издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Эксперимент на учителях

Правительство начинает готовить регионы к скорому переходу к новой системе образования. Экспериментальные проекты из пилотных субъектов РФ перекочёвывают в остальные, живущие пока по старым правилам. С 1 октября в Иркутскую область придёт подушевая система оплаты труда в школах – эксперимент, который был одним из «пробных камней» Министерства образования, закинутых в преддверии нашумевшей образовательной реформы. Ксения ДОКУКИНА связалась с учителем из региона, где на своём опыте почувствовали, куда прилетают эти «камни». И выяснила, что может ждать школы Иркутской области.

На сайте Министерства образования РФ в связи со «спекуляциями в ряде средств массовой информации» относительно реформы образования появилось официальное сообщение. Пресс-служба ведомства настаивает на том, что «суть законопроекта – это предоставление большей самостоятельности школам» и «возможности более гибко распоряжаться имеющимися ресурсами». Кроме того, положения законопроекта уже были опробованы раньше в рамках модернизации образования 2007–2010 годов. Как отмечают в ведомстве, изменилась система оплаты труда работников общего образования, которым теперь платят «подушевно», «расширилось общественное участие в управлении образованием».

Сейчас в регионах, где обучение шло по старым методам, постепенно начинают внедрять новые, уже «апробированные» в «пилотных школах». Так, министр образования Иркутской области Виктор Басюк сообщил, что местные образовательные учреждения готовы к переходу на подушевую систему оплаты труда, ввод которой начнётся в Приангарье с 1 октября этого года. Как заявил министр, этот переход за счёт стимулирующих выплат «предоставит каждому возможность получать действительно по труду» и позволит увеличить зарплату работников в среднем на 15–20%.

«Конкурент» решил заглянуть в будущее и связался с преподавателем русского языка и литературы высшей квалификационной категории Татьяной Нечипоренко, которая на опыте работы в пилотной новосибирской общеобразовательной средней школе узнала, как правительственные нововведения отражаются на образовательном процессе. 

Русская математика 

В разговоре о реформе образования преподаватель русского и литературы переходит сразу на язык цифр. По её словам, базовая – стабильная – часть учительской зарплаты в её школе в первые месяцы реформы оказалась в среднем на уровне 3,8 тыс. рублей. А у молодого специалиста – девушки, работающей в самом трудном, детдомовском, классе, где училось только восемь человек, – ставка была равна двум тысячам. 

– Зарплата, хотя и не сразу, скачками, выросла, – рассказала Татьяна Нечипоренко. – Однако стабильной цифры я назвать не могу. И в нашей школе, и у других участников эксперимента жалованье постоянно варьировалось в зависимости от непонятных учителям показателей. И хотя официально школы в этом не признаются, многие из них на протяжении всего эксперимента дотировались, так как нельзя было его «завалить». Поэтому теперь мы со страхом ждём времени, когда эксперимент станет обыденностью. Сейчас зарплата уже стала понижаться. 

Модернизация привнесла в школьную реальность не только новую систему расчёта оплаты труда, но и ещё так называемый «стимулирующий фонд» – премиальные надбавки, которыми руководство школы вправе наградить особо отличившихся учителей. 

– Это плюс, – соглашается Татьяна Нечипоренко. – Однако во многих школах доплаты идут только любимчикам директора. Выплаты из фонда становятся способом показать своё личное отношение к их получателям. Некоторым не достаётся вообще ничего. Очень много обид.

«Где логика?»

Сейчас, по результатам трёх лет модернизации, министерство образования рапортовало о «существенном росте доходов учителей». По информации ведомства, за три года зарплата лучших из них выросла в 2,5 раза. 

По мнению Татьяны Нечипоренко, одним из основных способов повышения уровня учительских доходов стали «огромные сокращения». «Сердобольный» по сравнению с другими руководителями учебных заведений директор школы, в которой работает она, уволил за время модернизации восемь человек. В некоторых других учреждениях – в основном лицеях и гимназиях – сокращений гораздо больше. Нагрузка после них возросла с 18 оптимальных часов до 28. 

– Вначале стали избавляться от пенсионеров. В нашей школе, например первой «попросили» директора музея – женщину, отдававшую музею все силы и время, – сказала она. – Уволенная сквозь слёзы поинтересовалась о том, «почему правительством в 66 лет руководить можно, а школьным музеем – нет?». 

Следом стали сокращать  преподавателей кружков и факультативов, чьи предметы не входят в обязательные. Уволили людей, занимавшихся со школьниками театральными постановками, звукорежиссёрской работой. 

– Тут и до анекдотов доходит. Одна знакомая учительница создала электронный учебник по логике, за него грант президентский получила, успешно преподавала этот предмет в гимназии. Сократили. Где логика? – грустно шутит Татьяна Нечипоренко. 

Вопросы к образованию 

Преподаватель утверждает, что школа теперь не заинтересована в повышении квалификации учителей, так как при замещении уменьшается оплата труда всех сотрудников, которая рассчитывается из общего уровня школы. Непосредственно зарплата директора зависит от среднего по школе жалованья её преподавателей. 

– После модернизации школе становятся невыгодны работники, имеющие почётные звания, учёную степень, государственные награды, так как их ежемесячные выплаты отнимают весьма значительную часть школьного стимулирующего фонда, – считает преподаватель.  

Не очень выгодна, например, сама Татьяна Нечипоренко, победитель конкурса лучших учителей года в рамках приоритетного национального проекта «Образование», дипломант I степени Всеросcийского конкурса «Современный урок», которой ежемесячно выплачивали по «стимулирующей» тысяче рублей. 

Создатели закона, впрочем, надеются, что предметы и занятия, не входящие в обязательную программу, школы смогут продавать за деньги, которые теперь беспрепятственно будут оставлять себе. 

У Татьяны Нечипоренко пока по этому пункту вопросы:

– Я делаю в школе все праздники, организую учеников, учителей – это какая работа, дополнительная или нет? – интересуется она. – И кто мне за это теперь обязан будет доплачивать? Мне кажется, что от модернизации могут выиграть лицеи и гимназии, где контингент родителей позволяет рассчитывать на развитие платных услуг. А для общеобразовательных учреждений оптимальной модели пока не предложено. Обычные школы не выиграют от коммерциализации образования. 

Пока что с новосибирской учительницей солидарны и потребители её услуг. В конце мая этого года аналитический центр Юрия Левады провёл опрос 1600 россиян. 64% людей против 8% в возрасте 18 лет и старше из 130 населённых пунктов 45 регионов страны считают, что коммерциализация образования приведёт к снижению его качества. 

Как вы считаете, коммерционализация образования ведёт к повышению или к снижению его качества?

  август 2006 г. май 2010 г.
к повышению 10 8
к снижению 60 64
не влияет на качество образования 20 17
затрудняюсь ответить 10 11

По данным Левада-Центра. Опрос проводился по репрезентативной выборке 1600 россиян в возрасте 18 лет и старше в 130 населённых пунктах 45 регионов страны 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное