деревянные, обычно двухэтажные, жилые 6–8-квартирные дома. Все поджоги происходили с 23 часов, когда движение на улицах успокаивалось».

Эти факты позволили сделать экспертам вывод, что в Иркутске орудует пироман. Об этом журналистам было объявлено в пятницу 25 февраля, на следующий день после очередной серии поджогов: 24 февраля неизвестный поджёг дома №№ 163, 159 по улице Баррикад и № 11 по улице Слюдянской, также используя для этого подручные средства.

– Нами совместно с УВД города было проведено совещание, в котором были задействованы жилищные компании и  иркутская администрация, – рассказал Гордиёнок. –   Рассматривались три версии пожаров: совершение поджогов третьими лицами, самими жильцами и психически ненормальным человеком. Мы думаем, что наиболее вероятно последнее предположение. Если нужно поджечь дом, например, по чьему-то заказу, то проще взять бутылку с горючей жидкостью. А дознавателями наличие горючих жидкостей установлено не было.

Спички детям

Уже в субботу пироман был пойман. Им оказался тот самый 14-летний братчанин Костя, который две недели назад сам побывал в шкуре погорельца.

Поймали юного поджигателя буквально по горячим следам. После поджогов на улицах Баррикад и Слюдянской прибывшие на место участковые провели поквартирный обход домов, пытаясь узнать о возможных виновниках. По словам начальника отдела милиции № 6 по Куйбышевскому району Валерия Шестеева, на мальчика обратили внимание потому, что он поджёг коврик под дверью у соседей. Коврик потушили, а вот хулигана доставили в отдел милиции.

– Было выяснено, что подросток – ученик одной из коррекционных школ, он переехал в Куйбышевский район с матерью за неделю до пожаров там, после того как их квартира на 3-го Июля была сожжена, – рассказал Шестеев. По его информации, в отделении с мальчиком работали гражданский психолог из приёмной Владимира Путина и инспектор по делам несовершеннолетних. Юный поджигатель оказался непростым собеседником. «Часто переходил с одной темы на другую, врал, нелогично строил свои предложения, поэтому выяснять какие-либо факты приходилось с помощью наводящих вопросов», – сообщил милиционер. В итоге подросток признался, что он совершил поджоги трёх домов в Куйбышевском районе, однако без злого умысла, а просто потому, что ему нравится наблюдать, как пылает огонь, как приезжают машины и работают люди в касках. «По его словам, после того как он поджёг дома, он спрятался рядом за кочегаркой и смотрел на огонь», – сообщил Валерий Шестеев.

Милиционер добавил, что мальчик вроде бы сознался и в поджоге одного из домов на улице 3-го Июля. Однако эти здания уже вне компетенции Шестеева – находятся в другом районе. Так что информацию о поджигателе передали сотрудникам Октябрьского отдела милиции, а мальчика пока отпустили с мамой домой. С родительницей пиромана поговорить не удалось: в милиции не стали давать её контактов, сославшись на то, что женщина настроена по отношению к обществу крайне агрессивно.

– Однако подросток утверждал, что дом на улице 3-го Июля, в котором он проживал с матерью, поджёг не он, – подчеркнул Валерий Шестеев. – Поэтому, возможно, виновники пожаров найдены ещё не все.

«Горящий квартал»

Уже на следующий день в злополучном 130-м квартале случился ещё один пожар. Поздно вечером 26 февраля в Иркутске произошёл одиннадцатый за последние три месяца поджог. Загорелся дом № 83 по улице Седова, в котором проживала семья из восьми человек, в том числе грудной ребёнок. Как сообщил старший дознаватель управления городского пожарного надзора Иркутска Алексей Рудых, пожар снова заметили очень поздно – сообщение в дежурную часть о нём поступило в 23.50, поэтому к моменту прибытия пожарных крыша была уже полностью охвачена огнём. Люди успели вовремя выбраться наружу.  А дом тушили больше часа.

Так что сами жители «горящего квартала»  оптимизма по поводу пойманного пиромана не испытывают.

– Что это за пироман, который жжёт только те дома, которые идут под снос? – поинтересовался один из них. – Почему он на соседнюю улицу не пойдёт, там куча деревянных домов? Понятно, что сейчас будут искать психически ненормального поджигателя, нужно же на кого-то эти пожары свалить.

– Мой дедушка говорил, что видел этого Костю чуть ли не на поджоге, так что вполне может быть, что он – один из виновников возгораний, – предположила жительница единственной уцелевшей после пожара в доме № 4 квартиры на улице 3-го Июля.  – Но поджигатель был не один: в ночь, когда загорелся первый дом на Седова, люди повыскакивали тушить огнь и увидели двух убегавших молодых людей, которые принялись отстреливаться, когда за ними погнались. 

Жители других домов уже не первую неделю говорят о некой чёрной «Волге», появление которой стало считаться верным признаком скорого поджога. Пожары в центре Иркутска обросли своими антигероями и мифологией, в которую  погорельцы верят, потому что больше пока верить не во что.

Сомневается в виновности одного пиромана и уполномоченный по правам человека в Иркутской области Иван Зелент, который в связи с пожарами подготовил обращения в прокуратуру, ГУВД и губернатору Иркутской области.

– Заявления отдельных должностных лиц о том, что систематические поджоги жилищ граждан – дело рук психически больного человека, не могут рассматриваться как серьёзные и ответственные без предъявления общественности веских аргументов, – уверен он. – Есть основания полагать, что предпосылками уничтожения малоэтажной жилой застройки в центральной части города являются, с одной стороны, коммерческая привлекательность «расчищаемых» таким образом строительных площадок, а с другой – решения и действия городских властей, позволяющие заинтересованным коммерческим структурам впоследствии их «осваивать». Не исключено, что поджоги жилых домов являются следствием коррупционной деятельности.

Зелент напомнил, что ежегодно в Иркутске происходит не менее полутора сотен пожаров в жилом секторе, в которых погибают и получают травмы десятки людей. И, по статистике, около трети этих трагедий имеют рукотворную природу.

– Здесь нужен жёсткий контроль, в том числе прокурорский надзор, за проведением оперативно-розыскных и следственных мероприятий по каждому уголовному делу о поджоге, – считает Иван Зелент. – Понятно, что только выявление и привлечение к уголовной ответственности лиц, которым нужны пепелища на месте жилых домов, могут положить конец череде этих трагедий.

Он предложил городской Думе и иркутской администрации взять на вооружение опыт коллег из  Томска, городские власти которого решили на месте сгоревших строений возводить детские площадки или другие некоммерческие объекты. По информации ГУ МЧС по Томской области, удельный вес поджогов среди причин пожаров не превышает 7%.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное