издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Язык мой – враг твой

  • Автор: Лариса ШЕЛЕХОВА

Узбеки Хасан, Уткиржон и Уткам – одни из первых трудовых мигрантов, успешно сдавших тест по русскому языку. В Иркутскую область они приезжают не первый год: двое из них дворники, один – помощник лифтёра. Официально их профессии входят в сферу ЖКХ, а значит, попадают под обязательное тестирование. Всего с прошлого декабря соответствующие сертификаты получили 77 человек. Поток оказался гораздо меньше, чем ожидали иркутские вузы, а экономика процесса едва ли не убыточной. Тем не менее в «русификации» гастарбайтеров бизнес уже увидел потенциальный рынок и решил предложить свои услуги. «Конкурент» попробовал разобраться, почему адаптация рабочих мигрантов заботит иркутские вузы и привлекает предпринимателей и как им в этом могут помочь доктор Купитман и Денис Мацуев.

Остатки прежних знаний

Чтобы работать в ЖКХ, розничной торговле или бытовом обслуживании, иностранцы должны владеть русским языком не ниже базового уровня. Это требование действует с декабря 2012 года. В качестве подтверждения знания необходим сертификат о прохождении теста. Больше повезло тем, у кого есть аттестат об образовании не ниже основного общего, признаваемый в России, либо аналогичный документ, выданный на территории государства, входившего в состав СССР до 1 сентября 1991 года. Всем остальным прямая дорога в университеты, которые уже проверяют знания рабочих мигрантов. 

На всю страну четыре вуза, уполномоченных составлять и проводить тесты: РУДН, МГУ, Государственный институт русского языка имени Пушкина и СПбГУ. В регионах на договорной основе с ними сотрудничают ещё порядка 160 университетов. В Иркутской области – ИГЛУ и ИрГТУ, к которым должны подключиться в марте ещё САПЭУ и ИрГСХА. 

«На первое тестирование в декабре пришли два узбека. В январе были приехавшие из Таджикистана, Кыргызстана. Всего у нас протестировано 27 человек. Им нужно было набрать более 60% в каждой части задания. Все успешно сдали экзамен, – рассказала «Конкуренту» декан международного факультета ИГЛУ Наталия Свердлова. – Положительный результат объясняется просто: все сдающие тест на протяжении нескольких лет приезжали работать в Россию, кроме того, учили русский язык ещё в школе, поэтому могут не только говорить, но и читать и писать по-русски. Такие навыки легко вспоминаются даже в условиях отсутствия практики». 

Заведующая кафедрой русского языка и межкультурных коммуникаций ИрГТУ Нина Рогозная подтвердила, что большинство гастарбайтеров умеют читать, писать и говорить по-русски. Некоторые, впрочем, просили помощи в подготовке, но после направления на курсы «растворялись». Есть те, кого приходится отговаривать от тестирования: часто бывает, что человек может только говорить по-русски, соглашается Свердлова. «Достаточно попросить человека написать своё имя или заполнить регистрационную карту, чтобы определить, стоит ли ему сдавать тест», – уверена декан международного факультета.

«Тест было нормально писать»

В иркутских вузах тесты проводятся два раза в неделю. В среднем на них приходят от 1 до 10 человек, отметила Рогозная. Среди рабочих мигрантов – электросварщики, фасовщики, разнорабочие, кассиры в магазине, уборщицы в строительных организациях. «Парадокс в том, что приезжие строители ещё не должны проходить тесты, зато уборщицы уже обязаны», – отмечает Свердлова. К ней в деканат за сертификатами РУДН 28 февраля пришли пятеро граждан Узбекистана – работники сферы ЖКХ. Никакой торжественной обстановки: просто получить и расписаться. Пока Умидахон и Акмал были в кабинете, их коллеги скромно ожидали своей очереди в коридоре.

За сертификатами РУДН 28 февраля пришли пятеро граждан Узбекистана – работники сферы ЖКХ

«Год уже исполнился, как при-ехал работать в Россию. Русский язык учил в школе, армии. Сейчас работаю дворником. Семья дома живёт. Сама фирма предложила сдать тест по русскому. Тест было нормально писать», – рапортовал старший из мигрантов Хасан. Его земляк Уткиржон работает помощником лифтёра. В Россию приезжает на заработки шестой год. «Обычно зимой уезжаю домой, но в этот раз остался, – рассказал он. – Разрешение на работу истекает в мае, после чего поеду к семье в отпуск на полтора-два месяца». Полученные сертификаты будут действительны в течение пяти лет. На экзамен, говорят мигранты, их направил работодатель, который его и оплатил.

Стоимость тестирования – 3000 рублей. Из них 1003 рубля отчисляется головному центру по умолчанию. «У нас остаётся 1997 рублей, которые уходят на определённые сметные позиции. В итоге нам приходится рассчитывать только на общий доход Центра тестирования по РКИ, чтобы заплатить нашим сотрудникам за организацию процесса и проверку тестов», – говорит Наталия Свердлова. Нина Рогозная из ИрГТУ расшифровывает экономику процесса: 1003 рубля – головному центру, 400 – подоходный налог, 2500 – скоростная почта для отправки сертификата. «Получается, что, если приходит один человек, мы за свой счёт всю процедуру оформляем. Копить документы мы не можем, поскольку мигрант должен получить сертификат в течение 10–14 дней», – сетует Рогозная. Она не исключает, что в будущем университет откажется тестировать гастарбайтеров. 

В ИГУ договор на оказание таких услуг вовсе подписывать не стали. Как пояснила руководитель Центра тестирования по русскому языку университета Елена Крайнова, в условиях «было много непонятных моментов правовых и организационных». «Инициатива такого тестирования, полагаем, не совсем продумана. К тому же у вуза сейчас другие задачи в приоритете – реорганизация, инновационная деятельность», – добавила она.

Поток хлынет

«Почему так мало мигрантов?» – вопрос, который действующие в Иркутске центры тестирования задали миграционной службе. Причина, как пояснили в УФМС по Иркутской области, в самой структуре приезжих. Подавляющее большинство их, судя по результатам 2012 года, было занято в строительстве (13747 человек), промышленности (2947) и лесной отрасли (2777). В сфере услуг, которая попала под новые правила, в прошлом году работали всего 643 приезжих из-за границы. Как распределятся силы в этот раз, в УФМС уточнить не могут, но полагают, что вряд ли при нынешней квоте в 25942 человека расклад кардинально изменится. А значит, ожидать большого потока рабочих мигрантов на тесты по русскому языку бессмысленно. 

Вузы, впрочем, смотрят дальше и в перспективе 2014-2015 годов, когда планируется распространить обязательное тестирование на все профессии, прогнозируют бум «русифицирования» гастарбайтеров, в особенности строителей. «Поток желающих пройти тестирование обязательно увеличится. И нужно понимать, что каждой организации, которая привлекает иностранных граждан, следует позаботиться об этом заранее, – полагает Свердлова. – Тестирование – это не обучение, это регистрация уровня владения языком. Результат тестирования можно изменить в лучшую сторону, если верно спланировать подготовительный к тестированию этап, систематизировать меры социально-языковой адаптации. В противном случае не избежать проблем всем заинтересованным социальным и государственным службам».

Жить и работать в Сибири

Чтобы подготовиться, декан вместе с коллегами разработали учебник «Живём и работаем в Сибири», как только в предвыборных статьях будущего президента появилась информация об обязательном тестировании и языковой адаптации мигрантов. «Посмотрите, какая композиция, – говорит Свердлова, показывая электронную версию книги. – Сначала даём общую информацию: как зарегистрироваться, заселиться, где-то поесть. Потом идут разделы, посвящённые сферам работы – ЖКХ, торговле, обслуживанию». Фактически это первый учебник русского языка как иностранного, учитывающий региональную специфику, отмечает декан. По её словам, 6 марта пришли документы, подтверждающие полученный учебником гриф Министерства образования и науки РФ, который выдан УМО в области лингвистики.

«Конкуренту» удалось ознакомиться с некоторыми главами учебника. Для колорита в книгу включили, например, известного земляка иркутян пианиста Дениса Мацуева. Его пребыванию в Иркутске посвящён целый рассказ, прочитав который иностранец должен ответить, например, на вопрос: «Денис встретит друзей в воскресенье?» Разно-образить задания призваны и телеперсонажи: в одном из текстов фигурирует доктор Купитман из сериала «Интерны». «Это Иван Натанович. Он врач-венеролог. Вот его ручки. Это его часы. Это его стол. Это его работа», – указано рядом с фотографией героя. Тем не менее в большинстве заданий герои с привычными мигрантам именами – Зафар, Рабид, Чингиз, Арсалан. Диалоги для русскоговорящего человека кажутся немного наивными, однако это специфика преподавания языка как неродного. 

«Всего у нас протестировано 27 человек. Им нужно было набрать более 60% в каждой части задания. Все успешно сдали экзамен», – рассказала «Конкуренту» декан международного факультета ИГЛУ Наталия Свердлова

В ИГЛУ готовы заняться адаптацией не только самих мигрантов, но и их детей. Сейчас университет пытается получить грант на специализированный учебник «Скоро в школу». «Знаете, какая беда: по статистике только 1-2% детей мигрантов оканчивают среднюю школу. Большинство уходят после восьмого класса на заработки. Они не могут учиться дольше, им тяжело, и у большинства материальная необходимость в работе. В итоге они остаются необразованными, на низкой социальной ступени», – говорит Свердлова, добавляя, что в итоге общество получает «неассимилированный компонент». «Кто должен брать на себя вопросы адаптации и ассимиляции иностранцев в стране? Думаю, местные и федеральные власти. Для них это даже не политический долг, а человеческий, – считает декан. – Власти должны как-то тому, кто может это организовать, помочь. Если научное сообщество уже имеет проекты в указанной сфере, нужно обратить свой взор на эти программы». 

«Им же страшно в руки инструмент дать»

Идеи по образованию гастарбайтеров в Иркутской области появились не только в научной среде. Инициатива пришла с неожиданной стороны. Генеральному директору ООО «СИБ-ЭКСПЕРТ» Сергею Сергееву, 20 лет проработавшему в уголовном розыске, о необходимости адаптировать трудовых мигрантов подсказал опыт. «По роду своей прошлой деятельности я знаю, что никакой единой базы преступников нет. Мы не можем проверить, кто к нам приехал. А так, на обучении, они хотя бы на виду, – говорит Сергеев. – Кроме того, на идею меня натолкнула работа экспертного центра. Мы проверяем много объектов. Так вот строят у нас плохо. Выходцы из Таджикистана, Узбекистана, Казахстана, которые работают на стройках, раньше в основном занимались скотоводством. Им же страшно в руки инструмент дать». 

Программу интенсивного обучения Сергеев совместно с учебным центром дополнительного образования ИГЛУ разработал ещё в 2010 году. Он говорит, что курс состоит не только из русского языка, но и из основ права. «Кроме того, мы договорились с техникумами, которые согласились бы обучать плотников, столяров, бетонщиков, каменщиков, – рассказывает он. – Обе программы интенсивные, рассчитаны на три недели занятий с 7 до 9 вечера, а затем ещё практика. Стоимость обучения 15 тысяч рублей по языку, столько же за профессиональное обучение. В итоге иностранцы получали бы сертификаты в вузе и училище. Для этого всё готово – люди ждут, кабинеты свободны». Кабинеты, правда, так и пустуют. Восточно-Сибирский центр по защите иностранных граждан «Дипломат», созданный Сергеевым в июле 2012 года, не смог привлечь достаточно желающих учиться, что, впрочем, было ожидаемо: для работодателей это удорожание дешёвой рабочей силы, для самих мигрантов – трата времени и денег. А на обе категории, как показала практика, действует только ультиматум.

«Дипломат» направлял письма в правительство Иркутской области, предлагая «обязать руководителей строительных организаций, подрядчиков и субподрядчиков обучать за свой счёт граждан с ближнего зарубежья, работающих у них по найму, строительным специальностям и русскому языку». «На днях разговаривал с профильными министерствами. Они, знаете, что говорят? Дайте, пожалуйста, ваш опыт. А я отвечаю, мол, сам его на компьютере брал. Они просили хотя бы ссылку. О чём всё это говорит?» – возмущается предприниматель. По существу, в «Сером доме» ответа ему так и не дали. «Получается, всем выгодно, что «дикие бригады» приезжают, – и строителям, и властям. Вы так и озаглавьте текст: «В тёмной воде легче ловить рыбу». Хотя, казалось бы, если всё упорядочить, налоги будут идти», – говорит Сергеев. Но он не отчаивается: с началом строительного сезона «Дипломат» всё же попробует набрать первую группу на языковые и профессиональные курсы, чтобы «начать с малого». 

Языковой барьер

Инициативу «Дипломата» скептически оценили и в вузах. Наталия Свердлова отметила: для обучения мигрантов нужно иметь образование по преподаванию русского языка как иностранного. «Не может каждый школьный учитель русского языка обучать иностранцев русскому как неродному. Необходима специальная методическая подготовка, которая в ИГЛУ, например, даётся в двух формах: магистратуре и двухлетней переподготовке на базе высшего образования», – уверена она. Елена Крайнова из ИГУ согласна: для частной инициативы по обучению нужны специалисты в сфере преподавания русского языка как иностранного, а это серьёзный барьер для частного обучения. 

Между тем инициативы самих вузов сталкиваются примерно с теми же преградами. Например, говорит Свердлова, можно было бы организовать подготовку ещё на родине мигрантов, но для этого нужны более мощные связи со странами, активная поддержка региона, властей. Попытки найти единомышленников среди чиновников пока результата не дали. «С целью выиграть конкурс и получить средства на печать учебника мы подавали документы на конкурс в Иркутский институт повышения квалификации работников образования, где нам ответили, что в их социальных программах вузы не участвуют. Мы будем продолжать обращаться в соответствующие инстанции за поддержкой», – говорит декан.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector