издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Свобода за деньги

Милиционера, стрелявшего в двоих иркутян, выпустили под залог

В пятницу решением Свердловского районного суда оперуполномоченный Роман Новиков, расстрелявший 24 апреля в ходе ссоры двух братьев на остановке, был отпущен из СИЗО. Суд посчитал необходимым назначить мужчине меру пресечения в виде залога в 1 млн. рублей, собранного «друзьями обвиняемого и его адвокатом», несмотря на то что сторона потерпевших неоднократно заявляла об опасениях за собственную жизнь и здоровье.

28-летний Роман Новиков – высокий, под два метра, плотный, бритый наголо мужчина с внушительным фингалом под глазом, –  оказавшись на скамье обвиняемых, растерянным совсем не выглядел. Как только конвой завёл силовика за решётку в зале заседаний, тот принялся советоваться с адвокатом Сергеем Позякиным, по всей видимости, выясняя какие-то юридические тонкости своего положения. 

А потерпевший 31-летний Максим Горшков в суд не явился. Как пояснил его защитник Максим Орлов, у мужчины сломаны все лицевые кости, недавно он перенёс операцию и сейчас находится в крайне тяжёлом состоянии. 

Перед началом судебного заседания между защитниками потерпевшей и обвиняемой стороны произошла словесная пикировка. 

–  Вообще-то жизнь есть жизнь, – вдруг заметил Сергей Позякин. – Каждый мог оказаться с разных сторон этой ситуации. Если бы Новиков из УЗИ какого-нибудь стрелял, – сказал он, обращаясь уже к Орлову, – а так – травматика. Она для убийства не предназначена! 

– Но все пули попали в цель, и результат вам известен, – ответил Максим Орлов. Повисло тяжёлое молчание.  Позякин наклонился к Новикову и шёпотом сказал: «Потом поговорим».  

Собственно, эта разница во взглядах и стала основной темой для дискуссии в суде. Версия следствия, составленная из показаний обеих сторон и свидетелей, которых успели допросить, сейчас звучит так: 24 апреля около 22:00 в киоске «Дело-Табак» на остановке «Свердловский рынок»  братья Горшковы покупали сигареты. В это время проезжающая «Тойота Камри», за рулём которой находился оперуполномоченный Центра госзащиты свидетелей ГУВД по Иркутской области Максим Новиков, обрызгала их из лужи. После Новиков вышел из машины, чтобы купить сигареты, и подошёл к киоску. Кто-то из братьев сделал ему замечание, в результате чего возникла ссора, переросшая в драку, в ходе которой у Новикова «на почве внезапно возникших неприязненных отношений образовался преступный умысел о причинении телесных повреждений братьям Горшковым». 

Адвокат потерпевшего и ранее сам Максим Горшков утверждали, что ссоры, предваряющей драку, вообще не было. Якобы Иван просто спросил у милиционера: «Нельзя ли осторожнее?», пока Максим расплачивался за покупки. Повернувшись к киоску спиной, Максим Горшков увидел только, что брат стоит напротив милиционера и в его сторону направлен пистолет. В следующий момент услышал хлопок. 

Согласно данным следствия, в Ивана Горшкова было произведено три выстрела: в грудную клетку, глаз и живот. От полученных травм он скончался на месте. Максим Горшков получил два ранения – в живот и бедро. Упал, а милиционер подскочил к нему, сел сверху и «нанёс множественные удары по голове и лицу травматическим пистолетом». «Если бы не подбежавшие люди, он меня бы убил», – уверен потерпевший. Он написал ходатайство о заключении  Новикова на время следствия под стражу, потому как и сейчас опасается за свою жизнь. 

За эту меру пресечения выступал и сам следователь, ведущий дело, Дмитрий Лысенко, и прокурор Марина Арбузова. Основаниями для этого были названы и тяжесть обвинения, предъявленного Новикову, и общественный резонанс, вызванный его преступлением, и возможность силовика надавить на свидетелей и потерпевших, так как место работы Новикова легко позволяет ему узнать адрес семьи Горшковых. 

Сам Новиков, впрочем, оказался не согласен с такими доводами. 

– У меня в мыслях даже не было на кого-то давить и мешать органам следствия. Я сотрудник  милиции, и все годы, которые работал, защищал закон. Как я сейчас могу препятствовать ему?  – спросил милиционер, стрелявший в двоих человек. 

Кроме того, он и его защитник настаивали, что действия Новикова после драки были «направлены на реанимацию пострадавшего: он делал Ивану искусственное дыхание, перенёс его с проезжей части на обочину дороги, пытался реанимировать и только после того, как задрал рубашку и обнаружил сквозное ранение, перестал». 

Новикову также было поставлено в заслугу адвокатом, что мужчина не пытался скрыться с места происшествия. Впрочем, следователь Дмитрий Лысенко позже заметил, что обвиняемому это и не удалось бы: сразу, как послышались выстрелы, продавец в киоске нажала тревожную кнопку, и через три минуты на остановку прибыла вневедомственная охрана. 

– Роман Новиков сам заинтересован в судебной проверке выдвинутого против него обвинения, – продолжал убеждать Сергей Позякин. – Ведь дело было возбуждено по 105 статье УК, при  наличии, подчёркиваю, травматического пистолета как средства причинения повреждений. Я считаю, что факт того, что умысел моего подзащитного был направлен на причинение смерти, подлежит судебной проверке. Не исключено, что в окончательной редакции будет поддержано более мягкое обвинение. 

Из вышесказанного адвокат подсудимого сделал вывод, что последний не опасен для общества,  и ходатайствовал о применении денежного залога в размере 1 млн. рублей. «Такая сумма собрана друзьями, я в этом тоже участвую, – сообщил Сергей Позякин. – Мы можем дать эти деньги, потому что понимаем, что Роман Новиков не подведёт». 

Видимо, Оксана Несмеянова пришла к такому же выводу, поскольку посчитала недостаточными доводы защиты потерпевших, следователя и прокурора. А вот аргументы Позякина, наоборот, приняла. Роману Новикову, милиционеру, в отношении которого возбуждено уголовное дело по статье «Убийство», судом была избрана мера пресечения в виде залога, и на время следствия он будет отпущен на свободу. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное