издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Ожившие заказники

Особо охраняемые природные территории Приангарья получили финансовую поддержку

  • Автор: Михаил ИВКИН, «Восточно-Сибирская правда»

Судьба 11 государственных областных природных заказников была в течение многих лет поистине драматичной – ни денег, ни штатов, ни программы, ни перспектив. Воистину, что имели, не хранили. И не потому, что не хотели этого делать или по чьему-то злому умыслу. Нет. Просто так сложилась ситуация в эпоху непрекращающихся реформ.

Все ждали перемен

Осенью 2008 года «Восточка» опубликовала мою критическую статью под заголовком «Бумажные заказники». Это был, по существу, крик души и журналиста, и гражданина. Больно было смотреть на запустение, царившее на тот момент в наших ООПТ, переходивших из рук в руки по многу раз и оказавшихся в итоге бесхозными. Не существовало даже, как того требовало российское законодательство, дирекции по их государственному управлению и контролю. Она имелась в своё время в составе упразднённого областного охотуправления и канула в Лету вместе с ним. Соответственно, не было в заказниках  ни одного штатного работника. Стоит ли говорить, что бесхозное добро пытались тащить все кому не лень – браконьеры, «чёрные» лесорубы. Случались там нередко и пожары.

Конечно, государственные охотинспектора регионального управления Россельхознадзора приглядывали и за областными заказниками, хотя это не входило в их обязанности – они отвечали за федеральные ООПТ. Местные власти тоже пытались бдить, но сил и средств для этого у них не было. Все ждали перемен. Особенно после того, как у региональных заказников появился наконец хозяин в лице вновь созданной службы по охране и использованию животного мира Иркутской области, которой были переданы функции государственного управления и контроля. Из областного бюджета деньги были выделены на содержание только двух сотрудников, отвечающих за ООПТ, работающих в самом аппарате новой структуры. Вот им-то, заместителю руководителя службы Валерию Закоскину и госинспектору Константину Баранову, и предстояло вместе с другими специалистами своей организации, сотрудниками министерства природных ресурсов и экологии Иркутской области разработать целевую комплексную программу «Сохранение и развитие особо охраняемых природных территорий регионального значения Иркутской области на 2012 – 2014 годы».

В сентябре 2011-го на заседании регионального правительства программу приняли. А ещё раньше, в феврале, было решено выделить единовременно на этот год финансовые средства на содержание штата непосредственно в заказниках и приобретение техники. Единовременно, потому что бюджет уже сверстали. Но в следующие годы всё делалось как положено – заблаговременно. В службе создали специальный отдел по работе с заказниками, его возглавил бывший госинспектор по Киренскому району Александр Кондратов. С этой поры ситуация с ООПТ начала меняться в лучшую сторону. Как и с самой службой по охране и использованию животного мира, становление которой происходило у меня буквально на глазах. Ведь она совсем молодая: в январе 2013 года ей исполнится пять лет.

Напомню, служба была создана согласно Федеральному закону № 258 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием разграничения полномочий» – между центром и субъектами Федерации. Целый ряд функций в таёжно-лесной сфере Москва делегировала регионам, в результате чего Иркутская область восстановила утраченное прежде государственное управление и своим охотничьим хозяйством, и своими природными заказниками.

Сегодня в службе трудятся 93 человека (в 2009-м было всего 26), почти столько же, сколько в её предшественнике – отделе охотнадзора регионального управления Россельхознадзора. Правда, в областном охотуправлении периода 1970-х, 1980-х насчитывалось 149 работников.

– Будет ли расти штатная численность дальше? – спросил я заместителя руководителя службы Павла Жовтюка.

– Такой вопрос на повестке дня стоит, – ответил он. –  Есть соответствующее поручение президента России от 18 сентября 2012 года по увеличению штата государственных охотничьих инспекторов до  трёх человек в каждом муниципальном образовании, на территории которого имеются охотничьи угодья. Думаю, связано это с заботой об увеличении численности охотничьих ресурсов, сохранении биоразнообразия животного мира, его воспроизводстве. Государственный охотинспектор исполняет полномочия Федерации на местах, значит, скорее всего, возрастут и субвенции для области на эти цели. Сейчас во всех 33 административных районах Приангарья есть наши представители – государственные инспектора. Улучшилась и материально-техническая база. 

Госинспектора обеспечены техникой повышенной проходимости – «УАЗами», снегоходами, квадроциклами. Нет проблем с ГСМ, что нас очень радует. Полоса нехваток, необеспеченности, финансового голода закончилась. На нынешний год службе выделено из областного бюджета 14,7 миллиона рублей. В 2011 году эта цифра составляла 6,7 миллиона, в 2010-м – 2,2 миллиона, в 2009-м – 1,2 миллиона рублей. 

– Как с обеспечением госинспекторов табельным оружием, форменным обмундированием? В прежние годы, когда мне приходилось с ними встречаться, они жаловались: приходится противостоять вооружённым браконьерам с собственным ружьишком, одеваться в гражданскую одежду. Издали и не различишь, кто едет по тайге – браконьер, местный житель или государев человек «при исполнении».

– Вопрос о праве госинспекторов иметь табельное оружие в стране решён положительно. Мы уже объявили тендер на его приобретение и покупку форменного обмундирования. Деньги на это выделены.

Смешные документы

Областные власти с пониманием отнеслись к нуждам службы по охране и использованию животного мира, поддержали увеличение её штата, улучшение бюджетного финансирования, принятие важной для Приангарья программы по сохранению и развитию ООПТ. 

Прибайкальский черношапочный сурок –
зверёк в Казачинско-Ленском районе редкий

Ясное дело: прежде чем идти вперёд, строить прогнозы, разрабатывать проекты развития природных заказников, надо было провести их инвентаризацию, уточнить границы и размеры занимаемых площадей. А тут вырисовывался, как говорится, полный швах. Данные о заказниках, образованных в 1960 – 1980-е годы, безнадёжно устарели, оказались не точны, а чаще всего достоверных описаний и вовсе не существовало. Или они не отвечали современным требованиям. Границы ООПТ очерчивались порой на глазок, приблизительно.

В наши дни даже смешно читать такие документы. Вот, например, как выглядит описание границ Зулумайского заказника: «Территория заказника занимает долину реки Зима на участке между зимовьем «Малый Одой» и зимовьем «Грицкова избушка» и долины всех  притоков реки Зима на этом участке со всеми прилегающими озёрами и болотами». Ищи, где это, потому что и зимовий тех давно нет, и долины изменили свои очертания подчас до неузнаваемости. Описание границ Эдучанского природного заказника и вовсе поражает своей лаконичностью: «Все речные долины и болота в бассейне реки Эдучанки». Ни слова больше.

Представляете, какую огромную работу предстояло и предстоит проделать службе совместно с ФГУП «Восточно-Сибирское аэрогеодезическое предприятие» Роскартографии. А надо ещё заниматься научными исследованиями по зверям и птицам, выяснять, кто где конкретно обитает и какова численность. Есть ли краснокнижные дикие животные, которых следует брать под усиленную и грамотную охрану. Ведь в период бесхозности заказников никто этим не занимался. В течение целого ряда лет воспроизводственные и биотехнические мероприятия не проводились здесь вовсе. Как и учёт численности тех или иных обитателей тайги. «Достоверные данные о заказниках отсутствуют, – сетуют в службе. – Приходится всё начинать с нуля». 

В этом году исследования начали с двух заказников – Магданского (Качугский район) и Эдучанского (Усть-Илимский). Территорию Магданский занимает – по уточнённым и планируемым к утверждению правительством области данным – внушительную, почти 90 тыс. га. По размерам он уступает только заказнику «Тулоконь», что в Казачинско-Ленском районе. В последние годы этот благодатный уголок природы в верховьях реки Илги подвергается сильному антропогенному воздействию. Лесозаготовители по-

стоянно и как бы случайно заходили сюда, в результате чего сильно пострадали глухариные тока. Лесорубам ведь нужны могучие вековые сосны, они их и спиливают в первую очередь. А глухари как раз токуют на таких деревьях.

– Проверили пять токов, два уже исчезли, – сетует Павел Жовтюк. – Это тревожит… В исследованиях вместе с нами участвуют ботаники, энтомологи, орнитологи. 

– Магданский заказник комплексный?

– Сейчас все заказники регионального значения комплексные, в том числе и Магданский. Он был создан в 1973 году для охраны охотничьих видов диких животных, обитающих здесь. Таких как лось, косуля, кабарга, соболь, росомаха, выдра, горностай, заяц-беляк, белка, рысь, глухарь, тетерев, рябчик. Многие копытные находят в заказнике укрытие, выводят потомство, зимуют. Он является своеобразным резерватом, помогает сохранять популяции зверей и птиц от истребления. Ведь кругом идёт интенсивная охота, а тут она запрещена. У нас там три штатных сотрудника –  госинспектор и два егеря. Они, как и в других ООПТ, занимаются охраной, проводят биохимические работы…

– Расшифруйте слово «биохимические», многим читателям этот термин неизвестен.

– Ну, заготавливают сено для зимней подкормки копытных, делают кормушки, устраивают так называемые галечники и порхалища для боровой дичи, а также солонцы для копытных.

Строители природных плотин

Большой интерес для специалистов, учёных представляет Зулумайский заказник, один из старейших в Приангарье, созданный в 1963 году вместе с Эдучанским и находящийся на территории трёх районов – Зиминского, Куйтунского, Тулунского. Его ещё называют нередко «бобровым», потому что этот зверёк, завезённый из европейской части России и реаклиматизированный, здесь главная достопримечательность. Диких животных в заказнике немало, но бобр главнее всех. Потому что необычен для Восточной Сибири и очень интересен по своему образу жизни. Начальник отдела заказников Александр Кондратов говорит, что больше на территории Иркутской области эти единственные в животном мире строители природных плотин нигде не обитают. Разве что в Кирейском заказнике, он находится тоже в Тулунском районе, есть несколько хаток. По крайней мере, региональная служба по охране и использованию животного мира другой информацией не располагает. Кондратов считает, что Зулумайский заказник помимо всего прочего играет большую экологовоспитательную роль. Сюда возят детей на экскурсии. В перспективе есть планы организовать экологический познавательный туризм, проложить туристические тропы, оборудовать места для отдыха приезжающих. 

Краснокнижный чёрный аист обитает в Зулумайском и некоторых других заказниках

Бобров-переселенцев в начале 1960-х привезли немного, несколько десятков семей, но благодаря тому, что их новое место обитания было охраняемым, с режимом ограничения видов хозяйственной деятельности, зверьки расплодились (их численность выросла сегодня до более чем 300 голов), заселили и продолжают заселять сопредельные территории. В заказнике сформировалось устойчивое репродуктивное ядро популяции бобра в регионе. Все отмечают в этом большую заслугу специалиста заказника Александра Шепчугова, настоящего бобрового фаната и их яростного защитника от браконьеров. Шепчугов заботился о бобрах даже в те лихие времена, когда Зулумайский заказник оказался на время бесхозным, когда ни одной штатной должности в нём, как и в других областных ООПТ, не было. Сейчас в заказнике два штатных работника: Шепчугову помогает егерь Сергей Петухов.

Заказник Иркутный (Шелеховский и Слюдянский районы) появился на карте Иркутской области после Зулумайского, в 1967 году, площадь занимает небольшую – около 30 тыс. га, но интересен тем, что в нём живут дикие кабаны. Зверь для Восточной Сибири тоже довольно любопытный, хотя и не такой уж редкий, как бобры. Обитает в Приангарье очагами. Один из них как раз и находится в Иркутном заказнике. Здесь, кстати, самая северная в мире широта его обитания.

Отцы-основатели заказника поступили мудро: включили в него все основные места зимних концентраций зверя. Это горные склоны Иркута – крутые, на них мало снега. Сюда приходят на зимовку дикие свиньи из соседних районов – Усольского, Ангарского, Иркутского и даже из Бурятии. Заказник Иркутный помогает им всем пережить суровые зимы и сохраниться.

Заканчивается инвентаризация уже упомянутого Эдучанского заказника (Усть-Илимский район). Как и в Зулумайском, первоначально в нём начали разводить бобров. Здесь тоже много озёр, речушек, болот. Но переселенцы не прижились. Наверное, из-за слишком уж суровых и длинных зим. А вот для водоплавающей дичи здешние места – сущая благодать. Как и для лосей, других диких животных.

Лебединая «песня»

За последние 20 лет в Иркутской области не появилось ни одного нового заказника регионального значения. Специалисты считают, что это плохо. Воздействие человека на природу усиливается, её надо защищать. Пока не поздно… И вот, кажется, лёд тронулся: в Казачинско-Ленском районе решено создать заказник Окунайский («Лебединые озёра»). Предложения об этом, в том числе и в СМИ, муссировались давно. С ними неоднократно выступали преподаватель факультета охотоведения Иркутской государственной сельхозакадемии Пётр Наумов, депутаты, общественность.

Дебаты затянулись, и Дума МО «Казачинско-Ленский район» не захотела больше ждать. Своим решением от 20 ноября 2006 года она постановила создать на небольшом участке водосборного бассейна реки Окунайки мини-заказник местного значения «Лебединые озёра». Это был укор региональным властям, ибо заказник «местного разлива» проблему не решал. Да и не мог решить в принципе, ибо российским законодательством существование в стране такой категории особо охраняемых природных территорий не предусмотрено. У муниципальных властей не было нужных денег на  серьёзную охрану своего мини-заказника. Но ведь и сидеть сложа руки в районе больше не могли. Угроза над уникальным уголком дикой  природы нависла реальная – использование лесосырьевой базы стремительно расширялось. Власти сигнал, посланный жителями района, наконец услышали. В долгосрочной программе «Защита окружающей среды в Иркутской области на 2011 – 2015 годы», утверждённой постановлением регионального правительства от 18 октября 2010 года, появилась долгожданная запись: организовать названный заказник. Служба по охране и использованию животного мира направила в министерство природных ресурсов и экологии Иркутской области свои предложения:  проект положения о заказнике, карту-схему его границ на площади 215 тыс. га с особым  режимом. Для проведения государственной экспертизы. По её завершении, если всё пойдёт по плану, заказник Окунайский («Лебединые озёра») будет создан к началу 2013 года.

Площадка для новой ООПТ выбрана уникальная во всех отношениях, поскольку заказник имеет огромное значение не только для Усть-Илимского района, Иркутской области, но и для всей Восточной Сибири. Богатая здешняя система водно-болотистых угодий и озёрного комплекса реки Окунайки служит местом отдыха при массовых миграциях водоплавающих птиц. В том числе многих краснокнижных, таких как лебедь-кликун, таёжный гуменник, клоктун, краснозобая казарка. На берегах окунайских озёр благополучно гнездятся и выводят птенцов орлан-белохвост, скопа – виды, включённые в Красную книгу РФ и Иркутской области, нуждающиеся в особой охране.

Сначала, рассказывают специалисты службы, планировалось создать заказник в границах только водно-болотных угодий площадью около 60 тыс. га. Однако благодаря проведённым исследованиям охраняемую территорию рекомендовано увеличить до 213 тыс. га, включив в неё верховья Окунайки – места летних концентраций дикого северного оленя. Маршруты его вековых миграций в Казачинско-Ленском районе были сильно нарушены из-за строительства БАМа, и у этих животных осталось совсем немного мест, где они могут летом укрыться. Верховья реки Окунайки – одно из них. Таких площадок – учёные называют их ещё «родильными домами» – у диких северных оленей осталось и в районе, и в области очень мало.

Окунайским диким северным оленям повезло – у них есть всё для выживания: ягельники, чтобы питаться, снежники (не растаявший летом снег), чтобы спасаться от гнуса; закрытые лесом участки, чтобы выводить и выхаживать потомство.

А в горах, где берёт своё начало река Окунайка, сохранились колонии прибайкальского  черношапочного сурка, тоже включённого в Красную книгу РФ и Иркутской области. Зверёк назван черношапочным за широкую тёмную полосу на голове. В Приангарье он обитает ещё в горах Бодайбинского района, а также в Бурятии и Забайкальском крае. В верховьях Окунайки его численность невысока, всего около 600 особей. Если не охранять, может и вовсе исчезнуть. 

К концу 2015-го все исследования в природных заказниках регионального значения, их инвентаризация завершатся. В итоге будут составлены их паспорта и подготовлены проекты развития. Новые уточнённые границы и занимаемые площади отличаются от прежних устаревших описаний. Где-то незначительно, а где-то очень даже существенно. Так, оказалось, Чайский заказник (Киренский район) на самом деле занимает не 45 тыс. га, а всего 24,9 тыс. га, Эдучанский и Зулумайский, наоборот, больше: первый – 43,6 тыс. га вместо заявленных в решении Иркутского облисполкома 20 тыс. га, второй – 64,9 тыс. га, а не 15 тыс. га, которые названы в решении облисполкома от 8 августа 1964 года. Общая территория всех заказников составит 524 тыс. га.

Сегодня в областных природных заказниках работают 27 человек – госинспектора, специалисты, егеря. Они обеспечивают их охрану и функционирование, занимаются учётом зверей и птиц, регулируют численность волка, чтобы тот не нанёс непоправимый ущерб некоторым видам копытных. А также ведут летопись природы ООПТ, то есть наблюдают за изменениями погоды, фауны, видового разнообразия.

– Это важно! – подчеркнул Павел Жовтюк. – Мы должны видеть плоды своих трудов, к чему они в конце концов приведут.

– А к чему должны привести?

– Чтобы диких животных было больше. Хороших и разных, – улыбнулся Жовтюк. – Заказники помогают решать эту задачу, и мы будем делать всё, чтобы улучшать их работу.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Актуально
Мнение
Проекты и партнеры