издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Переселенцы в никуда

«М2» изучал «квартирный вопрос» жителей несуществующих посёлков

В декабре первым жителям зоны затопления Богучанской ГЭС в Иркутской области обещают дать новые квартиры, хотя власти ещё продолжают спорить об условиях предоставления им жилья. Поправки в соответствующий законопроект пока не утверждены, но уже ясно: без скандалов и недовольства переселенцев не обойдётся. Такое развитие ситуации для Иркутской области едва ли не норма, считают наблюдатели. Они вспоминают упразднённые по другим причинам посёлки Умбелла и Надеждинск. И если в первом случае на переселение пообещали дать денег в 2012 году, то со вторым власти не могут разобраться 14 лет, отказываясь выдавать жилищные сертификаты даже по решению суда. «М2» попробовал выяснить, почему переселенцы в Иркутской области автоматически становятся бездомными.

«Странные поправки»

Изменения в закон о переселении людей из зоны затопления ложи Богучанской ГЭС официально начнут обсуждать 14 декабря на профильном комитете областного парламента, но жители затопляемых территорий и депутаты уже бьют тревогу. В начале прошлой недели губернатор Дмитрий Мезенцев внёс в Законодательное Собрание Иркутской области свои поправки к законопроекту (в ЗС их ожидали с сентября). Из прежнего варианта исчезла треть документа. «Подозреваю, что это  юридическая ошибка, потому что некоторые поправки выглядят странно», – заявил «М2» председатель комитета по законодательству о природопользовании, экологии и сельском хозяйстве Законодательного Собрания Юрий Фалейчик. 

Из законопроекта целыми абзацами было вычеркнуто всё, что касалось жилищных сертификатов. Предполагалось, что жители посёлка Кеуль, деревни Тумаша и части территорий посёлка Невон и Усть-Илимска смогут получить компенсации из областного бюджета на приобретение нового жилья по социальным нормам (33 квадрата на одного, 42 на двоих и по 18 квадратов на каждого, если речь идёт о проживающих втроём и более). Но, по расчётам правительства, это потребовало бы увеличить бюджетные расходы приблизительно на 916 млн. рублей. По тем же причинам из документа были вымараны главы о компенсации расходов на регистрацию права собственности, на которые, впрочем, понадобилась бы значительно меньшая сумма – 704 тыс. рублей. Всего на переселение из зоны затопления ложи БоГЭС в Иркутской области на 2011 год предусмотрено 581,7 млн. рублей. «Средства зарезервированы в федеральном бюджете второй год, но Иркутская область никак не может получить их из-за отсутствия требуемой документации. Так что регион решил самостоятельно выдать их, но всё-таки  попытаться получить компенсацию из федеральной казны», – пояснил Фалейчик. В следующем году на переселение планируется затратить более 1,6 млрд. рублей из федерального бюджета и 163 млн. рублей – из регионального. Однако каким это соотношение окажется в итоге, пока неизвестно.   

Кеуль отказывается от «сэндвичей» 

Кеуль, где больше всего будущих переселенцев (429 семей), отказом от жилищных сертификатов тоже остался крайне возмущён, рассказал «М2» глава посёлка Николай Штанько. На прошлой неделе он собрал жителей в местном Доме культуры и сообщил о том, что денежных компенсаций не будет, а те, кто хотел самостоятельно выбрать место для переезда, сделать этого не смогут. Территории для переселения выбрали за них – Усть-Илимск, Братск и Иркутский район. Там  компания «ВостСибСтрой» возведёт новые дома (269 квартир в Усть-Илимске,  110 – в Иркутском районе и 50 – в Братске). В будущем первый зампред правительства Иркутской области Владимир Пашков пообещал расширить географию переселения, добавив Саянск и Свирск. Но, по словам Штанько, изначально 50–60 семей записывались и в другие города Иркутской области, а также в Красноярский край и Бурятию. «Если жилищные сертификаты всё-таки не примут, люди точно «подвиснут» в Кеуле, ведь в строящемся жилье их не учли», – полагает Штанько. 

Между тем даже те, кто согласен ехать в Усть-Илимск, Братск и Иркутский район, недовольны условиями переселения. Их  возмутил тот факт, что переселяться придётся в «домики из сэндвичей» – так между собой они называют жильё из стального каркаса  «ВостСибСтроя». «Мы отказываемся от жилья, которое планируется возводить для нас в связи с переселением, – написали жители Кеуля  в официальном обращении председателю Заксобрания Людмиле Берлиной. – Жильцы подобных домов  выложили в Интернете информацию о колоссальных недостатках зданий. […] Мы не желаем переселяться в дома с низким температурным режимом, отвратительной звукоизоляцией, со стенами, не выдерживающими подвесной мебели и даже карнизов, ковров или картин. Мы не желаем жить в домах, стены которых так тонки, что их можно разрубить топором».  

На обсуждение поправок 14 декабря в «Серый дом» Кеуль уже решил направить делегацию. Кроме того, по словам Штанько, будущие переселенцы попросили предварительной встречи с представителями «ВостСибСтроя»   и правительства Иркутской области. Чтобы «конструктивно поговорить» и «в глаза друг другу посмотреть». Впрочем, в «ВостСибСтрое» заверяют, что в ноябре уже общались с переселенцами, многие из которых изъявили желание поучаствовать, например, в отделочных работах, дабы убедиться в качестве жилья. По словам специалиста по связям с общественностью «ВостСиб-

Строя» Людмилы Ткаченко, у новосёлов нет повода для беспокойства: лёгкие стальные конструкции (ЛСТК)  широко используются при строительстве жилья. К тому же это была единственная возможная технология с учётом сжатых сроков ( 9 месяцев)  и ограниченного бюджета проекта. «Что касается безопасности, морозоустойчивости и прочности, то технология ЛСТК давно себя зарекомендовала. Долговечность строений такая же, как у домов первой и второй категорий, то есть 50 лет», – отметила Ткаченко. 

Однако переселенцы возмутились не только каркасными домами, но и другими условиями, продиктованными правительством в поправках к законо-проекту. В частности, отказ разделять большие жилплощади и выдавать дополнительные 6 кв. метров на приёмных детей. Не понимают в Кеуле и то, почему должны заново платить за регистрацию квартир, в которые переедут. «Люди не обязаны нести расходы по оформлению документов. В конце концов, они же не по своей воле меняют место жительства», – уверен Штанько. С какими проблемами в действительности столкнутся переселенцы,  узнают первые  10–15 семей, которым обещают выдать ключи от новых квартир уже в декабре. К марту, по словам главы Кеуля, ожидается переезд в Иркутский район (ЖК «Луговое») ещё 100 семей. Планируется, что в июне 2012 года уже все бывшие жители Кеуля смогут заехать в новые дома. 

Восстановлению не подлежит

И если для Усть-Илимского района эпопея с переселением только начинается, для Умбеллы этот процесс тянется больше десяти лет. «В период перестройки с 1990 по 1997 год многие предприятия посёлка Умбелла  – Тургайский ЛПХ, Уральский ЛПХ, школа, детский сад, станция Умбелла – прекратили хозяйственную деятельность, поскольку не смогли вписаться в рыночные отношения, и,  утратив государственную поддержку, перестали быть конкурентоспособными. Вместе с тем в суровых климатических условиях устарела инженерная инфраструктура, построенная преимущественно в 1960-е годы. Износ ЛЭП составил почти 100%», – рассказали «М2» в правительстве региона. В Умбелле давно нет тепла и телефонной связи, разрушены автодороги и разворованы дома.  «Посёлок восстановлению не подлежит», – резюмируют чиновники. 

До такого состояния Умбелла шла, конечно, не один год. Её жители постепенно сбегали, но и бежать было особо некуда. Доступным оказался только ближайший посёлок Улькан, где переселенцы заняли ветхие щитовые домики, брошенные прежними хозяевами. «Мы там живём с 1999 года. Топим печи, но из-за того, что дома ветхие, уходит много дров. Только в прошлом году в своём доме сожгли 14 машин дров –  почти на 50 тысяч рублей», – говорит  бывшая жительница посёлка Светлана Сафьянникова. У неё, как ещё у 84 человек, сохранилась прописка Умбеллы. Чтобы снять «социальную напряжённость и прекратить бюджетное финансирование неэффективных расходов», посёлок всё же решили ликвидировать, а жителей расселить. После длительных обсуждений в Заксобрании Иркутской области, куда приезжали целые делегации переселенцев, 7 июля 2011 года был принят закон об упразднении Умбеллы.  Как заявили в областном правительстве, на переселение из областной казны в 2012 году планируется выделить 60 млн. рублей. 

Этих денег умбельцы ждали 13 лет. За прошедшее время у них накопилась стопка обращений в региональное правительство, умерла треть бывших селян и лопнуло терпение.  «Даже после рассмотрения вопроса в Заксобрании весной нас долго не хотели вносить в бюджет следующего года. Но мы стали писать генпрокурору, президенту, премьеру. Может, это сработало? – с надеждой говорит Светлана Сафьянникова. – Тем не менее расходы на переселение ещё не утвердили. Да и вообще мы пока не представляем, как будет происходить сам процесс: дадут сертификаты или поселят там, где скажут. Сроки-то сжатые. К июлю 2012 года вроде как должны переехать». 

Безнадеждинск 

Умбельцы в своём несчастье не одиноки. Бывшие жители закрытого посёлка Надеждинск тоже второй десяток лет не могут получить новое жильё. Истории упразднения населённых пунктов схожи. Преображенскую нефтегазовую разведочную экспедицию – главного работодателя Надеждинска – начали ликвидировать с 21 ноября 1997 года. Закрыть предприятие пришлось из-за резкого падения объёмов производства. Решение добавило Надеждинску проблем и отняло рабочие места.  Полностью благоустроенный посёлок за год превратился в место, не пригодное для жизни: отключили свет, отопление, воду, позакрывали школы, больницы, клубы. Те, кто смог, переехали, другие расселились по соседним деревням. «К тому моменту зарплаты не выдавали уже несколько месяцев, денег на переселение не было. Доходило до того, что за билеты до Иркутска отдавали  жильё», – вспоминает Вениамин Горнаков, работавший в то время начальником местной Дорожной службы в Катангском районе. 

Когда дело всё-таки дошло до переселения, власти находили любые предлоги, чтобы не компенсировать надеждинцам потерю жилья. «К примеру, утверждали, что они не являются очередниками, нуждающимися в жилплощади. Хотя они и не должны были вставать в эти очереди, поскольку теряли жильё вследствие закрытия посёлка», – рассказывает Вениамин Горнаков. Его детей, которые жили в Надеждинске, тоже  не хотели вносить в списки на получение компенсаций. «Я три года судился и процесс выиграл. В 2006 году сыну выдали жилищный сертификат, – вспоминает Горнаков. – После этого разнёсся слух, будто я могу помочь. Мне давай звонить-писать, просить о помощи». Так он начал доказывать в суде право переселенцев на новые дома и квартиры. Разбирательства доходили до областной инстанции, которая признавала за переселенцами право получить компенсацию. Ситуация сдвинулась с мёртвой точки – Горнакову с его бывшими соседями удалось выиграть у министерства социального развития, опеки и попечительства Иркутской области 13 дел и получить по ним жилищные сертификаты.

«Болтаются 13 лет»

Однако в 2010 году региональное минсоцразвития  перестало  расплачиваться с надеждинцами даже  по решениям судов. 53 семьи остаются без сертификатов, каждый из которых рассчитан на 1-2 млн. рублей. Общая сумма составляет около 70 млн. рублей.  Отказ от выплат дал повод Вениамину Горнакову  пожаловаться президенту страны на бездействие приставов, областной прокуратуры и правительства Иркутской области, которые не могут исполнить судебные решения. Вопрос  «Куда ушли деньги переселенцев?» для Горнакова и его подзащитных скорее риторический. По одной из версий, часть средств, предназначавшихся переселенцам, направлена на сертификаты для ветеранов Великой Отечественной войны.  Однако подтверждение этому истцы не нашли. 

Пока приставы тянут с исполнением судебных решений, бывшие жители Надеждинска вынуждены жить кто где; по выражению Горнакова, они «болтаются уже 13 лет». Многим пришлось взять жильё в ипотеку. Тем самым они дали повод не считать себя претендентами на государственную компенсацию: мол, уже ведь формально при квартирах. Сами истцы эту ситуацию иначе как «абсурдом» не называют, но продолжают рассчитывать на то, что областное правительство всё-таки исполнит свои обязательства если не перед ними, то хотя бы перед судом. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер