издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Алексей Зяблицкий: «Система противодействия наркомании работает без сбоев»

Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков сегодня отмечает 10-летний юбилей. О том, как сотрудники спецслужбы ведут борьбу за здоровье молодых жителей Приангарья, журналисту нашей газеты рассказывает начальник УФСКН по Иркутской области полковник полиции Алексей Зяблицкий.

– В дни юбилея принято оглядываться назад. 10 лет – срок вполне обозримый, и мы ещё не забыли то время, когда героином торговали на каждой улице, быть наркоманом у молодых людей считалось модным, а матери не знали, куда идти со своей бедой… 

– Именно тогда и появилась служба наркоконтроля. Необходимость создания специализированного ведомства, уполномоченного вести комплексную борьбу с распространением наркотиков, к тому времени уже давно назрела. Ещё в 80-х годах прошлого века наркомания стала массовым явлением, а в 90-х она превратилась в серьёзную угрозу будущему России. Известно, что каждый потребитель вовлекает в свой круг около десяти «новичков» и если бы темпы роста сохранились, то наркомания просто поглотила бы значительную часть населения страны. 

На рубеже 2000-х Иркутская область лидировала в стране по уровню наркотизации. Вы помните, конечно, толпы наркозависимых на улицах, шприцы в детских песочницах, скандально известный 3-й посёлок ГЭС в Иркутске, где героином торговали на каждом шагу… Наркополиция Приангарья начинала работать в сложнейшей, напряжённой обстановке: приходилось одновременно и комплектовать подразделения, и разрабатывать направления оперативной и профилактической работы, и формировать следственную практику. 

– Вы могли бы в нескольких словах подытожить 10 лет борьбы на наркофронте? Как вы считаете, удалось вашей службе победить наркомафию?

– О победе в этой войне говорить не приходится. Наркобизнес приносит гигантские доходы, причём на каждом этапе прибыли увеличиваются в разы (тот же героин, вы знаете, разбавляется наполнителями в несколько раз). Для нас было важно создать систему противодействия наркоугрозе и заставить слаженно работать  все её звенья. Сейчас мы можем констатировать: наркоситуацию в Приангарье удалось стабилизировать. Приведу сухую статистику, которая умещается в несколько строк, но за которой стоят годы напряжённой службы наркополицейских. За 10 лет возбуждено более 14 тысяч уголовных дел по наркопреступлениям, ликвидировано свыше 600 притонов; выявлено 188 преступлений, связанных с легализацией криминальных денег. Из незаконного оборота изъято более 7 тонн одурманивающего зелья: 170 килограммов героина, 185 килограммов опия, 680 килограммов сильнодействующих веществ, 6 тонн так называ-

емой травки. В отношении потребителей наркотиков составлено более 10 тысяч протоколов об административных правонарушениях. Раскрыто 1300 групповых преступлений и почти тысяча, когда наркоторговцы действовали в составе организованного сообщества. Окончено расследование 10 тысяч уголовных деяний, в основном тяжких и особо тяжких. В суд направлено 4 тысячи уголовных дел, за совершение наркопреступлений осуждено 3,5 тысячи человек. Вот статистика только по одному из направлений нашей работы – силовому. 

– Но эти цифры, если честно, мало что говорят моему уму и сердцу…

– Важнее, конечно, к какому результату привели усилия наркополиции. В последние годы мы наблюдаем, как мне кажется, положительную динамику в развитии наркоситуации в регионе. По данным министерства здравоохранения области, в прошлом году на учёте находилось 11413 больных с синдромом зависимости от наркотиков – на 3% меньше, чем в 

2011-м. Уровень наркопотребления составил 599 человек на 100 тысяч населения – по этому показателю снижение на 2%. Начиная с 2005 года в регионе сокращается число смертей от передозировок наркотиками. В разы меньше теперь комиссии военкоматов отбраковывают призывников по причине употребления психоактивных веществ. Средний возраст наркомана вырос с 20 до 27 лет – это свидетельствует, что мода на наркотики среди подрастающего поколения проходит. Так что мы вполне можем говорить о том, что меры принимаются адекватные и система противодействия наркомании работает без сбоев. Не случайно Иркутская область сегодня занимает 14-ю строчку в России по уровню распространения наркомании, хотя много лет мы этот список возглавляли. 

– Директор ФСКН России Виктор Иванов уверенно называет конкретную цифру: по данным системы мониторинга, разработанной с учётом международных рекомендаций, у нас в стране 8,5 миллиона человек регулярно или эпизодически употребляют наркотики. А тех, кто хотя бы раз в жизни их пробовал, 18 миллионов. Вы приводите статистику состоящих на медучёте молодых людей, но ей мало доверия: сейчас ведь все знают, что врачи от зависимости не вылечивают и обращаться к наркологам больные не спешат. Имеете ли вы представление, сколько наркоманов проживает в регионе на самом деле? 

– Считается, что официальная статистика показывает нам примерно пятую часть реального количества наркозависимых. 

– Как за эти годы менялся ассортимент на региональном рынке наркотиков? В последнее время ФСКН бьёт тревогу по поводу феноменальной скорости рождения новых одурманивающих веществ – они стали появляться с частотой раз в неделю. А что сегодня в моде у «золотой молодёжи» Приангарья?

– У нас «королём» наркотиков по-прежнему остаётся героин. Если проанализировать структуру заболеваемости, 97% наркозависимых в Иркутской области употребляют наркотические вещества опийной группы. Они поступают в наш регион из Афганистана через страны Средней Азии и Северного Кавказа. Достаточно популярные у молодёжи наркотики каннабисной группы производятся в основном из местного растительного сырья, в незначительных количествах поступают из республик Тыва и Бурятия. Ещё одним наркоопасным регионом для нас является юго-восточный сосед – КНР, откуда налажены каналы поставок сильнодействующих веществ: тех самых пилюль для похудения, которые могут сделать покупателей не только стройными, но и больными.

В последние годы стали появляться наркотические средства амфетаминового ряда – так называемая синтетика. Её везут из западных регионов страны, некоторых европейских стран. Зафиксированы также единичные случаи употребления кокаина, дезоморфина (его ещё называют «крокодилом»), но погоды они в регионе не делают.

– Судя по публикациям в прессе, самыми крупными поставщиками зелья в наш регион являются представители стран СНГ. Предлагалось даже ввести для них визовый режим. 

– На самом деле доля выходцев из стран Средней Азии в общем объёме лиц, привлечённых за наркосбыт, крайне невелика. К примеру, в 2012 году из 1625 задержанных наркодельцов только 22 оказались гражданами иностранных государств (по степени убывания – Таджикистана, Азербайджана, Кыргызстана, Армении, Казахстана). Однако именно эти люди были связаны с так называемыми громкими делами, поскольку занимали в наркоцепи важные места – поставщиков, перевозчиков крупнооптовых партий героина, опия, гашиша. 

Можно вспомнить, например, приговор, вынесенный в 2011 году Ангарским городским судом двум гражданам Кыргызстана. Они были задержаны сотрудниками наркоконтроля на федеральной трассе М-53. Наркокурьеры намеревались провезти 200 килограммов опия-сырца, спрятав его в пластиковых бочках, верх которых для отвода глаз был «запечатан» сливочным маслом. Суд приговорил каждого из перевозчиков опия к 6 годам и 8 месяцам колонии строгого режима. Или дело 2006 года о таджикском «верблюде», перевозившем в своём желудке почти килограмм героина, расфасованного в 90 капсулах. Большинство же организованных группировок, занимающихся сбытом наркотиков, интернациональны: наркомафия действует как сетевое сообщество, не признающее границ. 

– В уголовных делах, которые проходят через суд, из года в год фигурируют одни и те же участки дикорастущей конопли. Почему за столько лет её не могут выдрать? 

– Это не так просто. Сотрудники наркоконтроля работают с землепользователями, на чьих участках произрастает дикорастущая конопля; в рамках межведомственной операции «МАК» изымаются сотни килограммов марихуаны, маковой соломы и гашиша, наркосодержащие растения уничтожаются на корню. Но конопля очень неприхотлива, в земле её семена не теряют всхожести на протяжении семи лет. Правда, регулярная обработка гербицидами позволяет снизить плотность произрастания сорняка. Ежегодно областным правительством выделяются денежные средства на приобретение химикатов. Составленная совместно с министерством сельского хозяйства интерактивная карта очагов произрастания конопли постоянно обновляется. Но борьба с дикоросами должна вестись комплексно – как на уровне региона, так и в каждом муниципальном образовании. Не все муниципалитеты считают распространение этого сорняка проблемой, требующей немедленного реагирования. Между тем в регионе немало территорий, главным образом в сельской местности, где конопля – практически круглогодичное наркосырьё, источник обогащения для безработных жителей. 

– Мы говорим всё время о полицейской функции вашей службы. Но основное направление борьбы с наркоманией – это, наверное, всё-таки воздействие на мозги молодых людей. Как вы оцениваете действующую в регионе систему профилактики?

– В начале 2000-х годов в области вообще не было никакой системы профилактики. Ситуация начала меняться только в 2005 году, когда приоритетным направлением антинаркотической деятельности в регионе была признана именно первичная профилактика – работа с подрастающим поколением, формирование у него здорового мировоззрения. И совсем не случайно тенденцию по стабилизации наркообстановки мы наблюдаем именно с этого момента. 

Сейчас региональную систему предупреждения негативных явлений в подростковой среде можно считать выстроенной. При министерстве по физической культуре, спорту и молодёжной политике работает Центр профилактики наркомании. Во всех муниципалитетах есть региональные специалисты, которые ведут несколько направлений – от мониторинга наркоситуации до проведения конкретных мероприятий. Неоценимую роль в координации профилактической работы играет антинаркотическая комиссия, недавно отметившая свой пятилетний юбилей. 

Мероприятий самого разного плана проводится множество. Другое дело, насколько неформально работают, допустим, по профилактическим образовательным программам в конкретных школах? Приносят ли реальную пользу наркопосты, которые созданы практически во всех средних учебных заведениях? Нужного результата мы сможем достичь, объединив профилактическую деятельность педагогов, мероприятия по тестированию учащихся и воспитание в семье.

– А как вы относитесь к тестированию школьников на употребление наркотиков? В принципе, тест-полоски продаются в аптеках свободно, родители, если хотят, сами могут ими воспользоваться.

– Конечно, проверить своего ребёнка с помощью тест-полоски родители могут и дома. Но, как правило, не делают этого: мамы и папы обычно уверены, что с их чадом такой беды не может случиться. Между тем тестирование, на мой взгляд, является мощнейшим сдерживающим фактором. Первые шаги в этом направлении были сделаны нами ещё в начале 2011 года – тогда в пилотном проекте участвовали несколько иркутских школ. Но до сих пор, и я считаю это большой недоработкой, не удалось сделать тестирование учащихся (разумеется, при согласии на процедуру родителей) массовым, в том числе из-за отсутствия федерального и регионального законодательства. В проекте комплексной областной антинаркотической программы на 2014–2019 годы предусмотрена возможность финансирования подобных мероприятий из областного бюджета. Но многое зависит и от инициативы муниципалитетов. В Ангарске, например, на средства из местной казны приобретён современный прибор, теперь старшеклассники массово проходят тестирование. 

Не так активно, как хотелось бы, продвигаемся мы ещё в одном направлении, тоже связанном с тестированием. В регионе достаточно много техногенно-опасных предприятий, и работодатели зачастую отказывают нам в проведении массовых внеплановых проверок, мотивируя то отсутствием денежных средств, то нежеланием отрывать людей от производства, а то и просто уверенностью в своих сотрудниках. Между тем даже на надёжных предприятиях выявляются факты эпизодического употребления наркотиков. 

– В прошлом году президент России поручил ФСКН разработать государственную межведомственную программу комплексной реабилитации и ресоциализации наркозависимых. Какие шаги в регионе предприняты для создания системы возвращения в общество молодых людей, подсевших на наркотики?

Наркотические средства, подготовленные к уничтожению

– В Иркутской области сейчас около 40 реабилитационных центров для наркозависимых, цифра эта меняется – исчезают одни, появляются другие. И всего три подобных учреждения имеют статус государственных: центр «Воля», давно и успешно работающий по польской программе монаров и имеющий филиалы по области, и отделения медико-социальной реабилитации в Ангарске и Иркутске. Подавляющее большинство реабилитационных центров созданы религиозными организациями и пытаются привить своим пациентам христианское мировоззрение. Насколько мы смогли отследить, в 2012 году за помощью в избавлении от зависимости в различные немедицинские центры обратились порядка пяти тысяч жителей региона, прошли курс реабилитации 1243 человека. Мы в принципе готовы взаимодействовать со всеми учреждениями, вовлечёнными в эту работу, независимо от реализуемых ими программ. 

Но, пытаясь создать систему адаптации наркоманов к жизни в социуме, мы столкнулись с серьёзной проблемой – отсутствием требований по сертификации и лицензированию деятельности реабилитационных учреждений. Собирать информацию о них достаточно сложно, прозрачной деятельность большинства из них не назовёшь. В корне может изменить ситуацию принятие государственной межведомственной программы «Комплексная реабилитация и ресоциализация потребителей наркотических средств и психотропных веществ». Проект программы разрабатывался ФСКН России и Министерством здравоохранения. Сейчас он в стадии обсуждения и уже в этом месяце будет доложен президенту. В нём особое внимание уделяется как раз региональным моделям ресоциализации наркозависимых. Специалисты из Иркутской области активно участвовали в обсуждении проекта программы, внесли свои предложения, например, создать региональный орган по добровольной сертификации реабилитационных центров, открыть социальные общежития для тех, кто успешно прошёл курс восстановления, но не имеет крыши над головой.

Финансовая поддержка общественных организаций, осуществляющих деятельность по социальной реабилитации, должна увеличиться в разы. В рамках областной антинаркотической программы в прошлом году было выделено всего 400 тысяч рублей на оснащение медицинских кабинетов в негосударственных реабилитационных центрах. В 2013 году в рамках этой же программы на медико-социальную реабилитацию дополнительно будет выделено 10 миллионов рублей. Планируется, например, перепрофилирование одного из отделений областного наркодиспансера в специализированный центр реабилитации с мини-типографией, киностудией, производственными мастерскими.

– Как вы относитесь к идее принудительного лечения наркоманов? Этот вопрос обсуждается уже много лет.

– Большинство специалистов считают, что принудительное лечение наркозависимых качественного результата не даст. ФСКН России выступает за так называемое альтернативное лечение. Суть в чём? Если в обществе будет существовать действенное наказание за употребление наркотиков, то можно поставить больного перед выбором: либо жёсткое наказание, либо лечение. Другим путём сформировать желание бросить наркотики практически нереально: должен быть стимул, мотивация.

Сейчас мы имеем возможность наказывать штрафом лиц, употребляющих наркотики без назначения врача, в общественных местах. Это очень лояльная мера. Какой результат она даёт? Ведь наркозависимые – безработные люди. Назначенные штрафы очень сложно взыскать – сегодня это удаётся процентов на 20. Увеличение с марта 2012 года минимального размера штрафа в четыре раза только осложнило ситуацию. А ежегодно мы составляем около тысячи административных протоколов. 

Практикуется ещё одно наказание для потребителей – административный арест до 15 суток. Однако, выйдя на улицу, наркоман опять попадается. Нередки случаи, когда человека за употребление наркотиков привлекают к административной ответственности 5–6 раз подряд. 

– Есть мнение, что потребителей вообще не надо наказывать, пока они не совершат уголовного преступления. Они ведь больные.

– Тогда получается замкнутый круг. Ведь именно потребление наркотиков влечёт за собой совершение большого количества имущественных преступлений. В других государствах альтернативные меры применяются очень широко и дают хороший результат. Нам следовало бы тоже пойти по этому пути. 

– Первые попытки уже делаются. В законе появилась норма об отсрочке наказания до пяти лет осуждённому за наркопреступление, если он желает пройти медико-социальную реабилитацию. Применяется ли эта норма в регионе, и если да, то с каким успехом?

– С 1 января 2012 года, когда начала действовать эта новация, в Иркутской области вынесено четыре приговора, предусматривающих отсрочку отбывания наказания больным наркоманией. Суды идут на это не очень охотно: в регионе не выстроена система медико-социальной реабилитации, да и по стране не наработана практика исцеления от наркомании. Нагрузка по альтернативному лечению пока лежит на государственных реабилитационных учреждениях, а их у нас раз-два и обчёлся. Финансирование на бесплатное лечение осуждённых в частных центрах отсутствует. 

Сами наркозависимые преступники тоже не очень-то замотивированы таким законом на лечение. Ведь в реальной ситуации они, по сути, стоят перед выбором: либо получить условный срок, позволяющий кайфовать и дальше, либо проходить лечение. А это совсем не просто: придётся изменить образ жизни, привычки, забыть старых «товарищей». Тогда как в колонию суды практически за преступления, по которым предусмотрена отсрочка наказания, всё равно не отправляют. Так что пока результатов нет, надеюсь, в 2013 году ситуация сдвинется с мёртвой точки. 

– Как изменилась за эти годы судебная практика по наркопреступлениям?

– В целом она остаётся на одном уровне: примерно половина обвиняемых получает условное наказание. Но с 2013 года вступают в силу изменения в Уголовный кодекс РФ, ужесточающие наказание за совершение наркопреступлений вплоть до пожизненного лишения свободы. 

– Кому из наркодельцов в регионе был вынесен самый суровый приговор?

– Жителю Ангарска Евгению Чемезову, создавшему высокоорганизованное и законспирированное преступное сообщество, члены которого занимались поставкой и сбытом наркотиков опийной группы на территории области. Доказательная база, собранная сотрудниками наркоконтроля, оказалась достаточной для того, чтобы приговорить восьмерых участников преступного сообщества в сумме к 104 годам лишения свободы. Сам главарь отправился за колючую проволоку на 22 года. 

Сейчас в суде находится уголовное дело в отношении 13 членов организованной преступной группы, задержанных летом 2012 года. Следователями ФСКН собраны доказательства по 29 эпизодам преступной деятельности, связанным с хранением и сбытом наркотических средств в особо крупном размере. В настоящее время следственной службой управления рассматривается 10 уголовных дел в отношении организованных групп наркоторговцев, общая численность подозреваемых почти 70 человек: от создателей сети и поставщиков до самых мелких звеньев в цепи наркосбыта – уличных бегунков. 

– Не знаю, стоит ли просить вас дать оценку профессиональных и моральных качеств сотрудников службы. Вряд ли она будет объективной… 

– К 10-летию ФСКН России за образцовое несение службы планируется поощрить 60 наркополицейских Приангарья. В целом, я считаю, наш коллектив способен справляться с теми серьёзными задачами, которые стоят перед службой. 77% сотрудников управления находятся в лучшей возрастной группе – от 20 до 40 лет, почти 80% имеют высшее профессиональное образование, более 60% пришли к нам работать из правоохранительных органов. 

В этом году значительно увеличилось денежное довольствие сотрудников. Это свидетельствует об оценке государством значимости задач, которые решает служба в целом. Но для нас важно и доверие жителей региона. Надо сказать, в Иркутской области живут неравнодушные люди: ежегодно мы получаем около полутора тысяч обращений – здесь и сигналы о наркопреступлениях, и предложения по совершенствованию законодательства, и жалобы на неправомерные действия сотрудников. И, наоборот, благодарность за оперативное реагирование на информацию, совет и помощь в трудной ситуации. Могу вам обещать: ни одно из обращений жителей не останется без внимания, все сигналы, в том числе и анонимные, будут и впредь проверяться. 

– Тогда стоит ещё раз напомнить телефон, по которому можно позвонить в случае нужды.

– Сообщать о преступлениях, связанных с наркотиками, можно круглосуточно по телефону доверия управления наркоконтроля (3952) 200-049. Специалисты-психологи консультируют по вопросам избавления от наркотической зависимости по телефону 8-800-350-00-95.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное