издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Сказка для взрослых

  • Автор: Ирина РАСПОПИНА

Хельмут Ньютон. «Автобиография».

Год издания: 2013.

Издательство: «КоЛибри».

Имя Хельмута Ньютона привычно видеть на страницах глянцевых журналов о моде и красоте, где-то между Ричардом Аведоном, Сесилом Битоном и Энни Лейбовиц. Мир нарядов от кутюр, ювелирных украшений стоимостью с яхту, туфель ручной работы и косметики, накладываемой часами ради одного прохода по подиуму. Да, Хельмута Ньютона уже нет, но его работы, провокационные и узнаваемые, стали классикой. Профили кинодив, музыкантов, селебрити: считалось большой удачей попасть к нему в видоискатель. 

Кто же он, этот высокооплачиваемый фотограф из мира богачей и звёзд? Большую часть жизни он провёл без гроша в кармане, эмигрировав в Китай (затем был выселен в Австралию) из Германии из-за нацистских преследований евреев. Брался за любое дело, включая сбор урожая персиков (сон в сарае на машине для сортировки, в рационе – только эти же персики), но выискивая всё же работу, связанную с фотографией. Это может удивить, но из некоторых изданий его увольняли, не получив нужного количества кадров.

В один из таких периодов стал альфонсом, о чём без стеснения рассказывает на страницах автобиографии. Отец говорил ему: «Мой мальчик, ты окончишь свои дни в выгребной яме, ты думаешь только о девках и фото-графиях», но именно фотография дала ему возможность зарабатывать на жизнь, получить стабильный доход, а затем и стать состоятельным человеком. Когда в шестидесятые он начинает сотрудничать с французским журналом Vogue, то становится одним из самых значимых фото-графов, нередко работающим в жанре ню. Sex sells («Секс помогает продавать») – один из секретов его успеха, который захотели повторить многие. Очень много и с большой теплотой Ньютон пишет о своей супруге, на которой женился в 28 лет и с которой прожил всю жизнь. Она тоже в итоге стала заниматься фотографией, но известности, соизмеримой с успехом мужа, ей это не принесло. 

В книге с большим количеством знаменитых снимков почти ни слова об успехе, медных трубах и лаврах, а только о пути к успеху. По мнению Хельмута Ньютона, описание чужого успеха, большого или малого, просто не представляет интереса для читателей, поэтому свой рассказ фотограф обрывает на восьмидесятых. В этой автобиографии нет самолюбования, цель публикации немного другая. Век журнала эфемерен и короток, а книга похожа на дом: она живёт в течение долгого времени. А вместе с ней – и подборка фотографий с комментариями.

«Я всегда интересовался фотокамерой моего отца: большим раздвижным «Кодаком» модели «Etui». Камера была обтянута кожей и снабжена оптическим экспонометром. Нужно было смотреть в отверстие на голубой огонёк, а затем, после сложных расчётов, определять нужную экспозицию для съёмки. Фактически человек должен был обладать хорошими математическими способностями, чтобы нажимать на затвор».

Джеймс Хьюмс. «Секреты великих ораторов. Говори как Черчилль, держись как Линкольн».

Год издания: 2013.

Издательство: «Альпина Бизнес Букс». 

Соединённые Штаты Америки известны своим воспитанием в «риторической культуре публичной самопрезентации», поэтому если и учиться ораторскому искусству, то у американцев, это их любимый козырь. Автор книги – высокооплачиваемый спичрайтер, который помогал составлять тексты выступлений для президентов и других значимых персон. Принципы создания и чтения речи – его специальность. Этот человек знает, как «утопить» оппонента с помощью всего лишь одного ключевого слова, усиленного правильной паузой. Он показывает силу притчи и не устаёт рассказывать весёлые истории. Если цель читателя отдохнуть и развлечься с помощью книги – вот прекрасный вариант. Если есть цель улучшить свои выступления на публике – книга при должном старании очень поможет. В этом случае просто прочитать будет недостаточно – нужно попрактиковаться по предложенным схемам. 

Советы останутся только советами, если пропустить их мимо. Просто прочитать «никогда, ни в коем случае не произносите ни слова, пока ваши слова смотрят на бумагу» – это одно, а вот последовать совету – совсем другое. Хьюмс приводит пример, предлагая вспомнить садовый шланг: стоит на него наступить, и вода не будет литься. Так вот визуальная связь со слушателями – такая же вода: когда вы говорите, глядя вниз и не глядя на собеседника, связь обрывается и внимание угасает. 

Кому пригодится книга? Да любому, кто хоть раз готовил презентацию или собирается на переговоры. Лидеры, например Черчилль или Рейган, не показывали слайдов, но это не помешало им стать величайшими ораторами современности. Джеймс Хьюмс рассказывает о приёмах, которыми пользовались политики, выступавшие без применения того изобилия мультимедийных средств, что есть сейчас, но добивавшиеся оглушительного успеха. Спичрайтер говорит: если вам нужно донести некую мысль, постарайтесь найти способ изобразить её с помощью притчи или истории, поищите воспоминания, которые способны задеть за живое. И, конечно же, приводит примеры. Его примеры действительно полезны. Скажите «мы победили» вместо «победа будет одержана»: долой страдательный залог с пассивностью и слабостью. Пошутите не в начале, а ближе к концу речи, когда все уже будут засыпать. Тренируя выступление, запишите его на видео: множество ошибок удастся исправить. Учитель из Джеймса Хьюмса прекрасный, а результаты зависят только от настойчивости читателей-учеников. И, возможно, удастся выступать так же впечатляюще, как Черчилль и Линкольн, было бы желание. Правила просты. 

«Вы должны уметь впихнуть основную мысль своей речи в спичечный коробок – ещё до того, как сядете за пишущую машинку. Для любой речи вы первым делом должны выделить ключевой момент. Беседуете ли вы с потенциальным инвестором, убеждаете ли клиента купить ваш товар или проводите презентацию продукта, вам нужно сначала сформулировать ключевую мысль, которую следует донести до своей аудитории».

Урс Видмер. «Жизнь гнома».

Год издания: 2009.

Издательство: «Текст».

На днях одного из главных швейцарских писателей, Урса Видмера, не стало: 76 лет, восемь десятков пьес и единиц художественной литературы, из которых на русский переведено всего четыре. Видмера выдвигали на нобелевскую премию, сравнивали с Максом Фришем и Германом Гессе. В формулировке одной из присуждённых ему литературных премий сказано: «Его стиль представляет собой постоянное смешение направлений. Ирония и сатира идут у него бок о бок с реалистичной и сюрреалистичной точностью». Судя даже по «Жизни гнома», перекраивать реальность в духе фантазийности для него обычное дело. С литературой автор был связан очень тесно: сын переводчика, литературного критика и преподавателя литературы, он и сам продолжил путь отца – в его переводах опубликован Дюма, его колонку печатали в популярной газете, его курс лекций о современной немецкой литературе был популярен во Франкфуртском университете.

Неторопливую сказку для взрослых «Жизнь гнома» стоило бы читать голосом Армена Джигарханяна: здесь на скромной сотне страниц больше упрятано между строк и в интонации, чем в содержании. Ожившие игрушечные гномы должны бы – по задумке – описывать события жизни дома, объединяющего людей и крошечных проказливых существ, но о судьбе мальчика-владельца и его взрослении всего несколько фраз. Зато судьбы гномов – в подробностях. Старички кряхтят, вспоминают молодость, бодрятся и полагают, что они вечные: очень правдоподобная метафора получается. Игрушечный мир победил, макет оказался сильнее. Это ни в коем случае не швейцарские «Приключения Незнайки», никаких всеобъемлющих картин мира с чётко прописанной политической и социальной сферой, это скорее миниатюрные «Старосветские помещики» с соседскими разговорами длиною в жизнь. 

«Мы внимательно слушаем разговоры людей, как они говорят, что. Они один раз скажут «ложка», или «вилка», или «индивидуализация», и эти слова сразу же входят в наш лексикон. Мы очень быстро начинаем понимать, что они значат. Сегодня я бегло разговариваю по-португальски, иначе, чем мой выросший мальчик, хотя у него были точно такие же возможности, что и у меня. Мне хватило двух-трёх по-ездок с ним в Лиссабон и по Алентехо. У меня начинает болеть голова от сострадания к нему, когда он пытается объяснить уборщице родом из Галисии, что она не должна трогать его книги, лежащие на полу. Что за жалкий лепет!»

Альберто Мендес. «Слепые подсолнухи».

Год издания: 2012.

Издательство: «Азбука», «Азбука-Аттикус».

О гражданской войне в Испании 1936–1939 гг. легко напомнить тремя штрихами: вождь и генералиссимус Франсиско Франко, «но пасаран» («они, то есть фашисты, не пройдут!») и «пятая колонна» (франкисты наступали на Мадрид четырьмя колоннами, а пятой они считали своих сторонников в самой столице). Самые сильные авторы ХХ века писали об этом и последующем периоде: Антуан де Сент-Экзюпери в «Испании в крови», Энтони Бёрджесс в «Железо, ржавое железо», Джордж Оруэлл в «Памяти Каталонии», Жан-Поль Сартр в «Стене», Юлиан Семёнов в «Испанском варианте», но выше всех в списке Эрнест Хемингуэй с романом «По ком звонит колокол». Война унесла жизни почти миллиона испанцев, оставила неизгладимый след в истории страны, поэтому проза о военном времени продолжает появляться. Альберто Мендес – писатель XXI века, книга «Слепые подсолнухи» – дело всей его жизни, единственный роман (роман-тетралогия, или сборник рассказов), переосмысление трагических событий более чем полувековой давности. Все живут в вечном ожидании худшего, страх превратился в привычку, доносительство – в обыденность, а голод убивает. 

За книгу, переполненную липким ужасом жизни в репрессивный период и военное время, Альберто Мендес был посмертно удостоен испанской национальной премии за художественную литературу, экранизация также получила высшую награду. Война здесь показана глазами детей и обычных людей, все из последних сил пытаются выжить, пока привычный мир рушится. У каждой из четырёх частей книги своя интонация и свой ракурс, в комплексе получается широчайший обзор пространства. И «Слепые подсолнухи» здесь, похоже, памятник жертвам и героям, погибшим и павшим, всем, кто должен остаться в памяти. Здесь каждый ищет хотя бы проблеск света, чтобы выжить.

«Пережитое человеком заставляет его с особой осторожностью относиться к собственным воспоминаниям, потому как его реальное существование входит в прямое противоречие с памятью. То, что теряется на жизненном пути, не исчезает вовсе, оно коченеет, замерзает, каменеет в мгновение своего исчезновения, чтобы в тот же миг занять своё место в прошлом».

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер