издательская группа
Восточно-Сибирская правда

День победы и поражения

  • Автор: Елена КОРКИНА

Лозунг «Кто не празднует, тот проиграл», красная звезда и фото с советскими солдатами, отмечающими победу. Такие афиши развешены по всему городу. Для начала мая ничего сверхъестест-венного, если не считать того факта, что город этот – Берлин.

Tag der Befreiung. День освобождения 

В Германии, как и в прочих государствах, не относящихся к бывшим союзным республикам, никакого праздника  9 Мая нет. Существует 8 мая – день вступления в силу первого, реймсского, акта о капитуляции Германии и подписания второго, берлинского. Как следствие, есть памятная дата – День освобождения от нацизма. Впрочем, сейчас в стране, проигравшей Вторую мировую, официально этот день отмечают лишь в земле Мекленбург – Передняя Померания, что на северо-востоке государства. Неофициально – те, кто считает его важным для себя. В первую очередь, пожалуй, это касается жертв нацизма, в том числе евреев, коммунистов, антифашистов. Они проводят встречи, устраивают концерты, вспоминают погибших.

В целом же для тех, у кого в графе «самоидентификация» стоит «немец», 8 мая день тяжёлый. Это воспоминания о  миллионах погибших, о страшной – и для них тоже – войне, об угнетающей атмосфере, царившей при Гитлере. Это смешанные чувства от поражения и последовавшего разделения Германии, от потери территорий, послевоенной разрухи и необходимости как-то взаимодействовать с исторической памятью. Неудивительно, что многие предпочитают прожить 8  мая так, как и любой другой день. 

«Есть разные мнения. Для некоторых это чувство вины, и они за все эти годы от него устали. Кто-то говорит: «Я сожалею, но мне 25, война закончилась ещё до рождения моих родителей, это не моя вина». А для кого-то… – 30-летний берлинец Юрген сидит напротив  и старательно подбирает слова. – Понимаешь,  официальная точка зрения ясна. И, я бы сказал, её придерживается большинство. Есть и другие, но дело даже не в этом. Какими бы ни были условия поражения, это поражение. Праздновать его… странно. И потом, ведь ещё живы люди, которые помнят то время. У них есть семьи. Это очень сложный момент, если задуматься».

Der Tag des Sieges. День победы

Я как раз задумалась: именно поэтому День Победы в Берлине кажется мне по меньшей мере неожиданным.  9 мая в 10:30, за полчаса до официального начала, я приезжаю в Трептов парк – то самое место, где расположен мемориал советским воинам, открытый, кстати, 8 мая 1949-го.  Именно здесь находится знаменитый памятник воину-освободителю (советский солдат  с немецкой девочкой на руках), здесь же в  братских могилах  похоронены  несколько тысяч советских солдат, погибших при взятии Берлина.

Сам праздник организован не каким-нибудь русским обществом, как можно подумать, а антифашисткой организацией «8 мая», которая борется против «старых и новых нацистов», антисемитизма, расизма и милитаризации в Германии. Активисты организуют День Победы уже в пятый раз, и следует признать,  что этот праздник пользуется популярностью.

Ещё на перроне я встречаю мужчину с георгиевской ленточкой, а в самом парке – несколько сотен человек.  Большинство из них, конечно, русские. Причём как туристы, так и местные, которых можно довольно легко отличить по своеобразному акценту, приобретённому  вместе с  немецким гражданством. Почти все приходят семьями, с маленькими детьми, почти у каждого карапуза в руках цветы, при этом  привычных для нас гвоздик не видно. В основном тюльпаны и герберы. Мамы объясняют малышам, почему они здесь,  мужья – жёнам, что на солдатах, готовящихся отдать честь павшим воинам, немецкая, а не американская форма.

В 11 часов солдаты начинают свой путь от ворот мемориального комплекса.  Они проходят мимо усыпанной цветами  скульптуры, воплощающей скорбь советских матерей, мимо активистов, раздающих георгиевские ленточки, мимо стел, установленных на братских могилах, поднимаются  по лестнице к залу памяти, расположенному в постаменте.

 Ощущения очень странные. Гранит из рейх-канцелярии Гитлера, сталинские цитаты на стелах, чисто советская монументальность памятника, аллея пирамидальных тополей – всё это создаёт невероятное ощущение близости к советскому прошлому. И при этом чёткое понимание, что его давно нет.

А вот немцы в парке есть. Я подхожу к тихо беседующей семейной паре со странным вопросом, почему они здесь.   Анна и её супруг, что неудивительно, из восточного Берлина. «Мне кажется, восточных немцев здесь всегда большинство, – рассказывает Анна. – В ГДР День освобождения был официальным праздником, поэтому. Мы приходим каждый год. Для нас это важно, потому что… ну, вот вы почему здесь? Или все эти люди? Потому что эта война была трагедией для всех людей вообще». 

Со слезами на глазах

При всём желании разделить эту точку зрения я не могу. Как и в России, резоны у собравшихся не одинаковые.  Для журналистов это рабочий день, для многих русских – повод побыть среди своих. Есть и более приземлённые желания.

В тихом уголке где-то под берёзой пара ребят ищет новых сотрудников  в русскоязычный call-центр. В логике им не откажешь: где ещё можно найти столько русских разом? А на центральной дороге – информационные стенды организации «Суть  времени». Организация выступает за возвращение к коммунизму и против пересмотра истории, в том числе роли Красной Армии в победе над фашизмом.  «У нас есть всего семь лет, чтобы вернуться к нашей идеологии, в противном случае Россия погибнет, а без неё погибнет весь мир» – пожалуй, эти слова активистки берлинской ячейки об особой миссии России можно хоть как-то связать с Днём Победы, больше в её пламенной 15-минутной речи, обращённой ко мне, ничего не напоминает о том, почему все здесь собрались.

Рядом изумлённый немец спорит с другой активисткой о Сталине:

– И Сталин – тоже хорошо? Вы выступаете за сталинизацию общества?

– Да.

– Но как же репрессии, погибшие…

– Их было не так много, как принято считать, и жертвы эти были оправданны.

Немец, в чьей голове диктатор Сталин немногим лучше диктатора Гитлера, не понимает слов об оправданности жертв. Через несколько минут я перестаю подслушивать: вполне очевидно, что консенсуса не будет.

С противоположной стороны доносятся звуки аккордеона, хор запевает «Последний бой». К горлу подкатывает комок, и всё-таки  «А я в Россию, домой хочу, я так давно не видел маму» в силу контекста воспринимается многозначно. Потом выглядывает солнце, начинается детская программа, задорное трио исполняет «Катюшу» на волынках, зрители начинают отплясывать.

А в это время в остальном Берлине празднуют другое: в нынешнем году в Германии 9 мая совпало не только с Вознесением, но и с Днём отцов. Благодаря первому празднику день стал выходным, благодаря второму – несколько разгульным: тосты «За настоящих мужчин!» раздавались в четверг во всех кафе и парках.      

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector