издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Под колпаком у «чёрных» риэлторов

Иркутянин стал очередной жертвой квартирных мошенников

  • Автор: Ольга МУТОВИНА, «Восточно-Сибирская правда»

Первыми Алексея Балуткина хватились соседи. Они заметили, что одинокий мужчина странным образом исчез. Примерно через полгода жильцы узнали, что квартира Алексея принадлежит другим людям и новые хозяева делают в ней ремонт. После ремонта квартира была продана повторно. Как выяснилось позже, всё это время Алексей Балуткин находился на лечении в психиатрической больнице, куда его поместили незнакомые люди. О том, что теперь у него нет дома, мужчина узнал по штампу о прекращении регистрации, который неизвестно как появился в его паспорте.

Алексей Балуткин стал лёгкой добычей для мошенников. Мужчина жил один в трёхкомнатной квартире, нигде не работал, родственников у него не было. Больше всего на руку комбинаторам сыграло то, что молодой человек страдал психическим расстройством.

Мы навестили Алексея в областной психиатрической больнице, которая находится в Сосновом Бору. К нам вышел коротко стриженный высокий мужчина в выцветшей фланелевой пижаме. Он аккуратно сел на стул и сложил руки на коленях. Из его рассказа мы узнали, что в доме по улице Бородина в Иркутске Балуткин живёт с 11 лет. После смерти родителей он стал единственным хозяином квартиры. У Алексея высшее экономическое образование, он менеджер по туризму, но по специальности не проработал ни дня. «Без опыта не принимают нигде. Пытался устроиться менеджером по продажам – там без машины делать нечего», – объясняет Алексей. На вопросы он отвечает быстро и чётко. На взгляд не сведущего в психиатрии человека, мужчина вполне здоров. Его психическое состояние выдают, пожалуй, лишь напряжённый, прорезанный плотными бороздами морщин лоб и то, что Алексей всё время нервно перебирает ладонями.

После института Алексей всё-таки устроился на работу: его взяли охранником на железную дорогу. Кстати, на этом месте молодой человек имел доступ к оружию. С работой пришлось попрощаться через восемь лет. Именно тогда проявились первые признаки болезни, Алексей попал в психбольницу, из-за этого его заставили уволиться. Мужчина предпочитает не рассказывать о том, как он жил последующие годы. «Алексей жил один, у него не было средств к существованию. Питался просто на помойках. Когда приехал, у него волосы вот такие были, бородища, ногти вот такие», – показывает на себе заведующая отделением Наталья Вахрунова, которая присутствует при нашем разговоре. «Да не было такого», – смущённо улыбается Алексей.

Однажды в дверь квартиры Балуткина постучали. «Я открыл. Вошли трое мужчин. Сказали: собирайся. Я подумал, что это врачи, поэтому собрался, закрыл квартиру и поехал с ними», – охотно рассказывает Алексей.

Незнакомцы посадили его в машину. «Меня привезли в одно место в нашем районе. Там была женщина южной национальности, на вид лет около сорока, она сказала, чтобы меня отправили в больницу. В первый раз там не приняли. Тогда они отвезли меня на какую-то квартиру, я у них жил несколько дней. Помню, как выглядит дом, где меня держали, он находится в микрорайоне Солнечный. Эти люди забрали у меня паспорт, военный билет и ключи от квартиры. Военный билет и ключи потом отдали, а паспорт с собой увезли. 13 февраля меня снова привезли в больницу», – в подробностях рассказывает о событиях трёхлетней давности Алексей. 

Его слова подтверждают записи в медицинских журналах. «В первый раз Алексей попал к нам 7 февраля 2008 года. Но здесь он не остался. Во-первых, он сам отказался от госпитализации, во-вторых, по районированию он должен быть направлен в клинику в микрорайоне Юбилейный, – изучает документацию Наталья Вахрунова. – Когда Балуткина привезли во второй раз, в приёмном покое пациент сообщил, что его силой удерживали в какой-то квартире».

Наталья Викторовна рассказала, что сотрудники клиники попытались найти людей, которые привезли Алексея. В журнале было записано, что пациент прибыл в сопровождении племянника Владимира Александровича Селиверстова. Однако оказалось, что по указанному адресу такой человек не проживает, а телефона 90-07-90, якобы принадлежащего «племяннику», и вовсе не существует. Ещё одно обстоятельство, которое смущает врачей: в больницу Алексей поступил без паспорта. Через некоторое время документ загадочным образом появился в отделении.

«Алексея принял дежурный врач, затем поступивший стал моим пациентом. Я могу сказать, что направление, с которым прибыл Алексей, было обоснованным. Его направили из Иркутского психоневрологического диспансера. У него были прямые показания для госпитализации», – отмечает доктор.

За три года, которые Алексей Балуткин находится в больнице, врачи не один раз обращались к правоохранительным органам с просьбой провести проверку законности отчуждения жилья. Ответ неизменный: отказ в возбуждении уголовного дела. В постановлении от 10 июня 2009 года, подписанном начальником ОМ-3 УВД города Иркутска майором милиции Волковым, говорится, что в ходе проверки установлено, что Балуткин сам продал квартиру некой госпоже Амосовой О.М. (договор купли-продажи от 25.12.07). Отметим, что в клинику на ПМЖ Алексей попал спустя полтора месяца. Далее в постановлении говорится, что по условиям договора Балуткин должен был выписаться из квартиры в срок 30 дней, однако этого не сделал. Тогда Амосова обратилась в Свердловский районный суд, и Балуткина выписали в принудительном порядке (решение от 27.02.08). Амосова пользовалась квартирой недолго, через четыре месяца она продала жильё повторно. Поэтому теперь найти виновных в отъёме квартиры мужчины будет сложно.  

Уезжая из клиники, мы попросили Алексея дать координаты кого-нибудь из его знакомых или родственников. Когда наш собеседник по памяти надиктовал нам номер телефона приятеля, который жил в соседнем подъезде, скажем честно, мы сомневались в верности сведений. Оказалось, зря. Как и обещал Алексей, по указанному номеру нам ответил Евгений Шереметов. 

«Во время нашего общения Алексей стал страдать каким-то психическим заболеванием. Я продолжал его навещать, он жил дома один, – вспоминает Евгений. – Я приходил к нему, спрашивал, как у него дела. Он говорит: «Знаешь, как у меня дела? Тут за мной следят. Есть снайпер, я был вчера на кухне, он в меня выстрелил». Я Лёше: быть не может. Он приносит мне кастрюлю с отколотой эмалью. Потом он говорил, что у него есть двойники». 

Евгений поведал, после какого эпизода Алексей попал в клинику и потерял работу. «Лёша начал рассказывать мне про какого-то знакомого авторитета по кличке Слон. О том, что Слон назначил ему «стрелку» в гостинице «Интурист». Лёша пришёл туда с цветами и долго ждал авторитета. Охрана его выгоняла несколько раз, в итоге поняли, что он невменяемый, и вызвали психушку», – вспоминает Евгений.

О том, что Алексей исчез, Евгений узнал от соседей. «Мне рассказали, что квартиру без него продало домоуправление. Потом я узнал, что Лёша находится в Сосновом Бору, и поехал к нему. Лёша был вполне адекватный. Мне он объяснил, что квартиру продали, так как он поставил подпись, будучи в больном состоянии. Он не отдавал отчёт своим действиям», – говорит Евгений. 

Действительно, и сам Алексей рассказывал нам, что накануне насильственного переезда в больницу у него были проблемы с домоуправлением. Его неоднократно вызывали к руководству управляющей компании и требовали погасить долги. «На одной из таких встреч у меня взяли паспорт, документы на квартиру и сняли с них копии», – вспоминает Алексей.

С вопросом, причастно ли домоуправление к продаже квартиры Алексея Балуткина, мы обратились к генеральному директору РЭУ «Приморский» Юлии Лоскутовой. «Я этого товарища знаю. Он то появлялся, то исчезал. Потом от соседей я узнала, что в квартире Балуткина идёт ремонт. Ничего о продаже жилплощали я не знаю. Домоуправление этого не делало. Ведь задолженность у Балуткина не такая уж большая, 50 тысяч рублей. Есть жильцы, долг которых по 200 тысяч, и за это квартир их никто не лишает», – отрицает  причастность к сделке Юлия Лоскутова.

Ещё одна ниточка, которая могла привести к людям, обманувшим Алексея, – направление из психоневрологического диспансера. Можно узнать фамилию врача, который наблюдал Балуткина, и расспросить его, не заметил ли он чего-нибудь странного. Наивно рассчитывая добыть информацию, мы отправились в диспансер, что находится на улице Сударева. От врачей клиники мы узнали, что покушаемся на сведения, которые являются медицинской тайной. Единственное, о чём нам поведали медики: преступления против психически нездоровых людей – распространённое явление. «Этому пациенту ещё повезло – его отвезли в клинику. А сколько людей сгинуло бесследно…» – констатирует заведующая отделением диспансера Марьяна Корнилова. Вместе с тем врач подчеркнула, что медики не обязаны заниматься защитой пациентов от криминала. Нам посоветовали обратить внимание на деятельность БТИ, сотрудники которого позволяют совершать сделки людям, находящимся в неадекватном состоянии. 

На этом поиски возможных свидетелей мы решили прекратить. Оставим это профессиональным юристам. Задача журналиста нам видится в постановке проблемы через описание истории конкретного человека. Поэтому вернёмся к Алексею. Врачи готовы выписать его хоть сегодня. «Он дееспособный, опекун ему не нужен. Достаточно, если будет человек, который будет за ним присматривать, контролировать амбулаторное лечение», – говорит Наталья Вахрунова. Проблема в том, что идти Алексею некуда.

Евгений Шереметов рассказал, что у Алексея есть сестра по отцу. Но она не считает его родным человеком и не готова принять его в свой дом. «Алексей просил меня найти сестру и спросить у неё разрешения пожить на даче. Она отказала. Сказала, что уже пускала Алексея на свою дачу. Тот объявил, что ищет клад, нарыл огромных траншей по всему участку», – говорит Евгений. Кроме того, он пробовал устроить Алексея в реабилитационный центр, который находится под Усть-Ордой. Хозяйство под названием «Доброта» согласилось взять Алексея на лето. Однако сам он отказался от реабилитации, как только узнал, что за работу на ферме не будут платить денег. «Я понял, что Лёша разленился. Ведь он очень располнел. Мне объяснили, что он целыми днями лежит, ничего не делает», – сожалеет Евгений. 

Евгений также рассказал нам, что Алексей рассчитывал уехать жить на Алтай к своему другу. Но несколько месяцев назад друг сообщил ему, что помочь не сможет из-за проблем с матерью. 

Недавно усилиями соседей в жизни Алексея появился адвокат, который готов взяться за его дело. Олег Писанко уверен, что вернуть квартиру Балуткину возможно: «Первое, что нужно сделать, – подать заявление в суд об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Я могу доказать, что при проведении проверки милиционеры взяли за основу информацию, которую дали «чёрные» риэлторы. Нужно было более глубокое и детальное расследование».

Даже если каким-нибудь чудесным образом удастся вернуть Алексею квартиру, без ответа остаётся ещё один, не менее важный вопрос: не станет ли он жертвой очередных мошенников? Ведь одинокие и психически нездоровые люди находятся у них под колпаком.   

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector