издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Слово, опалённое войной

В Иркутске прошёл конкурс чтецов, посвящённый юбилею Победы

  • Автор: Леонид БЕСПРОЗВАННЫЙ, заслуженный работник культуры России

Я был мальчишкой в Иркутске и помню это невообразимое торжество, этот великий день 9 мая 1945 года. Весь город вышел на улицы. Весь. Это не метафора, а истинная картина того, что происходило. Все улицы и переулки были запружены ликующим народом. В школу нас в этот день не пустили, и мы влились в торжествующую толпу. Все главные и лучшие здания Иркутска были отданы под госпитали. И все окна госпиталей в этот день были заполнены белым: перевязанными руками, ногами, головами. Те, кто не мог спуститься на улицу, махали из сотен госпитальных окон костылями, перебинтованными верхними конечностями. Картина незабываемая. Дело, разумеется, не только в дне ликования. А в тех четырёх ужасных годах, которые ему предшествовали, а теперь остались позади. Да, праздник со слезами на глазах. Но этот день никуда не деть из памяти, сколько бы лет ни миновало.

Времена другие, новые поколения шагают по земле. Но назвать 9 Мая просто датой невозможно. Вот и областной конкурс художественного слова в честь Дня Победы не вписывается в мероприятный ряд. 

Организаторы конкурса – министерство культуры и архивов Иркутской области, ГУК «Областной центр народного творчества и досуга», действующий под его эгидой театр Александра Гречмана – прошли полосу сомнений и раздумий: вовремя ли, стоит ли, кстати ли?.. Да и художественное слово сегодня не в числе самых популярных жанров. И добираться до областного центра желающим принять участие в конкурсе нынче непросто, никто это, как правило, не спонсирует, не поддерживает – практически всё за свой счёт. Сомнений – ворох. Главный закопёрщик конкурса – специалист по любительским театрам Центра народного творчества Валерий Кирюнин семь раз всё отмеривал и взвешивал, и не без оснований. Но всё же взяли верх соображения: это год Победы – 65-я годовщина, и есть, должны быть неостывающие темы и непреходящие даты. И не ошибся.

Объявленный конкурс вызвал мощный отклик. Было около трёхсот заявок. Смогли приехать 139 человек. И откуда? Бодайбо, БАМ, Казачинско-Ленский район, Усть-Кут. Все большие города области: Братск, Шелехов, Ангарск, Усолье-Сибирское, Усть-Илимск. Рядом – маленькие сёла и райцентры: Мишелёвка, Залари… Нашлось в программе место четырём поэтическим театрам. 

Думали обойтись одним днём. А на другой – провести награждения и гала-концерт. Куда там! Едва всё уместилось в два удивительных, перенасыщенных дня. 

Жюри многоопытный Кирюнин на этот раз решил подобрать по принципу «играющих тренеров» – все очень хорошие чтецы и умелые педагоги. Актриса академического драмтеатра Ольга Шмидгаль. Педагог театрального училища Анна Владимирова. От совета ветеранов – актриса Эмма Алексеева. Во главе – народная артистка России Людмила Стрижова. Солидно.

Примечательно, что конкурсная нервотрёпка моментально улетучилась. Жюри, которому надо судить и выставлять оценки, организаторы, следящие за регламентом, хозяева площадки в энергоколледже, обеспечивающие порядок, – всё это вдруг, в одночасье, растворилось, слилось воедино с участниками, со зрителями. Какая-либо казёнщина, заорганизованность вмиг отступили. Началось чудодействие, сплотившее всех единым настроем, общими эмоциями.

Пролог «Без слёз провожали меня» захватывающе талантливо выстроил режиссёр Александр Гречман. Прозвучали давние строки многим в Иркутске известного Игоря Кулика:

Без слёз провожала меня,
Не плакала, не голосила,
Лишь только губу прикусила
Видавшая виды родня.

Под них режиссёр выстроил молчаливый, но так много говорящий видеоряд – эпизод июня 1941-го. И лица, и тщательно подобранная одежда, и музыка – всё слилось в мощный, хватающий за душу аккорд.

А следом пошли откровение за откровением.

В Жизневке Заларинского района всего 90 жителей. Но личности, индивидуальности есть везде. Горячие, обжигающие точки, высоты рождаются не по географическому принципу. Рассказ Лидии Ивановны Гавриковой из Жизневки о буханке хлеба всех пронзил едва не насквозь. «Как на войне», – сказал кто-то.

Подростки из иркутской гимназии № 44 своё отношение к войне выразили через непростую прозу Фёдора Абрамова в композиции «Родники» о северной глубинке. Тут боль и кровь надо добывать из артезианских колодцев.

Ясно, что за этой насыщенной эмоциональными подключениями работой стоит мудрый руководитель – Ирина Бондаренко. Ведь чтобы опалённо прозвучали слова, сначала надо опалить души.

Ангарский театр «Росток» из школы № 4, ведомый Александром Говориным, открыл доселе не очень известного поэта из фронтовых окопов Юрия Белаша: 

Мой стих жизнеспособен, 
как солдат,
Готовый драться 
до последнего патрона.
Он не украсит, может быть, парад,
Но вот в бою, в окопе – 
он как дома. 

Окопные строки обжигают мгновенно. Это пережили даже самые юные участники школьного театра и донесли до слушателей.

Поразил и новоявленный Ваня Солнцев – Даниил Зюзин из Иркутска. Говорил со сцены так, словно это он сам мальчишка-солдатёнок.

А Татьяна Иннокентьевна Муляр из Смоленщины Иркутского района, представлявшая номинацию «Мудрость», вышла с платочком в руках, поведала, что это давний подарок любимого, накинула платок на плечи и прочла собственные стихи о влюблённом мальчишке, а затем, повязав платок на голову, превратилась во вдову. 

Это похоже на прекрасную радиопрограмму Виктора Татарского «Встреча с песней», где давние мелодии непременно сопровождаются случаями из личной жизни. Искусство и бытие, взаимопроникая, производят мощнейший удар.

Дошкольник Ваня Бородин, питомец Анны Медведевой из Усолья-Сибирского, так рассказывал про войну, будто всё это самолично пережил. Откуда он это узнал, как сумел почувствовать столь отдалённое от него время? Оказывается, дело в мудром прадеде, который повлиял на мальчишку своей судьбой и приобщил его к этой священной теме. 

 Нина Лаврентьевна Дикова из Магистрального оживила своим голосом и своим сердцем рассказ Алексея Толстого «Русский характер». Он в момент создания, в ту суровую пору, вошёл в разряд классики. Нина Аристарховна, рассказывая об искалеченном войной человеке, который не решался признаться матери, что это он, внесла в историю сегодняшнюю боль.

А это было просто на уровне потрясения: выход 75-летнего ветерана из села Голуметь Черемховского района Иннокентия Семёновича Пшеничникова. Он читал свои стихи и рассказывал в них личную, непридуманную историю о гитаре, которая когда-то принадлежала его отцу, не пришедшему с войны. Жаждется процитировать хотя бы отрывок.

Пока живу, пока я в чувствах,
пока свой путь судьба вершит,
со мной отцовское напутствие –
за жизни тех, ушедших, жить.
Жить за отца, за тех, погибших
и не проживших полный срок,
недоработавших, недолюбивших.
За тех, кто жить ещё бы мог.
Как мой отец, совсем не старый,
ушёл от нас, так недопев.
Молчит отцовская гитара.
Молчит уже полсотни лет.
Я всё же взял гитару в руки,
попробовал звучанья строй
и протянул с надеждой внуку:
попробуй-ка для деда спой.
И зазвучали над Сибирью
те песни, что певал их дед,
как продолжение тех былей,
как эстафета наших лет.

Само собой, Иннокентий Семёнович и запел. И зал, и жюри встали в едином порыве. Это был тот случай, который гениально выразил Пастернак: «И тут кончается искусство, и дышат почва и судьба».

В известной мере это можно отнести ко всему конкурсу, где опалённые души произносили опалённые слова.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер